Страница 48 из 110
— Плохо, — голос Михаила был мрачен. — В мертвом городе есть только одно место, где имеется растительность — самый центр, и туда никто не ходит. Те, кто вошел под сень этого леса, назад не вернулись. Егерь, что рассказывал мне страшные байки про это место, говорил, что там деревья живые.
— Но Вулкан же там был уже не один раз, — удивленно произнесла дочка Берга, внимательно слушающая разговор взрослых.
— Варя, — устало произнесла мать, — он зверодух, сущность, обретшая форму, на них вообще никто внимания, кроме ловчих, не обращает. Если там и вправду живые деревья, то духи им неинтересны. А вот мы, из плоти и крови, скорее всего, наоборот, если, конечно, верить во все то, что поведал нам его сиятельство боярин Бельский.
— Ну, за что купил, за то и продал, — развел руками Михаил и, вытащив из рюкзака стопку бутербродов, завернутых в оберточную бумагу, вгрызся в пока еще относительно свежий хлеб. — Среди егерей, — продолжил он, — это место считается самым опасным. Во всяком случае, Аким, тот, кто мне это все рассказывал, знавал людей, которые видели этот лес своими глазами.
— Я его видел своими глазами, правда, издалека, — неожиданно произнес сидящий подле Михаила Верд. — Мы как-то при ловле духов забрели почти в самый центр. Там все, как его светлость изволил сказать. Некоторые наши подошли ближе, факелы самодельные смастерили, так вот, стоило их зажечь, как деревья заволновались. Они боялись и ненавидели огонь. Наши постояли и отошли подальше, боязно всем стало.
— Аким то же самое рассказывал, — подтвердил Бельский.
— Мне приходила докладная записка, когда я еще старшим дьяком служил в Создале, — подал голос Берг, — о том, что один ловчий из вольцев вошел в этот лес и был схвачен то ли ветвями, то ли каким-то зелеными щупальцами. Но эта напасть была далеко, и я не придал этому особого значения, только довел информацию до тогдашнего командира первого полка, князя Адашева. Тот в свою очередь обещал довести эту информацию до личного состава и отправить депешу во второй полк, к которому приписан Верд.
— Было такое, ваше сиятельство, — подтвердил Верд, — всех новичков предупреждают, что к лесу приближаться нельзя.
— А как же мы? — подала голос испуганная Аглая. — Коль, может, вернемся?
— Нет, душа моя, — отозвался Берг, — надо идти, сил моих нет больше сидеть на этом острове. Пока единственный портал был в руках аборигенов, и доступа мы к нему не имели, я мирился, но теперь мы в шаге от возвращения. Дом стал сниться, я не смогу жить дальше в маленькой имперской слободе. Тянет меня туда, — Берг указал на провал. — Там наша жизнь. Или смерть, — после небольшой паузы добавил бывший старший дьяк.
Аглая молча выслушала мужа и возражать против его решения больше не пыталась.
Дальше сидели в тишине. Прошло четыре часа, Бельский даже подремать умудрился. Когда он открыл глаза, вокруг было сонное царство, только Пахом бодрствовал и черный зверодух-крушила, принадлежащий боярину Говорову.
Михаил выпутался из объятий жен, вытащил из своего ранца бутылку с водой и, плеснув на руки, протер лицо. Посмотрев на часы, он понял, что снаружи над островом ночь. Если его расчеты не были ошибочны, то над материком сейчас, наоборот, рассвет. А значит, пора выдвигаться.
— Подъем, через полчаса выступаем, — будя свой спящий отряд, скомандовал он. Пока все продирали глаза, он достал из ранца последние бутерброды и принялся завтракать.
Ирина, вытащив из своего ранца артефактный термос, разлила на три кружки остатки горячего взвара.
Вскоре все были на ногах, кто-то ел, кто-то умывался, но через полчаса все, кто должны были перейти на материк, были готовы к выдвижению.
— Прощайте, бояре, — пожимая руки Змиеву и Говорову, сказал Бельский. — Ждите от нас весточку. Постараюсь, как ситуация прояснится, послать к вам сокола. Как письмо сбросит, попробует вернуться. Если будет пост у провала, там оставит, только вы отверстие оставьте в крышке, чтобы он пролетел, если же нет, тогда в крепость принесет. — Михаил посмотрел на простолюдинов. — И вы прощайте, мужики, берегите поселок, — после чего плюнул на этикет и тоже пожал им руки. — Верд, вперед, — скомандовал Бельский, — за ним боярин и остальные, я замыкающий.
Рядовой, закинув за спину приличный баул, молча кивнул, принимая приказ, и первым с легкой опаской приблизился к арке, вытянул руку, аккуратно коснулся пальцами пелены перехода, после чего, выдохнув, шагнул вперед. Мгновение, вот его силуэт исказился и растаял. Следом, обогнав боярина Берга, в провал нырнул Вулкан. На всю переправу ушло минут пять. Вскоре в зале остался только Михаил и сопровождающие.
— Удачи, ваше сиятельство, — махнул рукой Змиев, — будем ждать новостей.
Бельский кивнул и шагнул в арку. Странно, на этот раз его не стало крутить, просто сначала вспотел, потом замерз, а потом воздух из груди выдавило. Он пошатнулся и, открыв глаза, понял, что все вышло. Да, он по-прежнему в подземелье, но оно с другой стороны портала.
Он окинул всех собравшихся внимательным взглядом, все были на месте, никого не распылило по дороге, не унесло в другой мир.
— Поздравляю, господа, мы на материке. Все, что было до этого, цветочки, сейчас ягодки пойдут. Мы в центре войны, противник у нас серьезный и очень сильный. Цель первая — выбраться из подземелья, затем выбраться из мертвого города. Пункт третий — добраться до Заставного. Если там наших нет, найти их. Порядок следующий — я впереди, за мной Ирина, она прикрывает Катю, Аглаю и Варвару. Замыкают группу боярин Берг, Никита и рядовой Верд Никорт. Вулкан, — окликнул он зверодуха, ксанс поднял голову и уставился на своего второго хозяина, — показывай дорогу наружу, только не спеша так иди, метрах в пяти впереди. Если увидишь, что опасно, останавливайся и отходи назад.
Багровый зверодух кивнул, принимая приказ, и неспешно тронулся к единственному выходу. За ним Бельский и остальные. На этот раз идти оказалось недалеко, дорога до подъема в большой мир заняла всего полтора часа, можно было бы и быстрее, но Михаил не хотел торопиться и утомлять свой отряд форсированным маршем.
— М-да, — глядя на обвал, по которому нужно вскарабкаться на пятнадцатиметровую высоту, протянул Михаил.