Попаданец ИЗ Скайрима

- Нам до Масловки ещё через весь город ехать. - ответил Николай, - Это тоже район такой, на южном конце города.

* * *

Михаил с Николаем Петровичем без стука вошли в кабинет начальника отделения полиции. Вместе с ними в кабинет вошли трое оперативников с автоматами на груди, а двое других остались снаружи, в коридоре.

- Я тебе так скажу, майор, - сразу взял быка за рога Николай, продемонстрировав своё удостоверение и положив на стол перед хозяином кабинета приказ с печатями, - скажу, просто для того, чтобы ты понимал серьёзность ситуации. Мои полномочия таковы, что если я сочту нужным, мои ребята положат всех в этом здании, после чего подожгут его. А я - вернусь в Москву и получу очередную медаль. И это не какая-то там страшилка, а один из возможных вариантов развития событий, который я всерьёз рассматриваю. Хотя надеюсь, что до этого дело не дойдёт.

- И как это связанно с этим… маньяком? - ровным голосом поинтересовался чуть побледневший майор, - Вы ведь по его душу прилетели?

- Информация по этому делу проходит под грифом «Особой важности». - сухо ответил Николай Петрович, - Так что обрисую лишь в общих чертах. Ваш задержанный - не маньяк, а жертва болезни вызываемой редкой формой вируса бешенства. Через три дня после заражения - изменения в организме становятся необратимыми и исцелить человека становится невозможно, начинает на всех бросаться, а через неделю умирает! Нам ещё очень повезло, что его окончательно «переклинило» днём, и из-за светобоязни он не смог сбежать. Случись это вечером или ночью - он отправился бы на улицы города заражать прохожих! Представляешь себе последствия?

- Так что же… - заволновался начальник отделения, - он мог тут всех заразить? А ведь люди вчера после работы по домам разошлись, могли заразить свои семьи…

- К счастью, вероятность подцепить вирус не слишком велика и заразным человек становится только на поздней стадии болезни, когда его нездоровое состояние уже очевидно…

С момента задержания прошло около двух суток, так что мы крайне ограничены во времени. Инфицированного мы заберём. Пока он жив, его надо обследовать, чтобы лучше понять течение болезни. А перед этим нам надо убедиться, что он тут никого не заразил. Лекарство у нас есть, но надо успеть проверить всех кто мог подцепить заразу пока не стало слишком поздно. А то вирус достигнет мозга заболевшего и болезнь станет необратимой.

- Что вы предлагаете?

- Через тридцать минут, все, я подчёркиваю, ВСЕ - капитан сделал акцент на этом слове, - все ваши сотрудники должны построится внутреннем дворе, а у меня на руках должен быть список личного состава, дабы я мог в этом удостоверится.

* * *

Во внутреннем дворе выстроилось порядка трёх десятков человек. Перед строем в той или иной степени нервничающих людей стояли Михаил с Николаем и начальник данного отделения. За их спинами стояли пятеро оперативников с автоматами и внимательно разглядывали лица людей.

- Ну, Миш, давай, *смотри* на них, может что увидишь. - прошептал ему Николай Петрович и начал перекличку, сверяясь со списком в руках.

Михаил сосредоточился. Этот фокус получался не каждый раз и требовал от него определённых усилий. Это было похоже на то, словно пытаешься пошевелить ушами. Надо напрячь какие-то мышцы… Как-то настроится…

Мир перед ним посерел, а фигуры людей охватило разноцветное свечение. Чем-то оно напоминало языки пламени, только колебалось гораздо медленнее. Вот, зелёный цвет страха, оранжевый - волнения, красный - раздражения. Всё естественно, всё ожидаемо… Стоп! А это что?

В заднем ряду, слева, с краю, двое мужчин примерно его возраста. Окутывающее их свечение тусклое, краски невыразительны и еле различимы. Видны какие-то пятна, вызывающие ассоциации с плесенью на хлебе.

- Губин Вячеслав Геннадьевич! - прокричал Николай Петрович. - Губин! - повторил он после небольшой паузы. - Он сегодня был?

- Да, расписывался в дежурке! - подтвердил из строя какой-то лейтенант.

- Таааак… продолжим… - произнёс Николай и продолжил перекличку. - На месте все, кроме Губина. - подытожил он и повернулся к Михаилу, - Ну, углядел чего?

- Да, двое, в заднем ряду слева, с самого края.

- Вы трое, - обратился капитан к оперативникам, - контролируйте тут ситуацию, а вы двое пойдёте с нами. Лейтенант, знаешь где кабинет Губина?

- Да, конечно. - подтвердил тот.

- Пойдёшь с нами, покажешь. - приказал капитан, - И вы двое тоже. - махнул он рукой двоим, стоящим в заднем ряду.

* * *

Стоило им всемером войти в здание, как Николай Петрович резко остановился.

- Миш, иди с лейтенантом вперёд, мы вас догоним.

Стоило тем отойти подальше, как капитан повернулся к оперативникам.

- Эти двое - ваши клиенты.

- Чуем. - подтвердил один из них и взял автомат на изготовку. - Вы двое! Лицом к стене, руки за голову! Глаза закрыть и не открывать без команды! Серёга, действуй! Во славу Стендарра!

Второй оперативник подошёл к стоящим у стены полицейским, положил руки им на плечи, склонил голову и зашептал молитву на «священном языке», который они выучили благодаря Хранителю-Ральофу и учебнику за авторством профессора, Кривошеева Ивана Степановича.

Полицейских охватило золотистое сияние и они шипя от боли рухнули на пол. Каждый скорчился в позе эмбриона, постанывая и тихонько матерясь. Огонь угас и, судя по всему, страдания мужчин прекратились.

- Встать! - скомандовал Николай Петрович.

- Что это… - начал было один из полицейских, поднимаясь на ноги.

- Молчать! - оборвал его капитан. - Как самочувствие?

- С утра было как-то не очень, грипп что ли? - неуверенно ответил тот.

- Та же фигня. - подтвердил второй. - А сейчас вдруг отпустило. Это вы нас шокером что-ли? - спросил он, разглядывая руки оперативников.

- К «маньяку» приближались? - проигнорировал его вопрос Николай.

- Так мы его и задерживали. - ответил полицейский.

- Понятно… - протянул капитан, - А Губин?

- Точно сказать не могу… Не под протокол… - ответил он, - Я слыхал, он заходил к тому в камеру и с помощью дубинки объяснял здешние порядки…

- Ясно. - вздохнул Николай Петрович, - Идите в строй на своё место. Потом майора спросите, он вам кое-что расскажет. Родились вы сегодня оба во второй раз… Идите.Пойдём, - обратился он к оперативникам, - Мишу с лейтёхой отыщем.

* * *

- Вот его кабинет. - показал лейтенант на дверь. На ней виделась красная табличка с выведенной на ней золотом должностью и фамилией, именем и отчеством.