Имперский Хранитель

Глава 8

Машина подъезжает к «Башне Морозова» без пяти десять. Выхожу, поправляю галстук. В руке портфель с фальшивыми документами. Сегодня я снова Артем Строганов и должен быть безупречен.

Здание — стекло и сталь, строгие линии. Никакого пафоса, как в «Ледяном дворце». Здесь все по-деловому. У входа меня ждет секретарь Зимина — та самая, с идеальной улыбкой. Сегодня улыбка натянутая.

— Господин Строганов, прошу вас, пройдемте. Господин Зимин вас ждет.

Меня проводят через коридоры в лифт, который поднимает нас на верхний этаж. Вид из окон захватывает дух — почти весь город как на ладони. Но мне не до видов.

Кабинет Зимина огромен, отделан темным деревом и кожей. Вообще, интерьер кричит о дорогой сдержанности и власти. «Смотри, плебей, и трепещи», — будто говорит каждый предмет. Трепетать, конечно, не собираюсь. Зато зацениваю: кожа на креслах мягкая, идеально подходит для того, чтобы развалиться в нем с видом хозяина мира. Жаль, но у меня сегодня роль просителя. Эх, Аратель, когда-то в твоем шатре из драконьих шкур и то уютнее было, хоть и пахло серой. Но там хотя бы не приходилось надевать этот дурацкий удавку-галстук.

Начальник логистики сидит за массивным столом, на котором из предметов только компьютер и пара стопок бумаг. Его нить сегодня более напряжена, чем в клубе. Он настороже.

— Ну, Строганов, показывайте, что у вас там, — он даже не предлагает мне сесть.

Я достаю из портфеля планшет от Волковой, включаю. Экран ярко загорается, демонстрируя фирменную заставку.

— Как и договаривались, полное коммерческое предложение. Объемы перевозок, которые мы можем обеспечить, наши тарифы, условия. Особое внимание обратите на раздел «Специальные условия» — мы понимаем, что некоторые грузы требуют особого подхода.

Кладу планшет перед ним. Он не спеша, почти лениво пролистывает документы, его лицо — каменная маска. Но я вижу, как его нить интереса пульсирует, становясь чуть ярче и плотнее.

— Цифры интересные, — наконец говорит он, отодвигая планшет, как тарелку с невкусной едой. — Но красивые цифры я и в рекламных буклетах видел. Почему вы, с вашей лавочкой с юга, решили, что у нас вообще есть проблемы с нынешними перевозчиками? Они — проверенные партнеры, с историей.

Я улыбаюсь своей самой уверенной улыбкой.

— Господин Зимин, в нашем деле «проверенные партнеры» иногда становятся главным источником утечек. Информация — это все. А мы слышали о некоторых… хронических сложностях. Срывы графиков, повышенный процент порчи чувствительного груза. Наша компания молода, а потому гибка. Мы можем предложить индивидуальные маршруты и полную дискретность.

Его взгляд пытается просверлить меня насквозь. Его нить скепсиса натягивается.

— Вы «слышали», н-да… Слухи — дешевый товар. Вашей компании всего три года. Почему я должен доверить вам хоть что-то, кроме доставки контрафактных кроссовок? Что у вас за спиной, кроме красивых отчетов?

— За нашей спиной — результат, — парирую я, не отводя взгляда. — Мы молоды, но амбициозны, и наш рост говорит сам за себя. Мы уже работали с «деликатными» грузами в южных регионах, где вопросы логистики… сложнее, чем здесь. Проверьте наши контракты с портом Новороссийска — все условия были соблюдены безупречно, даже когда официальные маршруты вставали.

Я говорю это с максимальной уверенностью, но, если бы Зимин знал, что читает бумаги, написанные вчера ночью чуть ли не парнем в трениках, он бы точно оценил. Ну ладно, не парнем, а целой командой Волковой. И весьма качественно.

Начальник логистики хмыкает, откидываясь на спинку стула.

— Опыт… У всех есть «опыт» на бумаге. А я каждый месяц имею дело с теми, чей «опыт» заканчивается на дне порта вместе с их грузом, когда их вскрывают таможенники. Мои люди работают чисто. Ваша задача — не подвести на финальном участке. Один косяк — и вы в черном списке навсегда.

— Мы это понимаем. Именно поэтому и настаиваем на строгом соблюдении протокола с нашей стороны. — Я делаю небольшую паузу, давя на его главную нить — жадность. — И предлагаем более выгодные финансовые условия. Экономия на каждом рейсе составит до пятнадцати процентов от ваших текущих затрат.

Он замирает. Его нить жадности вспыхивает ярко-алым, на мгновение затмевая осторожность. Он несколько минут молча, но уже более внимательно изучает документы, тыча пальцем в цифры.

— Допустим, я заинтересован. Что вам нужно для старта? — В его голосе все еще слышна привычная властность, но теперь в ней проскальзывает деловой интерес.

— Исходные данные. График перевозок, точки погрузки и выгрузки, требования к транспорту и уровню конфиденциальности. И, разумеется, стандартный аванс — пятьдесят процентов от суммы контракта. Это позволит нам зарезервировать спецтехнику и лучшие экипажи.

Он усмехается, но теперь в его усмешке меньше презрения и больше оценки, уже лучше. Почти как домашний питомец, который перестал рычать и начал вилять хвостом.

— Аванс? Для новичка, который только что из-за печки вылез? Слишком самоуверенно. Мои текущие партнеры годами работали, чтобы заслужить такие условия.

— Мы уверены в своем сервисе и готовы этот сервис гарантировать, — не отступаю я. — Мы можем внести залог на депозитную ячейку с совместным доступом. Он будет передан вам в случае срыва рейса по нашей вине. Никаких рисков для вас, только демонстрация нашей серьезности.

Я чувствую, что он почти готов клюнуть. Его нить жадности и интереса теперь явно перевешивает осторожность.

— Хорошо, — он резко кивает, принимая решение. — Пришлите мне детали по этим гарантиям. И подготовьтесь к одной перевозке. Пробной. Особый груз, небольшой объем. Никаких депозитов и авансов. Оплата — по успешном завершении. Если справитесь — и только если, — обсудим дальнейшее и ваши пятнадцать процентов.

Это то, что нужно. Пробная перевозка — это шанс выйти на след «Северного моста».

— Конечно. Мы готовы начать в любое время. Наши люди и техника находятся в режиме ожидания.

— Мои люди свяжутся с вами. На сегодня все.

Он поворачивается к монитору, давая понять, что аудиенция окончена. Я кладу визитку на стол — еще один фальшивый артефакт от Волковой.

— Жду вашего звонка, господин Зимин.

Выхожу из кабинета. Что ж, я считаю, дорожка протоптана. Осталось только не свернуть себе шею на этой самой дорожке.