Страница 113 из 238
Глава 12
Ну, все – дополз. И что дальше?
В настоящий момент на вооружении РККА состоит только одна мина, способная нанести дистанционное поражение –это ОЗМ‑152. Мощная штука, да… но настолько тяжелая, что сама мысль о том, чтобы ее куда‑то там ползком тащить… нет уж, ребятки, мы как‑нибудь и сами справимся! Даже мои почти наколенные самоделки в ряде случаев оказались куда более удобными в применении!
Но здесь и этот вариант неприменим. Хотя, надо отдать должное нашим инженерам – они допилили‑таки мой «кошмарный сон инженера»(как выразился один из специалистов на заводе) и сделали его куда более компактным и удобным. А главное – не настолько тяжелым!
Однако, в данном случае я совсем не заинтересован в том, чтобы осколки разлетались во все стороны. Во все – это значит и по своим тоже!
Но мин направленного действия у нас нет. Насколько я в курсе дела, их вообще ни у кого не имеется.
А как же воевать?
Да, просто все…
Тротил в шашках можно и в вещмешке таскать – ничего ему не будет. А парочку миномётных мин (вот с этим проблем вообще никаких нет) спокойно тащит второй сапер. При нужде можно и больше прихватить.
Роем небольшую ямку. Если есть склон, обращённый в сторону противника – вообще красота! А тут он есть!
В этом случае ямка имеет тыловую стенку, дно, расположенное под прямым углом к задней стенке – авоображаемая гипотенуза такого треугольника обращена к противнику.
Укладываем на дно тротил…
Сделали? Отлично!
Вкапываем хвостовиками в землю минометные мины, опирая их на заряд взрывчатки.
Вот и весь фокус.
Шесть кило тротила, плюс две‑три‑четыре миномётные мины – прошу любить и жаловать!
Когда я на полигоне рванул такой заряд, весь первоначальный скепсис у курсантов сдуло, как по мановению руки!
Эффект получился достаточно жуткий – осколки прорубили в кустах просеку трапециевидной формы длиной метров в сто! И по высоте аж до двух с половиной метров в самом её конце. Ну а по ширине такая просека колебалась от пятнадцати до тридцати метров. И это мы ещё не все осколки учли!
Ну, ясное дело, что подрыв такого фугаса осуществлялся с приличного расстояния и с помощью подрывной машинки. Дураков, желающих попробовать что‑то другое, не нашлось.
Вот, прикинув возможные зоны поражения, я и принял решение воткнуть парочку таких вот фугасов на склоне. Для того, чтобы врезать по противнику тут и особо‑то видеть ничего и не нужно. Вполне достаточно его слышать.
И сейчас две группы саперов такие заряды устанавливают.
А провода от подрывной машинки привязаны к ноге старшего группы. Он, по завершению работы, все проверяет сам! И только после того, как убеждается в правильности установки заряда, устанавливает электродетонатор. А когда вся группа отойдёт на безопасное расстояние – подключает его к проводу. И с этого момента любые прогулки в зоне поражения становятся смертельно опасными!
Да и сбоку я бы никому маячить не посоветовал, все же шесть кило взрывчатки… мало точно не покажется!
Есть работа и для третьей группы – она уходит в сторону и ставит аналогичный фугас у выезда с моста. Здесь провода уже не протянуть – далеко. Поэтому, дождавшись темноты, мой боец проберётся к дороге и установит там замыкатель. Пойдёт какая‑нибудь машина – и кирдык! Но ввиду того, что мы не можем знать когда тут будут кататься фрицы, подключать его к заряду он будет в самый последний момент. Глядишь – кто‑то и приедет… аккурат к могиле.
Насколько я в курсе дела, подобные фугасы уже были где‑то применены… но вот результатов их использования до нас не доводили. Уж по какой‑такой причине – Бог весть! Так что, сегодня у меня есть возможность увидеть это воочию.
Понятное дело, что Баландину я об этом рассказал. Но вызвал только снисходительную усмешку с его стороны.
– Не переживай! Лучше подумай, как тебе все это добро потом назад тащить!
Он был свято уверен в том, что для нас тут вообще никакой работы не найдётся. Ну, разве, что издали пострелять… А узнав про мину у моста, только плечами пожал. Мол, твоя поляна – сам на ней и маши топором.
Ушли ребята…
Лежу и места себе не нахожу. Хорошо, если все пройдёт тихо и как задумано. А если нет?
Группа Баландина лишний раз подтвердила свой профессионализм – часовой внизу не успел и пикнуть! И уж тем более, поднять тревогу. Старший лейтенант только головою качнул – и отряд тотчас же разделился на две группы прикрытия и группу захвата и зачистки помещений. Дальше они двигались уже тремя небольшими отрядами.
Не давал покоя тот самый дом на пригорке… но чтобы до него добраться, требовалось пересечь дорогу и подняться вверх по открытому косогору. А это – риск быть обнаруженными!
И Баландин скомандовал работать по первому варианту –двигаться к домам, охватывая их с двух сторон.
Пока всё шло по плану, никто тревоги не поднимал.
Забор…
Обычный штакетник, местами уже малость подгнивший и редкий. Перелезть через него тоже не составило большого труда.
Часовой, мирно сидевший на лавочке, не успел сделать ничего – хлопок нагана с глушителем прервал его размышления. А неча на посту дурака валять! Поставили бдить – так и бди!
Первый дом – здесь тихо, никакого движения, ни звука, вообще ничего – складывалось впечатление, что там попросту нет никого живого.
А вот второй… там из‑под занавески пробивался слабый свет – здесь явно кто‑то был! Ну, учитывая, что связные именно туда всегда и заходили, ничего удивительного в этом не было.
Барабанная дробь пальцами по ствольной коробке автомата – и группа захвата разделилась надвое. Каждая направилась к своей цели.
На удивление, дверь первого дома оказалась вообще даже и незапертой! В отличие от окон – те оказались прикрыты ставнями, которые располагались внутри помещения. Кстати говоря, очень нетипичное расположение…
Толчок двери, скрип петель…
Со щелчком сработало реле – и свет аккумуляторных ламп залил двор!
Прожектора эти были не такими уж и яркими – но их было несколько штук! И все штурмующие оказались как на ладони.
А в амбразурах, которые почти тотчас же открылись в стенах сараев и ставнях, появились оружейные стволы.
В домах, как оказалось, никто и не спал…
Татакнул пулемёт со стороны того самого домика. Итрассера выпущенных пуль прошли низко над крышами –намёк на бесполезность всякого сопротивления.