Страница 88 из 102
Что — то определенно не так. Вид у Элайджи встревоженный, зонт просто оставил рядом с дверью. Той бы предложить ему сухую одежду и согреться чаем или алкоголем. Если бы сейчас он находился в гробу с клинком в груди было бы не так больно, но в гробе его брат.
— Хейли оставила сообщение, что уходит навсегда. Я помог ей сбежать, предал брата заколол того.
— Думаешь клинок надолго задержит твоего брата? Тогда почему ты все еще здесь, а не останавливаешь эту волчицу? — выпустив из рук бокал схватила его за пиджак, капли красной жидкости оказались на его брюках.
— Она мать, Катерина и имеет полное право на это. Суд всегда принимает сторону матери.
— А ты решил, что имеешь право вершить судьбы?
— Нет.
— Тогда это будет первый в истории случай, когда я приму сторону мужчины. Клаус имеет полное право быть рядом с дочерью и защищать так, как считает нужным.
— Я был уверен, что все делаю правильно. Все ради безопасности племянницы.
— Неправильно!
— Гроб пуст. Я это обнаружил это.
— Выходит он заключил сделку с Далией.Думал, что расправившись с этой тысячелетней ведьмой дом станет безопаснее, Хейли с его дочерью вернуться, ты вытащишь тот клинок и все будет так, как будто ничего не произошло. Открою тебе секрет, который ты и так знаешь: «В гневе Клауса не остановить». Отыграется он на всех. Особенно тех, кто дорог.
— Я буду готов столкнуться с ним. План продуманный Фреей сработает.
— Не только ты… Элайджа, прекрати исполнять всякие дурости этой шавки! Она может и мать, но это проблема твоего брата, не твоя. Она предает, а ты прощаешь.Она к тебе в постель лезет и так смотрит, что я убить ее готова, а ты ничего не предпринимаешь, хотя убеждаешь что это не так. Я все сделаю, чтобы Хейли не имела возможность, при каждой встречи, бросаться к тебе и пытаться расстегивать брюки. Ради меня ты никогда не пошел бы против Клауса. Ради меня ты бы никогда не сделал то, что делаешь для нее. Почему?
— Кто защитит семью? Сейчас это делаю я. Это не так. Ты мне дорога. Я пытался уладить то, что тебя беспокоит, говорил с Хейли.
— Хорошо защищаешь сделав только хуже. Тогда и я решу одну проблему отменив свадьбу, если ты не хочешь.
— Разве для этого есть причины? Я тебе что — то говорил?
— По глазам вижу. Тебя это не очень волнует, как и мои чувства.
[Не] волнуют его ее чувства. Мокрыми и липкими руками касается ее оголённого плеча поправляя шелк черного халата, который спал. Она была достаточно разъярена его отсутствием, так ко всему прочему услышала не самые приятные новости. Ощущать этот холод [внутренней]. Почему у них все вот так [сложно и непонятно, после простого и ясного]. Почему ей кажется, что ему наплевать, а просто желает поступать правильно. Прекрасно же знает, какова она, что никогда та не согласиться смириться с сложившейся ситуацией.
— С этим мы тоже справимся. Вместе. Я тебя люблю и только тебя.
— Тебе нужно переодеться в сухую одежду. Иди в ванную. Я подготовлю халат. Может получится уснуть на несколько часов. Подумаем, что делать и как утихомирить Клауса.Утром позвоню Ками.
— С Никлаусом я тоже разберусь самостоятельно.
Пока ждала его попыталась дозвониться до Джексона, чтобы убедить его притормозить Хейли, но звонки так и остались без ответа. А жаль, потому что был еще шанс все исправить.
Сил у нее нет, а в спять все повернуть невозможно.
Просидеть до утра [потому что уснуть так и не удалось].Их только двое. Черные шторы, на которые та смотрит. Он попытался взять ее за руку, а она все молчит. Ну как еще объяснить? О чем говорить, если та права и рядом с Хейли он правда теряет себя и не удивительно, что ей это не нравится. Пора ему вспомнить, кто он такой и расставить все на свои места. Их отношения собирать заново, переплетать черное и белое.
Холод [Жара].
С наступлением рассвета тучи увы не рассеиваются.
Дождь усилился.
В гневе Клаус необузданан и неуправляем.
Для каждого продумал идеальную месть.
Далия не позволит Хейли уйти далеко, но непогода и проливной дождь только начало пробоем. Для нее Клаус уготовил особую участь.
Марселя пытает, довольно быстро расправляется с его вампирами, с собой забираю одну, ту которая сыграет свою роль, и как вишенка на торте, внушает навредить Ребекки в ее новом хрупком ведьмовском теле, зная, что тот никогда так не сможет поступить.
Ожидать приговора куда страшнее, чем сам вынесенный приговор. От этого никак не легче. Как ей прожить этот день не зная, где он и главное какую именно из своих изощрённых пыток в отношение брата, тот воплотит в жизнь. Словно находится в гиене огненной.
— Тебе лучше уйти, Джиа.
— Элайджа попросил побыть с тобой. Я согласилась, как друг.Он сказал, что лучше не высовываться, слишком опасно, а если он так сказал значит так нужно.Может сериал посмотрим?
— Этим вряд ли меня остановишь.
— Ты на взводе.
— Думаешь так просто сидеть и ждать?
— А как же позитивное мышление? Кого нам нужно убить?
— Нам никого. Меня убьют, а может этот ублюдок придумает что похуже.
Идет на кухню и возвращается с двумя бокалами бурбона. Повезло найти в шкафчике бутылку хорошего алкоголя.
— Может и правда напиться перед смертью?
Почему бы и нет, тем более алкоголь очень хорошо действует, как притупитель боли.К чему такие мрачные мысли, если все тихо, до того самого момента, как входная дверь срывается с петель. Клаус всегда приходит без приглашения. Джиа даже и слова сказать не смогла, как оказалась на полу со сломанной шеей, разбитый бокал рядом и разлитая по полу выпивка.
— Ты даже не представляешь, что я приготовил для тебя.
Что ей остается делать? Кричать? Сопротивляться?
Все это вполне могло сработать, особенно когда очень хочешь жить, бесполезно, когда тебя тащат за волосы.Она непокорная [даже слишком], поэтому Клаус с радость бы заткнул ее, но это делает Далия взмахнув рукой.
Всего один не верный ингредиент рушит план Фреи. На все была готова только бы быть свободной.
Кровь ведьмы, которую любила Далия не та.Это не Фрея, а Эстер.
Клаус хочет поквитаться с каждым, кто его предал, всадил нож в самое сердце.
Он уже решил, как поступит с братом.По всей видимости семейных разборок не избежать. Бесполезно же драться с озлобленным [озверевшим] Клаусом.
— Ты ведь так желал семью, братец? Так получай.
Лицо брата прижимает к железным прутьям.
— Идите сюда! Живее!