Страница 69 из 238
— Пока о тебе никаких вестей не было, хотели уже всех твоих передать в сапёрную роту — там тоже потери немаленькие. Но тут стало известно, что ты не только жив, но дров там у фрицев наломал — ого-го! Не в одиночку, понятное дело, а твои бойцы… И тогда комдив вспомнил про свой приказ — ну, о создании подвижного заградительного отряда. Короче, командует там у тебя пока Петлин — ему дали младшего сержанта. Бойцов твоих… ну, пробуем собрать. Сам понимаешь…
Я понимаю. Скорее всего, все и всех придётся организовывать заново. Искать бойцов, матчасть… учить…
— Товарищ старшина! Личный состав отряда построен! Докладывает младший сержант Петлин!
— Вольно!
Вот я и вернулся.
Смотрю на лица стоящих в строю бойцов. Кого-то вспоминаю сразу, кого-то нет… неважно! Мы все — одна семья. Прошли через многое — и уцелели. А столько ещё предстоит…
— Вольно! Разойдись!
— Как оно там было, Юрий Иванович?
— Ну… — пожимает плечами младший сержант. — По-всякому, в общем… Фрицы авиацией нас долбали основательно — все потери, в основном, от неё и были. Уж дюже осерчали они на нас за такие вот фокусы! Когда склон обвалили, так и вовсе! Я и сам-то, откровенно говоря, такого не ожидал — там, почитай, метров полтораста осыпалось! Взвод, не меньше — как корова языком слизнула!
— «Шлангами» обвалили?
— Ими, командир… жуткая, скажу тебе, штука получилась!
— Мне комполка сказал, что вас всех за это к награде представили.
Петлин кивает.
— Да, я тоже что-то такое слышал. Оно, наверное, и правильно — держались до последнего. К «максимке», когда приказ на отход пришел, так и вовсе половина ленты осталось. Да и в подсумках уже дно видать было. А никто ж, однако, не ушёл!
Он какое-то время молчит.
— А твои как?
Вздохнув, рассказываю ему обо всём, что с нами произошло.
— Полковник сказал — мол, пиши наградные на тех, кто героизм проявил. А кто его там не проявлял?
Мы оба молчим…
А через день, прямо у наших землянок, нарисовался Охримчук. На телеге со всяким скарбом — что, в принципе, никого уже не удивило. Вот, если бы он пешком пришел! Да ещё и с пустыми руками… А с ним рядом стояло ещё двенадцать человек — все, кто смог выйти из окружения.