Страница 13 из 30
— Знаете, — начал он, отодвигая пустую тарелку, — я много чего повидал в жизни. И люди часто удивляют своей жестокостью. Но ваша история… она выбивается. Вы ведь могли просто исчезнуть, сделать аборт, в конце концов. А вы носите, рожаете, тянете одна. И при этом еще и чужого ребенка кормите. Не каждый на такое способен.
Света грустно улыбнулась, качая головой. Она хотела что-то ответить, но в этот момент из комнаты донесся требовательный плач. Артем проснулся и звал. Света вскочила, но Игорь жестом остановил ее.
— Я схожу. Посидите, доешьте. — Он поднялся и быстро направился в комнату, оставив Свету в растерянности.
Он подошел к кроватке, где его сын, красный и недовольный, сучил ножками и надрывался в крике. Игорь осторожно взял его на руки, прижимая к груди. Тельце Артема было горячим и пахло молоком и детским кремом. Игорь почувствовал, как к горлу подкатил ком.
Он принялся ходить по комнате, тихо покачивая малыша и бормоча что-то успокаивающее. И, к его удивлению, Артем начал затихать, всхлипывая и прижимаясь к широкому плечу отца.
В дверях стояла Света, прислонившись плечом к косяку. Она молча наблюдала за этой картиной — огромный мужчина в строгой рубашке, с закатанными рукавами, баюкает крошечного младенца.
В ее глазах блестели слезы, которые она быстро смахнула ладонью.
Игорь, почувствовав ее взгляд, обернулся. Их глаза встретились.
Он хотел сказать что-то важное, но слова застряли где-то в горле.
Вместо этого он просто улыбнулся, и Света ответила ему такой же робкой, уставшей, но благодарной улыбкой.
В этот момент в крошечной квартире, пропахшей супом и глаженым бельем, между ними словно зажглась тонкая, но уже неразрывная нить, сплетенная из общей ночи, спасения и этих двух спящих детей.