Страница 28 из 105
— Принесите еще три прибора, — отдаю приказ слугам.
— Приветствую, генерал, — басит король.
— Отец? — поворачивает голову Стефан, на голос родителя и поднимается.
— Как ты сын? Что говорит Вир Сантини, есть подвижки? — все понимаем, что Его Величество говорит о зрении сына.
— Пока без изменений, — отвечает Стефан.
Король поворачивает голову в мою сторону, понимаю, что ждет ответа на тот же вопрос. Коротко мотаю головой, не желая признавать собственную немощность.
— Есть новости, — интересуюсь я, обратившись к заходящим побратимам.
— Потом обсудите, — властно бросает правитель, занимая свободный стул.
Слуги расставляют приборы, подносят чаши с водой, чтоб сполоснули руки вновь прибывшие. И после того, как вытирают руки салфетками, король интересуется.
— И где ваша жена, почему не ужинает с вами? — строго спрашивает Его Величество, как только мы приступаем к напряженному ужину.
— Она приболела, — сухо отвечает принц.
Пихаю в бок Ксандра, замечая заходящую в трапезную жену. В красивом, нежно голубом платье с глубоким декольте. Распущенными, вьющимися волосами, Валери переступает порог и поднимает высоко голову. Плечи распрямляет, смотрит куда-то за мою спину. Величественная и холодная. Она словно не замечает нас.
Король и два побратима сидят спиной к входу и не видят её. А у нас с Ксандром на лицах отражается полный шок. На скуле отчётливо темнеет синяк, да и припухлость бросается в глаза.
— Светлого вечера, Ваше Величество, — раздаётся тихий, спокойный голос жены.
Встречаюсь с ее холодным, безразличным взглядом и по спине пробегает холодок. Против воли мой взгляд полный негодования устремляется на Стефана. В то же время я злюсь на женщину. Валери удачно подобрала время и сейчас устроит настоящую сцену обиженной жены. Правитель может наказать нас и встать на сторону принцессы.
Как по команде король и Эзраэль оборачиваются. Его Величество негодующе хмурит брови, сжимает столовые приборы и цепко осматривает лицо девушки. Молчание затягивается.
— Что это? — голос правителя звучит тихо, но в нём чувствуется сдерживаемая ярость. Он переводит взгляд с Валери на Стефана, затем на нас с Ксандром. — Принцесса Валери, что произошло? Почему у вас синяк на пол лица?
Валери останавливается возле меня, Эзраэль уже рядом, отодвигает ей стул, помогает сесть. Наша жена улыбается королю, расправляет плечи, в её взгляде нет ни страха, не ликования, лишь ледяное спокойствие.
— Ничего серьёзного, Ваше Величество, — отвечает она ровным голосом, коротко улыбнувшись. — Неудачное столкновение. Я сама виновата, ударилась о дверь в ванной.
Мы переглядываемся с побратимами, Эзраэль смотрит на меня волком, мол почему не проконтролировал, почему не залечили синяк. А что я скажу сейчас? Что все три дня не видел принцессу, потому что она не выходит из своих покоев и к себе никого не пускает?
— Это моя вина, отец, — Стефан встает, поворачивается лицом в сторону нашей жены, — прости Валери, если сможешь. Я действительно не намеренно ударил тебя.
Король медленно поднимает бровь, внимательно изучает лицо Стефана, затем вновь переводит взгляд на Валери.
— Неубедительно! — произносит он жёстко. — Стефан, ты знаешь правила! Члены королевской семьи не поднимают руку на близких, особенно на супругов. Ты мог нанести серьезную травму.
— Я осознаю свою ошибку, отец, — твёрдо говорит Стефан. — И прошу прощения у Валери при всех.
Жена слегка вздыхает, смотрит на принца — в её взгляде нет ни торжества, ни злорадства, только какая‑то усталая мудрость.
— Всё хорошо, Ваше Величество, — обращается она к королю, — я принимаю извинения Стефана.
— Ты проявляешь великодушие, Валери, — говорит король. — Но это не отменяет того, что произошло. Стефан, ты лично проследишь, чтобы лекарь осмотрел Валери и залечил синяк. Это ясно?
— Да, отец, — склоняет голову принц.
— А теперь, — король переводит взгляд на Эзраэля и Ксандра, — давайте ужинать, а после доложите, что удалось выяснить о похищении тела Габриэля?