Страница 175 из 175
И мне пора. Неловко перенес вес на травмированную ногу и досадливо скривился. Все же надо звонить, как бы ни хотелось справиться самому. Беда в том, что сотовый телефон остался там же, где документы. Спохватившись, окликнул Геннадия. Но, как я ни кричал ему в спину, за ревом двигателя тот так и не услышал. А на мое махание руками только помахал мне в ответ, прощаясь. Хотел было догнать, только левой ноге эта мысль не сильно понравилась. Да и фуражку с такой болью не найти.
Значит, остается идти вперед, к Заречному. Потому что возвращаться назад дольше, скучнее, а еще там гуси.
Отыскал на обочине подходящую по высоте палку и осторожно пошел вперед.
Вскоре проторенная дорога свернула к деревеньке, вросшей тремя улицами кирпичных домиков в солидный холм над речной гладью. Судя по внешнему виду и основательности, а также парочке тонких проводов на деревянных Т-образных столбах, телефон там точно есть. И я даже знаю у кого — музыка лилась от тенистой беседки рядом с местом, где нить ручья вплеталась в неширокую реку.
Громкая до хрипоты мелодия сотового телефона пела про давно прошедший июль, жаркий и полный тополиного пуха. От той жары остались только утренние часы, к вечеру же природа напоминала о сентябре и близкой зиме. Впрочем, это не мешало ребятам плескаться чуть выше по течению, а затем чуть ли не синими, но счастливыми, обтираться полотенцем и с дрожащими от бодрости руками на ходу надевать одежду, чтобы первыми занять место у небольшого костерка, дымящего возле беседки со стороны берега. Правда, претендовать им приходилось только на стоячие места — свободного пространства на двух бревнах, служивших лавочками, не было. Четверо довольно вольготно занимали одно из бревнышек, что выдавало в них банду, а если присмотреться к чертам лиц — то и родственников. На противоположном же теснилось семеро, стойко сопротивлявшихся претендентам на восьмую позицию — особенно упирались те, что с краю. Всего я насчитал шестнадцать человек, из которых большая часть были ровесниками Федора или помладше и только двое казались старше меня. Телефон принадлежал самому рослому, лет шестнадцати — из числа четырех родичей. Во всяком случае, лежал он рядом с ним.
Дорога до того места не доходила, предпочитала забрать левее, к постройкам, так что пришлось свернуть на траву. Только рубашку я предварительно все же решил снять, повязал поверх брюк и остался в майке. Брюки закатал выше колен, пригладил волосы, темные очки поднял на лоб — словом, сделал все, чтобы казаться здешним, пусть и из другой деревни. Судя по тому, что местные ребята, углядев меня, сразу подошли драться, — это удалось.
— Я обещал наставнику всегда думать перед тем, как бить, — ответил я по-своему на стандартный запрос «свой-чужой».
— И че? — потирая кулаки, сплюнул в сторону самый высокий, на полкорпуса выступивший из полукруга подошедших ребят.
— И я уже подумал.
Взломать систему опознавания удалось успешно.
— И зачем? — с укором поинтересовался я чуть позже у долговязого Егорки, с которым мы к тому времени уже успели замириться на почве того, что я отлично дерусь.
На их бревнышке по-прежнему числилось четыре места, но на этот раз для меня, для него, для второго брата по старшинству и для телефона, который теперь пел про морскую волну и небо.
— Да так, — хмыкнул он чуть гнусаво, одновременно пытаясь поправить руками нос.
Егорка был одет в новенькие белоснежные брюки с острой стрелкой, водолазку и новые кеды.
— Скучно, — вздохнул его родной брат, обладатель помятых брюк, слегка выцветшей водолазки и пропыленных кед.
— Интернета нет, — поддакнул еще один родич, чуть младше, вознамерившись примостить затертые брюки на зеленую траву.
— Но! — тут же пресек его намерение самый юный представитель семейства, в ярости шаркнув расхлябанным кедом, и мигом переложил с бревнышка на траву обрывок газеты.
Он, кстати, больше всех переживал во время драки, но болел за целостность кед, брюк и водолазки. Поэтому пришлось бить в нос, потому что если ниже — судя по взгляду мелкого, ожидала не меньше чем кровная месть. А мне еще от этих людей звонить. Кстати, да.
— Можно? — указал я взглядом на телефон.
— Нет, — ворчливо ответил Егор.
Ну это понятно. Наша дружба еще не настолько крепка. Да и в нос следовало бить чуть слабее.
— Сотовой связи все равно нет, — пожал плечами третий брат, так и не усевшийся на траву, и замахнулся, чтобы пнуть кедом по бревнышку.
— Но! — в ярости шикнул мелкий, остановив атаку на дерево.
— Давно? — уточнил я.
— Уже дней пять. У трассы есть, а тут даже на крыше не ловит.
— Я с дерева проверял, — солидно качнул головой Егор в сторону холма. — У нас там сосна — метров пятнадцать.
— Там же смола!
Но печальный протест мелкого был проигнорирован.
— Так, а городской?
— На комбинате есть аппарат.
— У старосты еще! — подсказал один из десятка подпевал, как бывших тут до этого, так и налетевших любопытными воробьями на развлечение.
— Я у Веры Андреевны видел!
— Значит, у них тоже, — спокойно констатировал Егор.
— А Вера Андреевна, она кто?
— Бывшая директриса наша, — с готовностью подсказали из толпы.
— Злая?
— Хорошая! — возмутились ребята. — Но строгая. На пенсии она.
— Говорят, она ведьма, — шепнул кто-то сзади.
За что схлопотал тумака. Наверное, действительно хорошая, раз ее защищают.
— Что?! У нее все стены в портретах без лиц! Я сам видел!
— А ну пасть закрой! — распорядился Егор.
— Мне бы к ней дойти. Позвонить очень надо.
— Дима, отведи Максима к дому Веры Андреевны, — обратился Егор к самому младшему.
— Я мигом! — одарив братьев подозрительным взглядом и еще раз с тревогой оглядев одежду на них, заспешил тот.
— Мы тоже пойдем! — вызвалась толпа мелочи.
Но быстро заскучала, потому что идти, поднимаясь на холм, сложнее, чем с гиканьем бежать вниз.
— А где все взрослые? — нашел я правильный вопрос на смутное подозрение, зародившееся еще в Солнечном.
На улице резвилась детвора, изредка оглядывали подозрительным взглядом старушки, занятые по хозяйству на подворье. Отдыхали на лавочках старики, отвечая на Димкино «здравствуйте!» солидными кивками. Но людей старше восемнадцати лет и младше сорока будто бы и не было — что тут, что в предыдущем селе.
Конец ознакомительного фрагмента.