Страница 179 из 238
Первый полицай снимает с плеча винтовку, прислоняет ее к дереву – чтобы не мешала, и присаживается на корточки, рассматривая мои вещи, которые высыпались из мешка.
Чу! А у второго руки напряжены – видно же под пиджаком! Он явно с чужого плеча, маловат нынешнему хозяину – вот руки‑то и под пиджаком прорисовались… То есть, стрелять он готов, но оружия отчего‑то не берет? Не вижу третьего… вот он! Как специально отвернулся – а спина‑то напряжена!
Они явно чего‑то ждут… Снятая и приставленная к дереву винтовка, скорее всего, даже и не заряжена! Это провокация!
И я делаю шаг назад, увеличивая расстояние между присевшим полицаем и мною. А заодно – и его оружием!
Молча наблюдаю, как полицай увлеченно роется в моих вещах – пусть его… там, все равно ничего нет!
Наконец, ему тоже надоедает ломать комедию и он встает. Берет свое оружие.
– Купец, сталбыть?
– Пущай едет! – произносит кто‑то позади.
Медленно оборачиваюсь – за спиною стоит четвертый полицай. Пока он и не показывался – ждал. И я, заметив у него на поясе расстегнутую кобуру с наганом, прекрасно теперь понимаю – чего же именно он ожидал… Ведь я‑то видел только троих полицейских, а про этого так и вовсе ничего не знал.
– Как изволите приказать, Василий Федорович! – отвечает молодой. – Эй, собирай свою хурду – и вали!
Когда мы отъехали от поста метров на восемьсот, неожиданно заговорил возница.
– У них тута так постоянно… Все с подвывертом каким‑то спрашивают. Да ружье это свое – оно ж вовсе никогда и не стреляло‑то! А они его – чуть не в открытую всем подсовывают. Мол, это… как его…
– Провокация это – так от, подобное дело называют, – прорезается голос у моего спутника.
– Ин, – соглашается возница, – и так тоже может быть…
Через полчаса мы въехали в город.
Он поразил меня какой‑то необычной тишиной. Нет, птицы тут всяко чирикали, собаки лениво побрехивали… но людей не было слышно совсем. На улицах никто не разговаривал, все шли молча по своим делам. Ну… положим, я видел города под фрицами… но там такого не наблюдалось.
В лавку (блин, слово‑то какое вообще!) в Ивану Саввичу мы, точнее – я, разумеется, заглянул. То есть, мой спутник пошел по своим делам, а я завернул к этому… к купцу… Которого не оказалось на месте. И я, быстро выйдя на улицу, топаю следом за Игорем. Впрочем, его не догоняю – он сворачивает. По странному совпадению – мне в ту же сторону! Хотя, я могу в любой момент свернуть и пойти… куда? Да, хоть на кудыкину гору!
Вот и топаю за ним на приличном отдалении. Точно так же сворачиваю, топаю местами по дощатым тротуарам – они тут кое‑где имеются. Старые и рассохшиеся, они отчаянно поскрипывают – целая симфония получается!
Проходим мимо целого комплекса зданий – ага, это, надо полагать, та самая фабрика обуви. Поворот, ещё один – и мой спутник толкает калитку небольшого домика. Поскольку он никаких знаков мне не сделал, смело топаю за ним.
– Прошу любить и жаловать – Марина Николаевна!
Ну… она скорее, походила на просто Марину – ей и было‑то всего лет шестнадцать!
– Портниха. Кстати – вполне себе опытная и уважаемая! – подчеркивает провожатый. – Я серьезно!
– Так, – развожу руками. – Никто ж и не сомневается!
Спутник мой покинул меня уже через час – пора! А я – остался в гостях у связной городского подполья.
Слушая ее, все больше уверяюсь в том, что вся наша затея – это хреново продуманная авантюра. Облавы немцы теперь проводили частенько – но не реже раза в неделю. Правда, несмотря на это, задержанных было немного – все старались поменьше выходить на улицу. Да и то сказать – чего там делать‑то вообще? На работу и с нее – вот так выглядел обычный день городского жителя. В воскресенье – на рынок, надо было запастись какой‑нибудь едой, да и успеть продать или обменять то, что каждый успел за неделю сделать… или где‑нибудь спереть…
Немцы.
Их в городе было много – всевозможные тыловые части или какие‑то подразделения. Толком же подполье об этом не знало – народа и так осталось не слишком много, да и опыта в добывании информации у них никакого не имелось. Разведчики из них были никакие…
Снять жилье – в принципе, можно… Но – только через городскую управу, все, кто его сдавал кому бы то ни было, обязаны были в кратчайший срок уведомить ее о постояльцах. И в самое ближайшее время туда наведывалась полиция – для проверки документов.
Да уж… никто из нас такого и не ожидал!