Я стану твоим адом

Глава 25 Кровь от крови...

За двадцать четыре часа до этого, от лица Утера

Уверенной походкой, будто я уже здесь царь и Бог, зашёл в церемониальный зал Вараколачей.

В доме никого не было, армия убирала раненых, а семья искала родных. Внезапно остановился. На камне было удивительное явление. Вокруг ребёнка крутился огненный шар, который укутывал его в кокон, согревая, давал ему словно "дозреть". Я с опаской подошёл к этому необычному явлению, которое видел впервые. Коснувшись огня, который окутывал ребёнка, зашипел и отдернул пальцы.

Я впервые обжёгся.

- Дьявол!

Тут же он начал затвердевать, будто глина, становясь всё твёрже и твёрже. На глазах происходило что-то невообразимое. Ребёнок, который окружил себя огнём, начал запечатывать себя в яйцо, которое с каждой секундой закрывалось всё сильнее, а кожура становилась всё толще. Прошло немного времени, как я решился взять раскалённое яйцо, покрытое мелкими выемками, похожими на чешую дракона. Меня окатил ужас осознания.

- Так это... Она торопилась... Торопилась к моему сыну? - Мурашки окутали всё моё тело. - Я такое наговорил.

Сердце стучало так быстро, что могло внезапно остановиться. Руки тряслись, держа яйцо.

- Она... Мари...

Я не мог выговорить ни слова, настолько был поражён случившимся. Каждая моя клеточка словно пульсировала, а по позвоночнику шёл огонь. Забрав яйцо, я вышел из замка и, обернувшись драконом, за восемь часов добрался до своего дома. Зайдя во дворец, я победоносно нёс ребёнка.

Сердце колотилось.

Утер? Это что? - подскочил ко мне Горлуа.

Его рука была перемотана, наложена шина.

Что с тобой?

Неудачно упал.

Что это у тебя?

Мой сын! - остановившись, горделиво произнёс я.

Сын? От кого?

У меня есть только одна.

Я увеличил шаг, чтобы порадовать девушку.

А ты куда? - не унимался друг.

К Мари. Надо разбудить её. Обрадовать, что сын жив! Он жив! Она считает его мёртвым!

Всё внутри трепетало, хотелось кричать от радости.

- Тут такое дело... - начал мяться он. От его виноватого тона душу оборвало.

Остановившись, посмотрел на Горлуа.

Что? - сквозь зубы процедил я.

Всё готово для обряда, - выдохнул он, криво улыбнувшись.

Чтобы лишить их силы?

Да.

Но Вараколача, который в этом дворце, это не затронет, правильно?

Всё верно. - Махнул Горлуа.

- Ты не хочешь, чтобы Мария пострадала?

Она должна остаться бессмертной, как и я. Не малейшей оплошности, - указал я на него пальцем. Того чуть дёрнуло, он снова попытался натянуть улыбку.

- Всё должно пройти идеально. Если механизм будет запущен, его невозможно будет остановить.

Так запускайте. Я хочу, чтобы вся её семья лишилась сил.

Под действием эмоций и неведения люди совершают самые большие ошибки в своей жизни, подвергая друг друга опасности.

Зайдя в свою комнату, я замер, надеясь увидеть огонёк, свою Играйну. Но на кровати никого не оказалось. Внутри меня всё перевернулось, как будто меня окатило кипятком. Горло сжалось в тисках ужаса, и мне стало трудно дышать.

- Посиди здесь... Я сейчас... - выдавил я, трясущимися от страха губами, и положил яйцо на кровать, словно это было единственное, что могло меня удержать. Выбежал из комнаты и в панике закричал: - Где Мари?! Где Мария?! - Мой голос звучал как рычание зверя. Я шагал по пустым коридорам своего дворца, ища хоть кого-то, кто мог бы ответить на этот вопрос. Но все прятались, испуганные, как будто смерть уже шла по пятам за ними.

Зайдя в кабинет, я увидел своего друга, сидящего на стуле, дрожащего от страха.

- Горлуа?! Где Мари? Она во дворце? Она на Авалоне? - спрашивал я, но он лишь сжал зубы, не в силах произнести ни слова. Внутри меня разгорался гнев и паника.

- Где... Мари!? - зарычал я, схватив его за грудки, ощущая, как сердце стучит в унисон с моим отчаянием.

Вдруг я заметил на его шее раны и запекшуюся кровь, меня затрясло еще сильнее.

Она питалась с тебя?

Утер...

Ты отпустил её? - выдавил из себя слова, в которые не хотел верить.

Глаза мои стали ещё более жестокими, чем раньше. Из ноздрей повалил дым, вены вздулись, а по коже пробежали первые искры огня.

Она ушла... - прохрипел тот, зажмурившись так, что аж покраснел.

Её... здесь... нет?! - Губы мои задрожали от напряжения, в глазах потемнело.

Нет!

Внутри взорвался вулкан, я закричал, что есть силы, начав трясти парня.

- Почему ты не сказал!? Почему сказал запускать наш план?

Она же Вараколач, Утер! Приди в себя! - Рубашка Горлуа уже пылала, она горела, захватывая всё тело. - Утер! - завопил он. - Прошу! Ты же знаешь, что я не мог её остановить.

Я откинул от себя друга, огонь сразу покинул его вещи и тело, оставив за собой на теле лишь шрамы и безобразные ожоги.

- Утер... - простонал он перед тем, как сознание покинуло его.

Но я уже не слышал. Я мчался по коридорам дворца, чтобы прекратить то, что должно свершиться, надеясь, что успею, что ещё ничего не началось.

Внезапно что-то вышло из комнаты, оно, будто невидимая стена, пошло по миру, убивая его.

- Нет!!! Нет! Нет! - завопил я, понимая, что обряд начался. - Нет! - орал от безысходности.

Из комнаты вышел Уилл, один из вампиров и моих друзей, кто мог совершить такой обряд.

В чём дело, Утер? - не понял он меня.

Мари нет в комнате! Ты знал?!

Откуда? Как? Я думал, она спит! - захлопал он глазами, отступая назад.

Останови церемонию! - подскочил я к нему.

От осознания, что я мог потерять единственное, что удерживало меня на грани здравого рассудка, внутри меня разразилась буря эмоций. Сердце забилось в бешеном ритме, а в голове закружились мрачные мысли. Страх сжимал горло, словно железная рука, а холодный пот катился по спине. Я чувствовал, как паника поднимается из глубины души, готовая вырваться наружу. Это было невыносимо - потерять то, что стало моим оплотом, моим светом в тёмном туннеле.- Это невозможно... - бормотал Уилл. - Вы же знаете. - Я побежал прочь, желая успеть забрать Марию, где бы она ни была. - Ты не успеешь, Утер. Ты знаешь об этом.

Я резко остановился, понимая, что выходить из дворца нельзя, ибо я тоже мог бы попасть под действие заклятия.

- Я не могу. Она где-то там и может умереть. У нас есть сын. Она должна вернуться к сыну.

Друг дёрнул меня за локоть.

- Ты же знаешь, что если выйдешь, то станешь смертным. И это в лучшем случае. В худшем просто умрёшь. Подумай о сыне, которого только приобрёл.