Шальные истории

Любимая

автор Ирина Предко

С утра день не заладился.

Разбил бутылку с молоком. Она лишь фыркнула и пошла на свой дурацкий балкон рисовать. Художница, мать её!

Еды нет, дом не прибран, а ей лишь бы рисовать! И картины-то какие, чудовищные! Лес, мрак, черно от чернильного неба. Жуть, одним словом. Кому это нужно? Нет бы мужа накормить, что за жена! Думалось привычно нервно.

По радио пелаABBA «Take a chance on me.»

Черт! Сколько можно! Шансы, шансы… Ладно! Черт с тобой!

В раздражении вышел на улицу, закурил. Нервно почесал пузо, выскочившее из брюк. Семейная жизнь. Расхолаживает. Расслабился совсем, времени на спорт нет. Думалось привычно лениво.

Тут местные бабульки-гаргульки резво, несмотря на артрит (а я-то все знаю о них, живя на втором этаже и слушая жалобы каждый день), подскочили со своих насиженных мест и побежали к попыхивающим старым жигулям канареечного цвета. Машина явно отживала свои деньки, пукая сизым дымом, спотыкаясь оборотами, медленно проплыла мимо подъезда. Кикиморы со всего двора окружили её, и начался галдеж.

Стало любопытно. Подошёл ближе. Цыгане, тьфу! Сплюнул.

Одна заметила меня.

— Подходь-подходь, милок. Дай злотик, погадаю тебе. Или може, хошь бабе своей презент прикупить?

Зыркнул на неё, сплюнул.

— Фу, какая цаца! Телеса-то какие! Явно жинка старается. Купи подарочек. Смотри какая красота! — и развернула чёрный павловопосадский платок.

Красивый. Но я чо, реально не знаю, что это за развод? Фыркнул.

— Не, денег нема.

— Ну нема так нема, — со вздохом сложила платок, хитро взглянула, — За поцелуй отдам. Бери, не пожалеешь!

Ещё бы! Что я, дурак какой? Хапнул платок, чмокнул в ручку и был таков. Довольный пошёл домой. Жена встретила слезами: не получается, ыыы, красный хлюпающий нос, глаза по пять копеек, эххх…

— Держи, милая, это подарок для тебя передали. Сказали, обернешься — и все получится. Вот, специально выходил чтоб забрать.

Распахнул и обернул её хрупкие, конопатые плечи, дареным платком. Она замерла, хмыкнула то ли от слез, то ли от иронии. Поцеловала меня в небритую щеку и побрела творить.

Рисовала долго. За полночь позвала меня. Загадочно улыбаясь зажгла ночник.

Под светом картина ожила

Папоротник зацвел, дивный цветок засверкал ясным светом, зазывая искателей сокровищ: «Ну вот же я, вот». Олени вышли на поляну. Один поднял морду, тряхнул ухом прислушиваясь… Тихо…

— Смотри! Смотри! — выдохнул я.

Звезда сорвалась с неба и исчезла в зарослях картины, осветив путь яркой звонкой струйкой света.

— Ты успел? — спросила она улыбаясь. — Успел загадать желание?

Обнял её, поплотнее закутав в шаль, которая теперь светилась зеленоватым светом.

— Успел.

— Знаешь, а я ведь не знала, как сказать. Всё не до этого было. Нас скоро будет трое.

— Я знаю.

Ещё никогда желания не сбывались так быстро. Думалось непривычно. Радостно.