Постыдная зависимость

Глава 26

Прошло больше месяца, прежде чем «молодожёны» дождались решения органов опеки и попечительства. Услышав инспектора, Никита бросил все дела и сразу поехал в салон красоты, к жене. Татьяна радостно улыбалась, а он выглядел растерянным.

- Вот и всё? –спросил, отделяя каждый звук в словах. – Мы родители, да?

- Да, - Таня шумно выдохнула. – Боишься?

- Есть немного, - он хмыкнул. – Но нам грех жаловаться, маленький, но медовый месяц у нас был, пусть и в новой квартире, а не на море.

- На море теперь с детьми поедем.

- С детьми, - Никита задумчиво вздохнул. – А что, у пар с детьми секса вообще не бывает?

Татьяна громко рассмеялась, совершенно не заботясь о том, что дверь кабинета открыта и её могли услышать:

- Кто сказал тебе такую чушь? – и подойдя ближе, прошептала на ухо. – У нас есть дедушка, который сказал, что с удовольствием посидит с внуками. Есть Женька и Марина, им особенно будет полезно потренироваться. А у нас есть моя квартира. Хотя, - она отошла на шаг и прищурила глаз, - можем и поиграть, например, снять номер в гостинице, сделать вид, что познакомились в ресторане и…

- И дальше не продолжай, - Никита порывисто, так, что Татьяна только успела ойкнуть, притянул её к себе, - иначе мы не за детьми, а в эту самую гостиницу поедем. Танюш, - он несильно прикусил мочку её уха, - ты же знаешь, что я люблю тебя? И что я зависим от тебя и твоего тела?

- Это взаимно, – она положила ладони на сильную мужскую грудь. – Порочная у нас друг к другу зависимость.

- Главное, что нас устраивает, на остальных – плевать.

Никите казалось, что провожать малышей вышел весь персонал детского дома. Ольга Николаевна плакала, приложила носовой платочек к губам и всё время причитала:

- Вы же ничего не взяли, ничего. Вам вещи нужны, Танечка, как же так?

- Ничего не надо, - его жена, (жена, это слово словно защитный купол обволакивало сердце), улыбалась и махала руками, - мы всё купим, вот прямо сейчас поедем и купим. А вещи, может они ещё кому понадобятся.

Никита знал, что Татьяна решила помогать детскому дому и делать небольшие финансовые отчисления от прибыли, что приносил бизнес. А его салон заключил договор на бесплатное техническое облуживание небольшого автопарка детдома.

Но сейчас главным было не это.

Он помог детям сесть, и сам пристегнул ремни безопасности на детских удерживающих креслах. Чувствовал себя при этом немного скованно. Не то, что он был неуверен в себе, просто, просто не знал, как правильно себя вести. Как надо? Показать с порога, что он тут главный мужчина и его надо слушать, не вариант. Стоило набраться терпения и постепенно, шаг за шагом, завоёвывать доверие и любовь этих малышей.

Он с завистью смотрел, как быстро нашла с ними общий язык Татьяна. Как, улыбаясь, объяснила детям, что сейчас они поедут в большой магазин. Что сначала купят одежду, очень много одежды; что какие-то вещи они смогут выбрать сами, а какое-то решение взрослых им придётся принять.

- А потом мы пойдём в отдел, где продаются игрушки, - в зеркало заднего вида Никита видел, как округлились глаза маленькой девчушки. – Это ж неправильно, что у вас ни одной своей игрушки нет. Но только, чур, выбрать три.

- Три? – Юра удивился. – Три, не одну?

- Мы с Никитой подумали, и решили, что три, - её рука мягко накрыла его ладонь.

- Потом ещё купим, - Никита улыбнулся. – Не всё же сразу. И если уложимся по времени, то успеем попасть на фудкорт, сегодня у нас день неправильной, но очень вкусной еды. Танька, не возражай, сегодня праздник. Да, мелкие?

Он видел, как Дарина рукой поманила брата. Подалась к нему и, косясь, что-то зашептала. Девчонка так и не слова не произнесла ни в детском доме, ни в те часы, когда они навещали их. Говорила только с братом. Это беспокоило. И если бы лучшая подруга Татьяны, психолог, не заверила, что с девочкой всё в порядке, просто нужно время, Никита бы начал беспокоиться.

- Даринка, - он подмигнул девочке, - что случилось?

Она вытаращила глаза, но только дёрнула за рукав брата.

- Даринка пиццу хочет. И газировку. И мороженое. Можно?

Не дав Татьяне шумно выдохнуть и начать «воспитывать» не только детей, но и его самого, Никита улыбнулся:

- Можно. Сегодня можно. И кое кто ничего не будет иметь против.

- Ну вот, - она хмыкнула, - у нас уже начались игры в «доброго» и «строгого» родителя. Эх, Мартыновы, забываете вы, что у нас в квартире четыре комнаты. И в каждой есть свободный угол.

Вот только её слова никого не испугали. Засмеялись все, и даже Даринка. И они впервые услышали её голос, звонкий, высокий, как щебет ранней пташки, что на заре будила всех своими песнями.

По отделу с игрушками ходили долго. Пока Никита относил пакеты с покупками в машину, Татьяна наблюдала, как у малышей глаза разбегались от изобилия и разнообразия. Даринка держала её за руку, к куклам подойти не решалась. Стеснялась или просто не знала, что выбрать, Татьяна понять не могла. А вот Юра то и дело подбегал к ней, дёргал за рукав, и спрашивал:

- Таня, а игрушку любую-любую можно? – она кивала. – И даже машинку на пульте управления?

- Да.

- И робота?

- И робота, - к ним вернулся Никита. - Но можно и схитрить, вон там я видел набор гоночных машин с пультами и с треком. Могли бы вечером погонять.

Юра недоверчиво смотрел то на Татьяну, то на Никиту.

- И это будет считаться за одну игрушку?

- Да, - Никита хмыкнул, - две по цене одной.

Татьяна не выдержала, подошла к Никите и так, чтобы слышал он один, зашептала:

- Это дорогая игрушка. Может не стоит вот так сразу? Мне не жалко, я боюсь избаловать. Не хочу, чтобы получилось, как с Женей.

- Танюш, - сильные руки легли на её плечи, - разберёмся. И ладно, ругай меня, что я манипулятор, но я в детстве сам о таких мечтал.

Ворчать дальше никакого смысла не имело, а вот сдержать смех – весьма трудно. Юра не сводил глаз с коробки, что лежала в тележке для покупок, и даже сам вызвался эту тележку везти. А Даринка так и шла с пустыми руками, пока не увидела на полках мягкие игрушки. Решительно подойдя к Никите, она дёрнула его за штанину и указательным пальчиком показала на самый верх.

- Понял. Готова? – приподняв девочку над головой, он ждал, пока она схватит понравившуюся игрушку.

Она вцепилась с серого слона, что был почти с неё ростом, и счастливо улыбнулась. Но потом повернулась, посмотрела на брата и, недолго думая, схватила с полки, до которой смогла дотянуться сама, плюшевого медведя, и сунула в руки Юры.