Страница 38 из 65
Легко сказать: «Иди обедать!». И я, может быть, не просто бы пошла, а даже побежала. Да только вот не имела ни малейшего понятия, где обед находится. Мое предыдущее путешествие на кухню показало, что еды там в принципе не водится. И Оболдуй последний хлеб на бутерброды для хозяина изрезал. Но не питались же они постоянно всухомятку? Кто-то им готовил?
За пределами Кощеевых апартаментов меня встретил длинный и сумрачный коридор. Ночью все выглядело по-другому. Как ни странно, тогда было достаточно светло, чтобы не свалиться и не разбить нос. Но не настолько ярко, чтобы глазеть по сторонам. Сейчас же свет в помещение проникал из единственного окошка, которое располагалось где-то там вдали. До него еще идти и идти было. Ни факелов, как мы привыкли видеть в кино в замках, ни магических светильников вдоль стен не висело. Не было никаких украшений. Явно суровый мужской быт.
Первая мысль, которая меня посетила:
– А не сделать ли мне отсюда ноги? Никто же за мной не следит, не наблюдает. Кощей своими делами занят. Мыш тоже где-то бродит.
Только что бы мне это дало? Ничего. Да получила бы я относительную свободу и все. Даже перспективные женихи в одночасье вдруг все оказались разобранными. Даже у деда Степана старуха имелась.
В принципе, у меня было желание от Щуки. Однако казалось, что она исполняет лишь материальные хотелки. Немного повыше рангом, чем мой сундук. Но не более того. А вот яичко имело какую-то запредельную силу, что и Василиса за ним богатырей послала, и Александр Иванович просто так отдавать не желал, а намекал на некоторую плату, которая еще неизвестно во что выльется.
А самое главное, я не хотела домой! В смысле, в свой мир. Здесь жить было интереснее, я была моложе, да и магия творила чудеса. И сестру бы нужно было замуж выдать. Мирослава Олеговна точно считала эту задачу неподъемной. А что там? Серые городские будни и легкая зависть в садах клиентов, которые я обустраивала.
С этими мыслями я брела вдоль коридора, не понимая куда. И вдруг мой нос уловил запах еды. О, это было спасение! Там меня точно накормят, раз хозяин велел. Живот намекнул, что давно пришло время обеда. И я пошла на запах.
В итоге оказалась в просторной комнате, в центре которого стоял дубовый стол, накрытый скатеркой, покрытой подозрительными пятнами. И пахло едой именно от нее.
Я же в сказке сейчас живу? И точно знаю, что многое, о чем читала в детских книжках, в этом мире есть на самом деле. Поэтому и рискнула попросить у скатерки:
– А можно мне обед, пожалуйста! – решив, что она может оказаться скатертью–самобранкой. Последнюю самобранку я видела в кинофильме «Чародеи». Поэтому даже не удивилась, когда она повела себя точно также, выставив на середину стола плошку с какой-то непонятной бурдой и потребовала от меня ворчливым голосом три рубля двадцать пять копеек.
Подобной суммы в моем кармане не было. Золотой, прихваченный на всякий случай, за непонятную еду отдавать было жалко. И я стала соображать, а что там было в кино? Она там им точно обед выдала!
Кажется, кто-то из колдунов ее наругал и припугнул. И я решила пойти тем же путем.
– Ты, кусок ветоши! – грозно нахмурила я брови. – Поговори мне еще! Я тебя живо два постираю, отглажу и на тряпки изведу.
Конечно, угроза была так себе. Однако подействовала. Тот же самый ворчливый голос вдруг резко изменился на подобострастный и заискивающе ответил:
– Прости, ХОЗЯЙКА, я тебя не признала. Сейчас всё будет.
И после этого на столе тут же оказался салат из капусты, борщ со сметаной, котлетка с пюре и стакан компота. Наверное, именно так выглядел в советское время комплексный обед. И именно он стоил три рубля двадцать пять копеек. Но больше меня напугало ее обращение «хозяйка». Как скатерка поняла, что я женщина, да еще и признала во мне начальницу?
Однако обед остывал. Я подошла к столу. Оказалось, что скатерть стала в одночасье белоснежной. И рядом с накрытым столом появился стул. Я на него уселась и приступила к трапезе.
И тут в двери столовой заглянул Мыш. Он снова смешно повел длинным носом и с сомнением в голосе уточнил:
– А ты что тут делаешь?
– Обедаю, – я пожала плечами, словно фамильяр Кощея не видел очевидного?
– А где взяла? – он непонимающе посмотрел на меня.
– Скатерть дала!
– Вот это все? – он бесцеремонно ткнул пальцем, показывая на мою трапезу.
– Хотите, она и вас накормит? Да, скатерть?
– Да я от нее ничего другого кроме гнилой похлебки не видел! И зачем только этот дурак ее выменял? – он хотел что-то еще добавил, но вдруг одумался и прикрыл ладошкой рот, показывая, что и так лишнего сболтнул. Уточнять, кто тут дурак, я не стала. И так, кажется, догадываюсь. Интересно только, кто предложил всесильному магу столь странный обмен и на что?
Я же потянула артефакт за край и велела выставить еще одну порцию обеда. При этом шепнула:
– Будешь лишнего болтать, выстираю!
В ответ мне раздался лишь презрительный фырк. Тем не менее еще одна порция обеда на столе появилась.
Мыш осторожно взял ложку и отхлебнул немного борща. Затем неожиданно закатил глаза, чем изрядно меня напугал. Однако следом вымолвил:
– Эх, давно я горяченького не ел! – с этими словами ухнул в тарелку столько сметаны, что получился не борщ со сметаной, а сметана с борщом, и начал есть, нахваливая и причмокивая.