Страница 6 из 175
— Познакомься, это Пола, — дружелюбным голосом прокомментировал Дэнни, когда я молча уставился на добермана передо мной, — она ещё молодая и очень восприимчива к человеческим эмоциям. Бесконечно скучающая и сострадающая девочка. А там Зевс.
Парень махнул головой в сторону кухонного острова, где смирно лежал другой доберман, вытянув лапы и пристально наблюдая за мной.
— Этот парень настоящий защитник, и тебе лучше не повышать на меня голос, иначе будешь собирать свою задницу по лоскуткам.
Я перевёл безэмоциональный взгляд на друга.
— Боишься, что я слечу с катушек и захочу убить тебя?
Дэнни рассмеялся.
— Я тебя не боюсь. Может ты и сумел напугать Хэйли, но я-то знаю, какой ты на самом деле добряк, — он подмигнул мне и поднялся с дивана, — родителей не будет ещё неделю. Я не могу оставить тебя одного в таком состоянии, а они взвоют от тоски дома. Так что придётся потесниться и привыкнуть к этим двоим.
Я снова перевёл взгляд на собаку, сидящую у моих ног, и нерешительно протянул руку к её морде. Чёрные небольшие глаза были сосредоточены на моей руке, а острые длинные уши подняты вверх, но она не отстранилась. Воспользовавшись шансом, я положил пальцы на вытянутую узкую морду и осторожно провёл по ней, следя за реакцией. Когда не последовало никакой агрессии, я позволил себе провести ладонью по шее и потрепать её за ухом. Её шерсть была такой гладкой, короткой и тёплой, что на меня внезапно нахлынула волна удовольствия.
— Будешь делать так постоянно, и она не отлипнет от тебя ни на шаг, — усмехнулся Дэнни и открыл холодильник, — эта чертовка жить не может без ласки.
Как и я.
Я закрыл глаза и возродил в памяти её ангельские глаза, смотрящие на меня с такой нежностью, её крошечные тонкие пальчики, играющие в моих волосах на затылке, её магические объятия, способные вырвать меня из тьмы.
Сердце сжалось до острой боли в груди от незнания, что с ней сейчас, страшно ли ей, в безопасности ли она.
— И, если ты думаешь, что кто-то проник в дом и знает, где ты теперь обитаешь, ещё одни дополнительные меры безопасности нам не помешают.
— Что значит «еще одни»? — я оторвал взгляд от Полы и посмотрел на парня.
— Нуууу... — протянул Дэнни и упёрся руками в столешницу, — ты же не думал, что такие хоромы останутся без защиты?
— Что ты имеешь в виду? — я нахмурился и выпрямился, оторвавшись от собаки.
Дэнни глянул в угол стены прямо над лестницей, и я проследил за его взглядом. На стене не было видно ничего, что могло бы привлечь внимание.
— Угол рольставен, — я присмотрелся, и в этот момент механизм опускания светонепроницаемых штор пришёл в действие. Когда в комнате стало темно, и свет из окон перестал поступать, я заметил что-то тусклое и мигающее у самого основания механизма.
— Это камера? — прорычал я и метнул злобный взгляд на Дэнни, — всё это время ты снимал нас на камеру?
Я подорвался с дивана, и собака, сидевшая у края острова, резко подорвалась и зарычала. Остановившись, я отступил на шаг назад, давая понять Зевсу, что не собираюсь нападать, хотя, чёрт возьми, мне хотелось разорвать грёбаного извращенца.
Я сжал кулаки и произнёс как можно спокойнее:
— Как давно ты это делаешь?
— Она постоянно работала. Послушай, — Дэнни поднял ладони вверх, — это совершенно обычная мера безопасности. Я же не думал, что вы, ребята, так сильно сблизитесь.
— Сколько их? — почти прорычал я.
— Только эта, — поспешно ответил Дэнни.
— Какой у неё обзор? — я перевёл взгляд на крошечную точку под потолком, прикидывая угол захвата.
— Она видит входную дверь, часть кухни и весь верхний этаж, не считая кабинета, — парень посмотрел на меня исподлобья, и я прошёлся взглядом по точкам, где мы засветились.
— Блядь, я даже знать не хочу, где вы это делали!
— Ты смотрел? — я оторвал взгляд от столешницы позади него и глянул на него исподлобья.
— Нахрена мне это делать?! Да и когда? Пока ты был в отключке, я занимался улаживанием дел. Да и я догадывался, что ты не обрадуешься.
— Куда ведутся записи?
— На мой ноутбук, в зашифрованную папку. Записи хранятся всего месяц, так что, если мы хотим узнать, кто был здесь, и использовать это, нам следует заняться этим вопросом незамедлительно.
Я пролистывал записи в ускоренном режиме с момента за неделю до появления Хэйли. Мой день был похож на «день сурка»: принять душ, сделать сэндвич, посмотреть новости, засесть на долгие часы в кабинете, снова сделать сэндвич, пропасть в тренажёрном зале, безуспешно попытаться поспать.
А потом на пороге дома появилась она. И жизнь поменяла свой темп.
Я замедлил видео и улыбнулся, заметив, как Хэйли спрятала нож между диванными подушками.
— Умная кнопка, — ухмыльнулся Дэнни, скрестив руки на груди.
Противясь желанию просмотреть каждое мгновение её пребывания в этом доме, я снова ускорил видео. Вот она впервые готовит завтрак, а тут она сидит, укутавшись в одеяло, и с грустью в глазах поглядывает в сторону кабинета.
Что она чувствовала в тот момент? Насколько сильно я её обидел?
Операция. По моему телу снова прокатила дрожь от душераздирающей картины, которая разворачивалась на кухонном острове.
— Я никогда не перестану поражаться выносливости этой девчонки, — Дэнни покачал головой и опёрся ладонями о край стола.
Затем кухня опустела, а некоторое время спустя, я, весь промокший, со стояком, рвущимся наружу, взлетел по ступеням, и Дэнни хмыкнул.
— Оказывается, я был прав, — на его лице засияла довольная улыбка, и мне захотелось набить его рот дерьмом, чтобы вытравить это выражение лица.
Ёлка. Наша ссора на лестнице. Затем кошмар. Я замедлил видео, желая снова прочувствовать ту её заботу. Я слышал её мягкий, нежный голос, пытавшийся ободрить меня, и всё так же чувствовал ритм загнанного раненого сердца, который она удивительным образом способна была успокоить. Она нужна была мне. Наверно, из нас двоих именно я нуждался в ней больше. Она всегда была сильной. А я...
— Так это не первые кошмары, мучающие тебя? — с неприсущей ему серьёзностью поинтересовался Дэнни.
В ответ я лишь покачал головой.
— Что тебе снится?
— Как я убиваю Хэйли. Кто-то неизвестный обвиняет меня в этом.
— А раньше? — не отлипал парень, — раньше ведь снилось что-то другое?
Я вздохнул и проглотил горький ком.