Страница 2 из 56
В полдень драконий заказ должен быть готов и доставлен. Пять коробок. Пышки с двойной начинкой. Золотая пудра. Что бы у меня ни случилось сегодня, каким бы туманным ни было мое будущее, сейчас я не имею права подвести заказчиков. Срыв невозможен. Отказать драконам — значит нажить врагов, с которыми не справится ни один суд.
Я вскакиваю на ноги. Вытираю лицо рукавом. Смотрю на своё заплаканное отражение в медном тазу.
Сама. Я всё сделаю сама.
Нет у меня больше мужа. Нет помощницы. Нет денег нанять кого-то прямо сейчас. Нет даже дома, куда можно вернуться. Но есть две руки, скалка, печь и десять лет опыта.
Я иду на кухню.
Здесь тихо. Тесто, поставленное с вечера, подошло и дышит в кастрюле, прикрытое полотенцем. Дрожжевой дух смешивается с ароматами заготовленных заранее специй. Я мою руки ледяной водой, затягиваю передник и встаю к столу.
Пальцы ещё дрожат. Но работа всегда меня спасала. Когда умерла мама — я пекла. Когда не ладилось с деньгами — пекла. Тесто успокаивает. Оно требует рук, тепла, внимания. Оно не предаёт. Работая с тестом я привыкла не думать ни о чем, кроме дела. Тесто все чувствует. Поэтому даже сейчас, когда мой привычный мир рухнул у меня на глазах, приступив к работе я успокаиваюсь и не допускаю ни одной лишней мысли.
Раскатать. Вырезать кружочки. Выложить начинку. Защипнуть края. Масло уже кипит в большом медном чане. Пышки ложатся в золотую пену, шипят, надуваются, подрумяниваются. Одна партия, вторая, третья...
Я погружаюсь в монотонное священнодействие. Мысли замедляются. Боль никуда не уходит — она просто отходит на второй план, притаившись, пока я занята более важным делом. Время от времени слёзы опять подступают к глазам, и тогда я стираю их запястьем и продолжаю месить, резать, формовать, жарить.
К полудню передо мной стоят все пять коробок. Пышки вышли золотистые, ароматные, ровные как на подбор. Сахарная пудра смешана с капелькой золотого пищевого красителя — точь-в-точь как просили.
Я оглядываю свою работу.
Получилось. Успела.
Осталось доставить.
Доставкой в последнее время занималась Амалия. Но теперь Амалии нет. Нанимать кого-то некогда. Да и кому доверишь такой заказ?
Я вздыхаю. Смотрю на свои руки — в муке, с покрасневшими от работы пальцами. Стягиваю косынку. Приглаживаю волосы. Снимаю передник.
«Смотреть страшно», — всплывает в голове голос Лекса.
Я смотрю на свое отражение в надраенной до блеска медной сковороде, которая висит на стене. Светлые волосы. Пышная грудь. Полные руки. Я никогда не была худышкой. Но Лекс когда-то говорил, что ему нравятся мои формы. Когда-то давно. Наверное, он и сам уже забыл об этом.
Я закусываю губу. Тщательно мою руки. Переодеваюсь. Взбиваю волосы и перевязываю их лентой. Собираю коробки в стопку и вызываю экипаж.
Пора ехать к драконам.