Страница 4 из 145
И люди появились. Из леса вышло ещё несколько крепких мужиков в рясах. Причём смотрели они отнюдь не доброжелательно. Решив, что попала в лапы какой-то секты, я начала действовать. Одного хорошо поставленного удара баскетболистки хватило, чтобы псевдопоп кулём осел на землю. Не мешкая, рванула в сторону спасительного леса.
Петляла по нему долго. Наконец, решила остановиться и попытаться сориентироваться на местности. И тут же сзади что-то прилетело мне по темечку. Убить не убило, но сознание поплыло. Моментально из кустов выскочили знакомые мужики в рясах и лихо спеленали меня широкими лентами. Не прошло, и пяти минут как приковылял поп. Хорошо я приложилась! Главный сектант окривел на один глаз. Долго гематома сходить будет.
- Лютая попалась, - то ли враждебно, то ли с лёгким уважением в голосе, проговорил он. - И рука крепкая, и хорошо подготовленных иноков заставила попотеть, по лесу бегая.
- Меня будут искать! Немедленно развяжите! Иначе на пожизненное в тюрягу отправитесь! - уже с помощью угроз и уговоров не оставляла я попыток освободиться из плена. - Давайте так! Я вас не видела, а вы меня! Тихо-мирно разойдёмся, не привлекая к нашему делу полицию. Обещаю заяву не писать.
- Пей, - словно не услышав моё деловое предложение, протянул седобородый флягу.
- Нет.
- Всё равно же волью. Не гневи бога, не дай совершать над тобою насилие.
- Какое насилие! - окончательно запаниковала я, услышав, что групповухи, кажется, мне не избежать. - Учтите, я больная! У меня СПИД, сифилис и герпес! И ковидная ещё! Сейчас чихать начну! Посторонись, а то заражу!
- Блаженная она какая-то, отче, - с сочувствием в голосе проговорил один из “монахов”. - Может, для начала святой водицей её окропить?
- Не надо. Пей! - снова протянул мне флягу старик.
Делать нечего. Вздохнув, я зажмурилась и сделала несколько глотков. А неплохое у них на вкус зелье. Отдаёт мятой и, кажется, слегка валерианой. Сразу стало так легко на душе. Ушли куда-то страх и офигевание от происходящего. Даже лица насупленных сектантов стали казаться милыми.
Я улыбнулась им и уснула. Снилась мне Настёна, гуляющая со своим любимым Лёхой по морскому побережью. И на пальце у подруги сверкало кольцо с большим голубоватым бриллиантом…
Пробуждение вышло странным. Во-первых, я не сразу сообразила, что нахожусь не в собственной кровати. Во-вторых, потом сообразила и вспомнила странные приключения, случившиеся со мной… Когда? И вообще-то, где я нахожусь? Очень похоже на монашескую келью. Я в кино такие видела.
Живот моментально скрутило от голода. Словно я несколько дней ничего не ела. Но больше всего мучила жажда. Тяжело поднявшись с топчана, осмотрелась и увидела маленький столик, на котором стояла крынка и деревянная тарелка с кашей. Ложка прилагалась тоже деревянная.
Сама не заметила, как очутилась около еды. Сожрала и выпила всё за пару минут и, довольная, откинулась на спинку неказистого стульчика. Немного отдышавшись, решила всё-таки сменить “костюм Евы” на ту одежду, что кто-то заботливый оставил сложенной на табурете. Явно для меня приготовлено.
Но прежде чем одеться, подошла к мутному, видавшему виды зеркалу. Подошла и обомлела. Без сомнения, это я. НО! С правой руки исчезла большая цветная татуировка! Маленький шрамик на подбородке тоже куда-то подевался. Несколько окрашенных локонов стали естественного рыжего цвета. Что за чертовщина?
И главное! Я почувствовала, что моё многострадальное колено двигается, словно вчера на свет родилось! Улыбнулась, потом широко открыла рот. Все зубы на месте, хотя полгода назад мне удалили “восьмёрку”. Да и на переднем резце нет небольшого скола, полученного на тренировке, после случайной встречи с локтем одной из девчонок.
Стала внимательно осматривать себя дальше, всё больше и больше убеждаясь в том, что моё тело девственно-чистое. Ни следов от пирсинга, ни пломб, ни каких-либо повреждений на коже, в обязательном порядке имеющихся у каждого профессионального спортсмена.
Ошарашенная такой “народной медициной”, я надела платье. Точнее, сначала нательную длинную рубаху, а потом этот прикид из тёмной шерстяной ткани. Повязала на голову серый платок. Мда… Высокой модой здесь и не пахнет.
- Пришла в себя? - спросил вошедший без стука седобородый поп.
- Нет. И не собираюсь. - огрызнулась я. - Как же вам не стыдно! Пожилой человек, а таким занимаетесь!
- Ну чем я занимаюсь - это мы ещё обговорим, сударыня. Да и чем вы будете - тоже. Следуйте за мной. Нас ожидает один очень важный человек. Из самого Петербурга по вашу душу приехал. И прошу вести себя с ним прилично, а не как при первой нашей встрече.
- Что? Уже не болит глазик? - злорадно спросила я.
- Душа болит, глядя на всё это непотребство, - с грустью в голосе ответил поп. - Но что поделать, если оно так обернулось… Прошу на выход, барышня.