Страница 27 из 65
Глава 13
Только вот дизайн подкачал. Они все тут сговорились, что ли? Или это была мода местная?
В зале едальни стояли помпезные круглые столы с золочеными ножками, покрытые белоснежными скатертями. Вокруг столов располагались стулья в стиле барокко. Сиденья их были затянуты малиновым бархатом. А на маленьких оконцах с деревянными рамами висели знакомые занавесочки из веселого ситчика в горошек.
Или моя матушка в оформлении дома взяла пример с центрального ресторана города, или это все так украшали свои жилища?
Понятно, что Иванушка на убранство внимания не обращал. Он по привычке выпятил грудь колесом, и белоснежный лен обтянул литые мышцы. Сапоги в свете магических ламп поблескивали, но при этом дурно пахли. Благо, ноги находились ниже наших носов. Однако запашок все же долетал, когда он делал шаг в мою сторону. Надо сказать, что на лошади верхом я его не учуяла.
– Вань, а ты чем сапоги чистишь? – шепотом уточнила я, когда расторопный администратор проводил нас за столик. Во-первых, кавалер не спешил занять меня разговором. А сидеть молча мне совсем не нравилось. Во-вторых, я просто обязана была узнать, чем так сильно воняет.
– Так ваксой! – он пожал плечами, словно ничто страшного не произошло. Так, наверное, и было. – Хорошо блестят?
Богатырь вытащил ногу из-под стола и покрутил носком сапога, показывая мне его блеск. Мне, честное слово, чуть дурно от вони не стало! Я порылась в памяти и узнала, что готовят сие убийственно воняющее средство из смеси воска, сажи и сала. Вроде бы и вонять тут совсем нечему?
– А вы из чего такую ваксу делаете? – уточнила я на всякий случай.
– Да как обычно! – он снова пожал плечами. – Но у нас есть секретный ингредиент. Именно он придет это блеск.
– А ты мне откроешь тайну? – я лукаво улыбнулась, в надежде выведать секрет и попросить больше его не применять. Скажу что-нибудь типа: «Боюсь потеряться в их блеске!».
– Это наш семейный секрет! – задумался на мгновение мой кавалер. Но затем вдруг просиял и выдал:
– Но ты же почти наша родня! Ты же выйдешь замуж за одного из нас!
Причем это был не вопрос, а всего лишь утверждение. Поэтому, помедлив секунду он с гордостью, вытаращив глаза, прошептал мне в ухо, обжигая своим горячим дыханием:
– Мы добавляем в него, – здесь он сдала еще одну многозначительную паузу, – мы добавляем в него… конский навоз.
После этого он замер в ожидании моей реакции. Я, конечно, поняла, почему не чувствовала запаха, сидя верхом. Запах самой лошади перебивал или сливался с запахом сапог.
Как ландшафтный дизайнер я, конечно, знала, что он великолепен для многих посадок в качестве удобрения. Все дело в его низкой кислотности. Но как средство, увеличивающее блеск? Ни с чем подобным мне сталкиваться не доводилось.
– И кто до этого додумался? – осторожно уточнила я. На Емельяна точно не похоже. Ему такие мысленные измышления были не свойственны. Лень-матушка сгубила многие начинания. Гришка вряд ли бы стал им сам сапоги мазать. Запаха я от него не почуяла. А вот продавать вполне мог начать. Ванька?
По горделивому взгляду и еще более вызывающе вздернутому подбородку, поняла, что попала в точку. Навоз был его идеей.
– Понимаешь, мы делаем свечи из двух вещей: из воска и из навоза. Воск – дорогой. Все же лазить за ним по деревьям очень непросто, да и мало у нас охотников воевать с пчелами. А раз навоз идет тоже на свечи, то я решил, что свойства у них одинаковые. И не ошибся! Смотри, как блестят!
С этими словами кавалер снова высунул ногу из-под стола и покрутил носком, показывая мне переливы в свете магических фонарей. Только я засомневалась, что именно этот ингредиент придавал обуви подобный блеск!
– Очень классно! – согласилась я, по крайней мере, на словах. – Только ты особо ими не сверкай. А то вдруг кто-то захочет выведать твой секрет и нападет на нас, когда мы выйдем из ресторана!
Иван даже рот открыл от растерянности, а затем тряхнул своими кудрями и стукнул кулаком себя в грудь:
– Ты не веришь, что я смогу тебя защитить? – но, к моему облегчению, сапог спрятал обратно под стол.
– Верю, дорогой, верю! – погладила его по сжавшейся в кулак ладони. – Но зачем привлекать к себе излишнее внимание? Этот же вечер только для нас с тобой.
Богатырь тут же расплылся в улыбке. В это время принесли еду. Ничего сверхъестественного на подносе не стояло, но пахло умопомрачительно. Густой и наваристый борщ со сметаной, жареный картофель с грибами да мясо с поджаристой корочкой. А что еще нужно голодному организму? И я с удовольствием принялась за вкусности. Иван тоже стал трапезничать.
Но вдруг мой кавалер напрягся, его взгляд остекленел, и он даже привстал из-за стола. Я удивленно оглянулась и тоже напряглась. На крыльце заведения стояли Григорий и Емельян. Братья явно искали взглядом нас.
– Я же им не мешал! – он начал закипать. А я тихо порадовалась, что успела все доесть. Все же моя основная миссия на сегодня заключалась именно в этом, а не в выведывании семейного секрета суперблестящей ваксы.
Быстро дожевав последний кусочек, я тоже привстала навстречу братьям.
– Вы чего приперлись? – зашипел на них Ваня, сверля взглядом. – Я же вам обоим не мешал!
– Мы не к тебе! – тут же возмутился Гришка. – Мы сюда явились по приказу Её Величества. Здесь сегодня будут читать ее указ.
Иван тут же помрачнел и покачал разочарованно головой, пробормотав негромко:
– Только ее и не хватало! Вот так вот рушат личную жизнь.
И в этот раз я с ним была полностью согласна. Только соберешься полакомиться отменной кухней, а тут раз – и мимо!
– Ладно, присаживайтесь! – пригласил мой сегодняшний кавалер братьев. – Все равно планы все нарушились. Не стоять же вам вдоль стен!
Я обвела взглядом стены ресторана и поняла, что он был полностью заполнен. В зале не осталось ни одного свободного стола. Причем женщин я не увидела, кроме одной мужиковатого вида бабы в портках и кольчуге. Принадлежность ее к женскому полу выдавала мощная грудь, которую даже не могли скрыть тяжелые металлические кольца.
– А почему нет женщин, кроме нее? – Ваня на сегодня был самым близким человеком, поэтому и обратилась я к нему.
– Этой? – он показал подбородком в сторону незнакомки, но глаза в ту сторону даже не повернул, словно стеснялся или боялся.
– Ага, – согласилась я.