Проклятье Мидаса

Хотя, в последнем, подозреваю, немалую роль сыграла моя давешняя встреча с «руководителем отдела Паком». NIS вполне могла закулисно поспособствовать скорейшему продвижению моего маленького дела, в качестве задатка и небольшой благодарности за взятое мной обязательство «последовать их совету».

Что ж, как бы то ни было, такая оперативность не могла не радовать. Всегда приятно, когда твои замыслы начинают осуществляться прямо сейчас, а не где-то там, в возможном далёком будущем.

Юн Джевон… производил неплохое впечатление. Чем-то он напоминал одновременно и самого Чона и менеджера Сима одновременно. Но, пожалуй, отличался от них заметно большей сосредоточенностью и концентрацией. Он был… внимателен.

Пожалуй, именно это слово подходит ему больше всего. Он внимательно слушал. Он внимательно смотрел. Он был внимателен к мелочам. Он задавал уточняющие вопросы по поводу тех моментов, которые в моей речи и моих планах ускользали из внимания даже у меня самого.

Да и вообще, это «собеседование»… проходило так, что создавалось впечатление, что не я его собеседую, а он меня. Что не я, работодатель, одобряю себе работника, а он, работник, одобряет себе работодателя… Редкий талант, кстати! Учитывая, что он не хамил, не дерзил, не выказывал спеси или заносчивости, не выдвигал сложных условий, не торговался по поводу заработной платы… Он, блин, был просто внимателен! И это заставляло даже слегка нервничать. Интересный парень!

Однако, не смотря на впечатление, это было, всё-таки именно моё собеседование: я принимал его на работу, я собирался платить или не платить ему деньги. Поэтому, кроме пересказа его биографии и краткой самопрезентации, мне требовалось зримое, материальное подтверждение его квалификации. Я дал ему испытательное поручение. Простое и сложное одновременно. Я сказал ему:

— Купи мне банк, Юн Джевон. Купи мне банк, и ты станешь секретарём Юном.

Что мне понравилось, он не стал удивляться, недоумевать или переспрашивать. Вместо этого, он достал из внутреннего кармана пиджака красивый блокнот в кожаном переплёте, открыл его, отцепил от него ручку и принялся записывать, уточняя у меня, конкретные параметры того банка, который я желал бы приобрести.

Деловой подход, приятный. Мне такой нравится.

Банк… зачем мне банк? Хм. Ну, я просто подумал, что легче и удобнее будет проводить часть своих финансовых операций через свой собственный банк, а не пользоваться услугами чужих. Да и для работы моего будущего конгломерата, основу которого я закладывал, наличие в его структуре банка будет полезным.

Не то, чтобы я вкладывал в это дело такой уж глубокий смысл или имел какие-то грандиозные, далекоидущие планы, но… эта идея, пришедшая ко мне здесь же, за столом, показалась мне интересной и заслуживающей воплощения. А, заодно, в качестве конкретной прикладной задачи, она могла послужить хорошим, в достаточной мере сложным вступительным испытанием, проверкой возможностей того, кто претендовал на место личного помощника одного из богатейших людей мира.

И нет, я не зазнался. И можно не тыкать мне триллионом Илона Маска или двумя с половиной сотнями миллиардов Джеффа Безоса: эти астрономические суммы — это, по большей части, капитализация принадлежащих им компаний. То есть, это не живые деньги, которые можно сиюминутно взять и вытащить из кармана, чтобы купить то, что захочется — это акции! Это акции, которые ещё хрен продашь в таком количестве, так как хрен, кто их купит. Выброс такого их количества на рынок, просто обрушит их стоимость, мгновенно сократив размер состояний этих благородных мужей.

Да — я понимаю, что это не просто акции, это — залоговые активы, под которые, любой банк мира, не задумываясь, откроет им практически безлимитную кредитную линию, но… кредит — это кредит. А у меня: кэш! На всех моих совокупных счетах уже вчера было чуть больше семнадцати миллиардов долларов (с учётом покупки здания отеля). Сегодня, к этому обеду, я потратил ещё семь на выкуп акций «Самсунга» и «Хайникса». Что, автоматически, означает добавление этих семи к тем семнадцати. И торги ещё не закончились!

Какой миллиардер может похвастаться таким гигантским наличием свободного кэша в своём кармане? Какой умный миллиардер… Ведь, деньги, в виде свободного кэша лежать не могут, не должны — они обесцениваются! Деньги должны циркулировать: приходить и уходить, тратиться, вкладываться, инвестироваться, крутиться, что-то делать, что-то создавать, приносить прибыль… Это общее правилофинансов.

Моя же, багнутая «Система» ломает это правило напрочь. Сколько бы я не тратил, не вкладывал, не инвестировал, не получится инвестировать и вложить всё — «Система» пришлёт в два раза больше… и это проблема. Чем дальше, тем больше.

Но, вернёмся к дню сегодняшнему. Торги закончились. Я при посильной помощи менеджеров и брокеров, подвёл баланс.

Мой денежный счёт достиг двадцати шести миллиардов в долларовом эквиваленте, раскиданных по шести основным валютам. Дневной оборот сегодняшний на бирже был несколько меньше вчерашнего. Не сильно, но поменьше.

Акции… 1,1% «Самсунг Электроникс» и 0,12% «СК Хайникс». Звучит не круто, но, учитывая, что каждая из них, имеет капитализацию по триллиону долларов с лишним, то… «Акционер Самсунг» — звучит, пожалуй, круче даже, чем «Акционер Газпром» из песни одного бородатого барда с «Камеди клаб»… И мне теперь, походу, придётся весьма постараться, прямо, как в той песне — «чтобы не выделяться».

Честно говоря, я просто не воспринимаю таких сумм. Серьёзно — я не представляю, что такое миллиард долларов! Вообще. Для меня это, даже не цифры в телефоне, а вообще — пустое сотрясение воздуха. Я не способен вообразить, насколько это много! Хотя… пожалуй: один миллиард для меня — это один отель. Получается, моё нынешнее состояние, без учёта иных активов — двадцать шесть башен-отелей премиум-класса…

Абсурд какой-то. Но, этот абсурд — моя жизнь. Надо привыкать…

После шести часов, когда подведение итогов дня закончилось, и охреневшие от получившихся чисел менеджеры с брокерами отвалились от моей видеоконференции, не забыв максимально подобострастно попрощаться, я выключил компьютер и, одевшись, поехал в спорткомплекс на тренировку по йоге, которую так долго откладывал.

Сегодня, она длилась не полтора часа, как обычно, а, чтобы наверстать пропуски — три. Понимаю — непедагогично. Можно переусердствовать и повредиться. Но я своё тело хорошо знаю, оно у меня тренированное, развитое и может многое вынести. В том числе, и такое. Но я, всё равно, был аккуратен.