Страница 6 из 7
Ася молча слушала маму, сидя за кухонным столом. Знала, что лучше молчать и лицо делать виноватое и покаянное. Как в детстве. Мол, прости, мамочка, я тебя огорчила, я больше не буду. Но маму ее молчание почему-то не устраивало. И лицо виноватое не устраивало.
– Почему ты отмалчиваешься, Ася? Я что-то не то сказала? Но я же действительно устаю!
– Я понимаю, мам. Да, с бабушкой теперь трудно, еще и Маргошу я тебе привела. Надеюсь, завтра все же садик будет работать…
– Надейся, что ж! Ты всегда на что-то надеешься! Живешь – как в облаках витаешь! Тебя, между прочим, муж с тремя детьми бросил, а ты ведешь себя так, будто ничего не случилось! Вот что меня больше всего убивает!
– Почему же бросил, мам? Он не бросил. Он просто разлюбил…
– А это не одно и то же?
– Нет.
– Вот вся ты в этом, Ась… Всему находишь объяснения и делаешь вид, что все прекрасно! А на самом деле… Нет, неужели ты и впрямь считаешь, что все хорошо, что жизнь твоя не изменилась к худшему и Богдан ни в чем не виноват? Почему ты его все время защищаешь? Да разве он поступил с тобой не жестоко, не подло? Разлюбил, главное! Тоже мне оправдание! Да наличие в семье троих детей не оставляет никаких вариантов для порядочного, честного мужика! Разлюбил, не разлюбил, а живи… Подлец твой Богдан, больше я никак его назвать не могу!
На кухню пришла Маргоша, сунулась носом Асе в плечо. Потом повернула голову, глянула на бабушку умными глазками и вздохнула.
– Не надо при ребенке… – поторопилась остановить маму Ася. – При мне можешь сколько угодно высказываться, а при детях не надо. Он же отец…
– Да не ругаю я его при детях, с чего ты взяла?
Мама осеклась и проговорила тихо, уже в другой интонации:
– Иди, детка, включи телевизор в комнате… Там наверняка сейчас мультики показывают! Иди…
Маргоша послушно кивнула, ушла. А мама повторила с прежним напором:
– Да не ругаю я твоего Богдана при детях! Я все понимаю, не думай! Не надо из меня монстра делать, пожалуйста!
– Но как же, мам… Разве не ты рассуждала с Кирюшей о том, что мне вдовой быть лучше? Он сегодня это выдал за завтраком…
– Не знаю! Может, и рассуждала, не помню уже! А что мне – и слова сказать нельзя? Я же и так тебе помогаю как могу… Из последних сил… А я ведь не молоденькая, между прочим! Здоровье уже не то! Я сама уже старуха, а у меня на руках старая мать!
– Мам, ну какая ты старуха… Тебе шестьдесят всего. Ты прекрасно выглядишь, очень молодо. Тебе никто твоего возраста не дает!
– Ой, да какое там… – кокетливо махнула рукой мама, но сердитый блеск в ее глазах все же пропал, и даже мелькнуло на лице подобие самодовольной улыбки.
Хотя целительное действие стихийного комплимента продолжалось недолго, и мама опять вернулась к прежней болезненной теме:
– Как подумаю, во что твоя жизнь превратилась, так просто с ума схожу… И я ведь знала, что именно этим все кончится! Я тебе предупреждала, Ася, помнишь?
– Нет, не помню… – болезненно поморщилась Ася. – О чем ты меня предупреждала?
– Да хотя бы о том, что не нужно торопиться замуж, не нужно торопиться детей заводить! И что, я не права была, скажешь? Ведь ты даже институт не закончила… Ушла в академический отпуск после первого курса и не вернулась!
– Но ведь Кирюша болел все время… Как же я могла…
– Ну да. Конечно, не могла, – саркастически усмехнулась мама. – Зато второго ребенка родить смогла! Потом и третьего! И это все, на что ты была способна, да? Полностью зависеть от мужа, жить жизнью клуши… Да у тебя даже ума не хватило мужа около себя удержать! О чем еще говорить можно? Взял и бросил тебя! Совершенно легко! С тремя детьми бросил!
– Да хватит уже, мам! – потеряла терпение Ася. – Сколько можно говорить об одном и том же? Я сто раз тебе объясняла, что Богдан меня не бросал! Я сама его отпустила! И он не подлец! Он не виноват в том, что полюбил другую!