Страница 12 из 110
Именно в этот момент скверна внутри него решила шевельнуться, и его тело словно тысяча иголочек пронзила.
— Плохо, — ловя покачнувшегося Бельского за руку, утвердительно произнесла Воронецкая. — Как же ты дальше-то пойдешь? Мы только на опушке, а ты едва ноги волочишь.
— Как-то пойду, — ответил Михаил. — Все, Ирина Николаевна, идемте, время мое сильно ограничено.
С самокормлением черного двойника проблем не возникло, мелочи вокруг хватало, только направляй. Вообще, дома у Бельского было целых два черных охотника без формы, а ему ведь так нужен новый разведчик, взамен погибшего сокола. Горыныч был прекрасен, но слишком большой и уязвим к скверне. Эх, поднять бы его до черного. Есть у Михаила мысли, что если он сожрет достаточно сущностей, то станет таким же. Но сколько в него их нужно запихнуть, неясно.
Через шесть часов они вышли в центр руин и устроились на привал. Самым плохим было то, что ни пояс, ни шар не обнаружили так нужных ему духов.
— Миш, а ты золотого не пробовал поймать, как черного, с помощью своей плети? — поинтересовалась Ирина, протягивая ему артефактный судок, в котором была горячая каша с мясом.
— Нет, — покачал головой Бельский, вытаскивая из ранца ложку и начиная быстро есть.
Этот переход на десять километров оставил его без сил. Последние сто метров он шел на одной силе воли и на упрямстве, Ирина даже подставила ему плечо, поскольку его мотнуло так, что он едва не упал. Попробовать, конечно, можно, но не сейчас. Не время для экспериментов.
Он снял с бока маленькую флягу и сделал один единственный глоток зелья, выданного Марфой. Тут же бросило в жар, рубаха прилипла к потной спине. Бельский заглянул внутренним оком на источник и скверну, эта крохотная доза слегка взбодрила. Но скоро проклятие подавит эффект. Такую штуку надо глушить грамм по двести сразу, тогда и толк будет, а маленький глоток — это, как камешки в волну кидать, фактически бесполезно.
— Значит, сутки, — глядя в пустоту, дрогнувшим голосом произнесла Ирина.
— Уже меньше, — покачал головой Бельский. — Без комнаты, что меня поддерживала, я чувствую, как проклятие все шустрее проникает в меня. Но без разницы, там я умру или тут. Я предпочитаю тут, в борьбе, чем в темном подвале в одиночестве.
— А золотой точно поможет? — орудуя ложкой, с надеждой спросила Ирина.
— Откуда мне знать? Может, да, может, нет, может, это просто отсрочка. Я иду наугад, стараясь использовать любой шанс. Сейчас вся эта сила подавлена, мой источник слаб, нужно его зарядить, а там посмотрим.
Ирина отвернулась, ее плечи вздрогнули, плакала княжна Воронецкая молча.