Страница 63 из 111
Два часа спустя я лежал в кромешной тьме, слушая ровное дыхание своих попутчиц. То, что мы с женой находились под прямым углом друг к другу, ноги к ногам, печально символизировало наши неразрешенные проблемы. Вдобавок мне мешали заснуть мысли о завтрашнем путешествии и о том, не забыли ли мы захватить с собой еще что-нибудь важное. Разговор в рубке тоже задел меня за живое, напомнив о книге, которую я прочел несколько месяцев назад. Это была социальная история Британии, написанная шестьдесят лет назад, классика в своей области. Целую главу автор посвятил страсти к загоранию. Начиная с 1970-х годов и далее миллионы белых британцев каждое лето отправлялись дешевыми рейсами на юг, чтобы ежедневно проводить долгие часы у бассейнов и на пляжах, распластавшись под свирепым солнцем. Таким образом люди стремились превратить свою белую кожу в смуглую — считалось, что она придает человеку здоровый и привлекательный вид. Сосуществование этой идеи с белым расизмом представляло собой, по мнению автора, одну из интригующих загадок социальной истории. Даже после того, как медики установили, что избыток солнечного света влечет за собой повышенный риск раковых заболеваний и преждевременное старение, никто не торопился отказываться от вредной привычки, и она оставалась модной едва ли не всю первую треть следующего столетия. После Деструкции, Наводнения и прочих бед население планеты резко пошло на убыль. Все системы социального устройства рушились, и международная торговля вместе с туризмом начали хиреть. Хаос разрастался, численность населения продолжала падать. Вопреки тому, что предрекали демографы, межэтнические браки так участились, что за три-четыре поколения потомки многих белых реализовали старую мечту приверженцев солнечных ванн. Каким бы трагическим ни было наше положение, провозгласил один часто цитируемый комментатор, «мы выбрались из невзгод золотыми и медовыми». Расширение генофонда укрепило общее здоровье, хотя послевоенная радиация оказывала противоположный эффект. По-настоящему белокожие люди стали редкостью. Стыдно сказать, но теперь дискриминации подвергаются они. Обычная история. Не такие уж мы сладкие и золотые.
Я заснул только после трех. В пять на мое плечо уже легла рука капитана. Судно набирало ход. На плите нас поджидал желудевый кофе, на сковородке шкворчала яичница, и Джо требовалась помощь с парусом.