Постыдная зависимость

Глава 27

- Эй! Ну так нечестно! Мы же, мы всего на одну минуточку! На одну минуточку, и вот, - возмущению Юры не было предела, когда он стоял и рукой показывал на гору подарков под ёлкой. – Когда он успел-то?

Даринка стояла рядом с братом, нахмурив брови и выпятив нижнюю губу. Скрестила руки на груди и нетерпеливо топала ножкой, напоминая капризного мышонка. Было видно, что ей очень хотелось посмотреть, что же там принёс Дед Мороз, но и было важно провести своё расследование. Подозрительно прищурившись, она сделала шаг вперёд, всмотрелась в лица Татьяны и Никиты, а потом дёрнула брата за штанину.

- Ага, - как эти двое понимали друг друга без слов, оставалось загадкой. – Что-то тут не то. А вы, вы где были?

- Да здесь.

Никита почесал затылок, но удержался от того, чтобы переглянуться с Татьяной. Они сидели на полу, прислонившись спиной к дивану.

- Значит, вы его видели? Да?

- К сожалению, - Татьяна вздохнула, - не успели. Только на миг отвернулись, а тут бац. Сами же слышали, как что-то упало.

Юрка был готов сдаться, но выразительный взгляд Даринки снова заставил его усомниться.

- А что вы делали-то? Здесь же были?

- Я, это, я за лимонадом на кухню ходил, вы же весь кувшин выдули.

- А я мандарин взять хотела, - встав на четвереньки Таня потянулась за фруктом, что так удачно закатился под стол, - вот, от грохота уронила. Даже достать не успела.

- Ну, ладно, - досадливо махнув рукой, Юра сдался. Понуро опустил плечи и вздохнул. – Опять упустили. Я так увидеть его хотел. И Даринка…

- Юрка, ну т не расстраивайся, в самом деле, - не выдержав, Никита присел рядом с мальчишкой. – Не увидел в этот раз, увидишь через год. У него и так времени в обрез, представь, сколько в стране детей, и каждому нужно успеть подарок под ёлку кинуть. И потом, вы же у мамы на работе были, видели…

- Там не настоящий. Мы всамделишнего хотели. Спасибо ему сказать.

- Спасибо? – Татьяна удивлённо смотрела на Юру. – За что?

- За вас. За тебя, за, - он замялся, - за Никиту. За Женьку, старший брат — это ж круто! И за деда. У нас никогда дедушки не было. А ещё за Верочку , за ещё одного брата и тётю Надю.

- Разве за это Деда Мороза благодарить надо?

- А кого?

- Не знаю, - Таня пожала плечом, - но вы наше чудо. А сейчас давай, разворачивай подарки, нам с Никитой тоже интересно.

Было забавно сидеть и смотреть, как малышня сначала вертели красиво запакованные коробки в руках, потом прикладывали ухо, как будто могли услышать, что именно там спрятано, и только после этого аккуратно разворачивали подарки.

- Удивительный год, - Никита хмыкнул, закинул руку на плечо Татьяны и притянул к себе. – Кто бы мог подумать, что столько всего может произойти. Я влюбился, женился и завёл двоих детей. Нет, - он хмыкнул, - троих: у меня ещё и пасынок теперь есть.

Толкнув мужа локтем в бок, Таня улыбнулась:

- Никита, прекрати!

Но было забавно вспомнить, как состоялось первое знакомство «братьев».

Даринка жалась к Татьяне, всё ещё побаиваясь незнакомых людей, а вот Юра пристально разглядывал Евгения. А потом подошёл к Никите и спросил:

- Вы лучшие друзья, да? И ему столько лет, сколько и тебе? И Таня его мама? Как так?

- Бывает, - Женька положил руку на плечо мальчишки. – Кто ж знал, что мой лучший друг влюбится в мою, а теперь и в твою маму? Я и сам долго понять не мог, а потом, - Женя вздохнул и перевёл взгляд на мать, - тут не важно кому и сколько лет, тут чувства важны, улавливаешь? Важен человек, который рядом. Который тебя понимает и всегда готов поддержать.

- Ну дети ладно, - Никита не унимался, - но стать дедом в тридцать лет? На такое я не подписывался. Ну, Жэка, ну удружил. Отомстил, мать его.

Татьяна снова не могла не улыбнуться, вспомнив, как Женя и Марина вчера сказали им, что ждут ребёнка. И это было ещё одно радостное событие.

Если так подумать, то счастливых моментов в ушедшем году было много. И трудностей хватало, особенно в последние недели. Но они справились. Справились со страхом Даринки, что её снова бросят, оставят с малознакомыми людьми, она поэтому отказывалась оставаться в детском саду; страхом спать одной в своей комнате. И своим собственным страхом, что Даринка так никогда и не заговорит. Они решили просто набраться терпения. Приняли помощь Валентины, которая стала заниматься с девочкой, наплевав на свои собственные принципы. Перекроили свои расписания на работе, подстраиваясь под занятия детей. Привыкли к ненавистной поначалу песне про синий трактор, и радовались, наблюдая, как Даринка шевелила губками, беззвучно подпевая, и подпевали вместе с ней.

Татьяна чуть крепче сжала руку Никиты, ничего не говорила, потому что была уверена, что он тоже погрузился в свои воспоминания. Как не понял сначала, что учитель в подготовительном классе, куда они записали Юру, обратился именно к нему. «Вы папа Юры?», папа. Именно тогда осознание того, что теперь он отец, пришло к нему впервые. Впервые чётко и ясно. И в следующую субботу, когда ему надо было срочно отъехать по делам в мастерскую, он взял мальчишку с собой. И представил ребятам: «Знакомитесь, это мой сын, Юра». Никита помнил, какими большими стали глаза паренька в тот миг, и как он доверчиво прижался к его бедру. Как после этого стал больше времени проводить с Никитой, предлагая свою посильную помощь. Как именно к нему приходил жаловаться на сестру, и внимательно слушал Никиту: «Ну, мужик, она же женщина, пусть ещё и маленькая. Да, капризы — это ужасно. И, да, мы с тобой не капризничаем, хотя могли бы. Но кто же, если не мы будет это терпеть? Юрка, женщины, они… их любить надо. И защищать. И не позволять им плакать. И просить прощение, даже если они не правы. Да. Потому что, запомни это старик, ты будешь счастлив в полной мере только тогда, когда будет счастлива твоя женщина. Вот так-то» И плевать было, что мальчуган так до сих пор и не решился назвать его папой.

Они купались в своём счастье, встретив новой год только в кругу своей маленькой семьи. Но завтра к ним придут все: отец Никиты, его сестра с семьёй, Женька с Мариной. И даже Валентина со своим дружным семейством. Но это будет завтра, а сегодня…

Распотрошив все подарки и оставив сестру возле ёлки, Юра подошел к Татьяне и Никите. Втиснулся между ними и прижался виском к плечу Тани. Тяжело вздохнул и виновато посмотрел на неё:

- Я всё равно по маме скучаю. Это плохо?