Страница 38 из 77
Я кивнула. Себ исчез, было слышно, как он спускается на первый этаж. Я постояла на месте, собираясь с силами. Но не будешь же прятаться от него всю оставшуюся жизнь.
Когда я спустилась вниз, микроволновка уже работала, согревая первую порцию бутербродов, а Себ как раз нарезал вторую. Я ожидала обычных сыра и колбасу, но он выпендрился, раскопав в недрах холодильника крабовые палочки, добавив зелени и залив всё яйцом. Я молча достала из холодильника открытый пакет сока. Потом отошла к большому столу. Рисунки и краски были аккуратно сдвинуты на край, и я с неистребимым любопытством перебрала тонкую стопку изрисованных листов.
Речной пейзаж, причём знакомый – тот самый уголок пляжа, где мы недавно гуляли перед встречей с посланцами таинственного директора. Букет из роз, ирисов и ещё каких-то цветов, с двумя бабочками, капустницей и шоколадницей. Осенние жёлтые деревья на фоне небоскрёбов делового центра. И – одинокая бабочка во весь лист. Небольшие рисунки Себ рисовал более приближенно к традиционной живописи, во всяком случае, не нужно был всматриваться в мельтешение цветных пятен, чтобы понять, что именно нарисовано.
– Готово, – Себ выставил тарелку на кухонный стол. Потом достал из буфета стакан и налил сок из пакета. Я села к столу и взялась за ещё горячий бутерброд. Было вкусно.
– А ты?
– Я пока не хочу.
– Если захочешь, ешь, – едва ли я всё это осилю в одиночку. Себ согласно кивнул. Некоторое время я жевала в молчании, а Себ стоял, прислонившись к кухонной стойке.
– Знаешь, давай договоримся, – наконец сказала я. – Если я о чём-то прошу и тебе что-то неясно, то не строй предположений, переспрашивай. Ладно? Чтобы не было вот такого: «а я подумал, что…»
– Это приказ?
Я посмотрела на Себа снизу вверх, перестав жевать. Потом спохватилась и проглотила то, что было во рту.
– Это пожелание, – буркнула я, уже понимая, что ничего сделано не будет. Что ж, придётся, видимо, смириться с тем, что доверять Себу нельзя. Во всяком случае, когда речь идёт о чём-то более серьёзном, чем просто «встреть меня после школы». И если уж что-то поручать, то одними просьбами тут не обойтись. Придётся выдавать чёткие, недвусмысленные ТЗ и контролировать каждый шаг. Потому что тараканы в этой русой голове желают маршировать исключительно строем и исключительно по чужой команде.
* * *
– Ну, как? – спросила я в трубку.
– Никак, – ответил голос Анны.
– Не сдала без презентации?
– Нет.
– Прости, – пробормотала я, снова чувствуя себя виноватой.
– Да ладно, ты-то тут причём? Что случилось-то, кстати?
– Да Себ время перепутал. Почему-то решил, что нужно к двум, – соврала я.
– Что ж, бывает. Ладно, авось не последний шанс, поступлю куда-нибудь.
– Флешка ещё нужна?
– Конечно, принеси послезавтра перед английским.
– Ага. Тогда пока.
Тестирование по английскому выдалось муторным. Рано я расслабилась – в качестве письменного задания мне выпала убойная тема международных медиа. Для того, чтобы написать обзор мировых новостей, нужно было разложить по полочкам, что там вообще происходит, да ещё и изложить это по-английски. Мне опять катастрофически не хватало словарного запаса, временами я скатывалась к манере изложения пятиклассника, и к тому же к концу я запуталась во временах. А при аудировании перепутала два похоже звучащих слова, поменяв смысл фразы почти на противоположный.
Словом, из кабинета я вышла недовольная собой и миром. А получив обратно свой телефон, сразу же увидела сообщение от Себа – тот спрашивал, можем ли мы сегодня встретиться. Моим первым порывом было вызвать его к школе и заставить извиниться перед Анной, но я сдержалась. Вспомнилось его чисто формальное извинение перед Лили по моему приказу. Он и теперь скажет всё, что я потребую, хоть на колени встанет, если велю. Но какой смысл в пустых словах?
Так что я просто набрала: «Ладно».
«Я в сквере у фонтана», – тут же прилетело в ответ. Оказывается, Себ уже ошивался рядом со школой. Я задумалась. Хотелось отвлечься, тем более, конец недели… А не пойти ли нам в кино? Только что новый фильм про Бонда вышел…
Ближайший кинотеатр находился на верхнем этаже огромного торгового центра – тот, что был рядом с пляжем, перед ним казался маленьким домиком. Колодец атриума пронизывал грандиозное здание насквозь, до самой стеклянной крыши, бесшумно ходили прозрачные лифты, с балкона на балкон тянулись ленты эскалаторов. Мне нравилось это царство роскоши, шоппинга, вкусной еды во множестве разбросанных по этажам ресторанов и кафе, развлечений. Здесь можно было провести целый день.
Зато в помещениях, отведённых кинотеатру, царил полумрак. По стенам висели подсвеченные афиши, электронные табло показывали расписание фильмов. Около бара стояла группка парней, другие кучковались у настольного хоккея и тенниса. Звуки ударов по мячикам мешались с долетающими из залов шумами и музыкой.
– Купить тебе попкорна? – Себ кивнул на бар. – Или колы?
– Не, не надо. Давай купим билет на следующий сеанс, а до него поедим поосновательней.
Себ, разумеется, согласился. Он вёл себя так, словно ничего не произошло, а вот я до сих пор чувствовала с ним некоторую скованность. Но тоже почла за благо больше к истории с палкой не возвращаться. Чтобы перекусить, далеко от зала отходить было не нужно, кафе с бургерами находилось буквально за углом. И надо ж было так случиться, что в нём мы наткнулись на Лили.
Ну, как наткнулись. Она уже сидела за одним из столиков, когда мы подошли, и я заметила её только когда мы устроились за другим. Я замерла, лихорадочно соображая, что делать – сбежать, сделать вид, будто её не заметила, поздороваться? Пока я колебалась, Лили обернулась, мы встретились глазами, и колебаться стало поздно. Она кивнула, я кивнула в ответ, но к моему удивлению, Лили не подошла.
Заговорила она со мной позже, когда я завернула в уборную, и она зашла туда за мной.
– Привет ещё раз. На Бонда?
– Ага, – я сунула руки под кран.
– А я уже.
– Ну и как тебе?
– Дурацкий фильм.
– Мы Бонда не за глубокий смысл любим. Спецэффекты как?
– Спецэффекты нормальные, – Лили поправила волосы перед зеркалом и взялась за помаду. – Когда твой сеанс?
Я глянула на часы:
– Через пять минут.
– А, ну тогда беги.