Страница 95 из 238
Тот же набор, но он предусмотрительно еще и ветки с собой прихватил. Хитер – засунул их под ремень так, чтобы они во все стороны не торчали!
Первая мина на его маршруте была установлена прямо у самого начала тропы. Он аж присвистнул от удивления, когда нащупал ее с первой же попытки.
Ползти он не стал, лишь иногда ложится на землю, когда предполагает наличие чего‑то опасного.
Гранату на ветке увидел – и дал изрядный крюк, чтобы ее обойти. Предварительно отметив ветками место начала обхода и направление движения.
Проволочка впереди!
Хлопает взрывпакет! Еще пять минут осталось до начала «минометного обстрела».
Ветки еще есть – и он обозначает ими проволоку. Несколько шагов – и еще одна «противопехотка».
Кусты сомкнулись за его спиною за минуту до начала «обстрела».
– Сдал. Но! Рисковать не любишь – это в целом правильно, однако, из своего «коридора» в сторону вылез. Учитывай это на будущее! Но деревня и тебя не минует! Занятия‑ три недели.
Малышев.
Деревню он прошел вполне себе на уровне: шесть ловушек из семи.
«Жить хочет, вот и присматривается ко всему!» – таков был вердикт Жарова.
Боец следил за своими товарищами очень внимательно, и кое‑какие выводы, похоже, из этого сделал.
Забрал с собою все, кроме гильз. Тотчас же отрезал кусок бечевы, привязав его на конец ветки.
Не обнаружив «противопехотки», вперед, однако, не спешит – проводит веткой над предполагаемым маршрутом. И – есть! Нитка, уцепившись за что‑то, внезапно провисает. Боец качает головой и смещается чуть вбок, предварительно проверив это место шомполом. Отсюда лучше видно уходящую в кусты проволочку – с прежней позиции она почти не просматривается. Ветки воткнуты в землю, он смещается в сторону, обходя проволочку… и замирает, так и не опустив ногу на землю.
Пятится, ставит ступню на прежнее место. Под поваленным деревом, прижатая сучком к земле, лежит граната. Ее спусковой рычаг придерживается веточкой. Шаг вперед – и ветка, задетая ногой, повернется – отскочит, ничем более не удерживаемый, спусковой рычаг… И тогда хлопнет капсюль‑воспламенитель.
Хлопок!
Начало «обстрела».
По логике можно поднять гранату с земли, вставить чеку и топать дальше.
Но Малышев не спешит.
Поваленное дерево лежит так, что перегораживает практически всю тропу, обойти его очень трудно. Ветка с ниткой также показывает какие‑то препятствия среди сучьев – не пролезть…
Боец наклоняется к земле, присаживается…
И когда он встает, у него в руках видны две гранаты!
Несколько секунд – чека вставлена в одну, потом во вторую.
И повернувшаяся ветка уже ничего более не приводит в действие.
– Товарищ лейтенант…
– Насчет второй гранаты как сообразил?
– Так… слишком уж все красиво складывалось! Сучок гранату прижимал крепко, рычаг ни в жисть бы не отскочил! Тогда я и подумал – а зачем так⁈ Могли и просто палку ведь положить, веса хватило бы… Вот и пришел к выводу: не одна она там поставлена! Вторая снизу лежала – и тоже на рычаге, только он вверху был. Тронешь первую – и кранты! Пришлось разом обе брать. Хорошо, что скрепки на воротнике пришпандорены были, чеку я из кармана фиг бы достал!
– Хм… И как ты до этого допер?
– Так у вас же и подсмотрел, товарищ лейтенант! Еще когда в окопе рядом сидели. Думал тогда еще – зачем так нужно? Уже после догадался…
Глазастый, однако!
– Что ж, молодец! Сдал! В первое отделение, к Петлину.
– Есть, товарищ лейтенант!