Радуга на запястье

Или деток для экстремальной дрессировки изначально было больше? М-да, не то чтобы обрис очень любил детей, только сам процесс под настроение, но думать так зверски про Трауля не хотелось даже в формате шутки. Паладины, особенно паладины Мира, создания уж больно специфические. От одной этой мысли почему-то заныл только-только сошедший фингал и вспыхнула болью давно зажившая старая рана. Рана с той войны, когда командование со смехом считало, что один паладин и горстка воинов против их могучего войска – это несерьезно. Очень многие тогда «насмеялись» до смерти.

Но, как ни странно, обрис почему-то не испытывал к Траулю ярой ненависти, да и вообще никакой не испытывал. Может потому, что нельзя ненавидеть стихию, или все-таки потому, что его неразумный народ сам обрушил на себя эту бурю? А еще потому, что в самом паладине даже тогда ни ненависти, ни ярости не ощущалось. Он просто превосходно делал свою работу. Альрау не ведал выражения, которое, как самое подходящее, ему тут же процитировала бы Кира, получившая бонусное образование на Земле: «Кто сеет ветер, пожнет бурю». Но если б услышал, понял бы и оценил.

Плетение сумки доверили вершить Роду. Пусть пальцы у него были не столь аристократично-тонкими, как у друзей, зато надежностью творения парня могли конкурировать со всей командой разом. Когда надо было экстра-прочно, а не эстетически-красиво, тут Родгарду равных не было.

Сооруженная поясная сумочка предстала перед командой очень скоро, и вот тогда-то друзья чуток озадачились вторым главным вопросом дня: КАК? Или, как выразилась бы теперь слегка испорченная земным сленгом Кирана, «как впихнуть невпихуемое».

Как поместить груды сокровищ в сумочку с небольшой горловиной, если под руками нет ни совочка, ни лопаты, не говоря уж о погрузчике или экскаваторе. У друзей, конечно, не лапки, но даже в пять пар рук сгребать и собирать такой объем быстро не выйдет. Да и опасно, не все колюще-режущие экспонаты драконьей коллекции имеют ножны.

Выручила Алия. Тряхнув головой, девушка отправила в полет ораву ютящихся в ее волосах мелких феечек. И эти создания, вечные шкодники, подняли такой сюрреалистический вихрь из искорок, снежинок и чего-то, похожего на золотой туман, что четкость очертаний реальности мигом смазалась. А когда прояснилось, некоторые не поверили своим глазам. Все драконье достояние, закрученное в воронку компактного урагана, втягивалось в раскрытую сумку Мелвина.

– Я их попросила, – повела плечиками Алия, отвечая на вопросительные взгляды друзей.

– А обратно достанут? – опасливо уточнил Мел.

Ведь от феек, особенно молоденьких, можно было ожидать чего угодно, вплоть до превращения всей груды сокровищ в мармелад. Вкусный, конечно, но мармелад. У этих мелких вообще непонятно что в голове. Недаром же по мирам бродит словечко «нафеячить», означающее умопомрачительную ерунду.

– Аха, – согласилась девушка, защелкнула сумку и вручила ее другу. – Ты только раскрой, они все сделают.

А потом, редкий случай, крылатая загадка снизошла до пояснения:

– Как же они вырастут, если не будут делать, думать и чувствовать?

– Хочешь сказать, они на тебя настроены и через это взаимодействие взрослеют и умнеют? – вскинулся изумленный очередным откровением Альрау.

– Я так и сказала, – слегка удивилась Алия, которую в очередной раз не поняли до конца даже тогда, когда она не пыталась говорить загадками. Впрочем, с точки зрения Алии, она никогда загадками говорить и не пыталась. Но ее все равно понимали через раз даже друзья, а посторонние почти никогда не понимали. Или понимали неправильно!

– Все? – Род окинул взглядом опустевшее пристанище дракона. – В храм?

Возражений не нашлось, и команда воспользовалась радужной меткой для переноса. Величественная тишина встретила их. Правда, Кира была готова поклясться, что слева одно из окон-порталов сменило изображение. Вместо пары милующихся драконов – серебро и жидкий огонь компании был явлен прохладный горный пейзаж со снежноцветами. То ли на контрасте, то ли в силу непроизвольной ассоциации.

– Гармония возвращена миру! Закрыт разрыв реальности, что силой дара драконицы был создан для сбора трофеев, – торжественно провозгласили обитатели Храма, вызывая у команды легкий приступ офигения в стиле «о как, мы не подружку Гемору искали, для ремонта его одинокого сердца, а чего-то там даже более глобальное штопали? И так быстро, что сами процесса штопки не заметили? И ладно! Починили же, а не десяток новых дырок сделали! Когда что-то налаживаешь мимоходом, это куда более радостно, если столь же походя разрушаешь».

– Мы прорех при открытии портала не заметили, – чуть нахмурилась лишь Кира, предпочитавшая о проблемах знать до начала их ликвидации хотя бы в общих чертах, а не постфактум. Вот в Рорэме и у рыжих самоубийц девушка ощущала дефекты в плетении, а тут нет. Напружинился рядом с девушкой и Альрау, не имеющий опыта в столь специфических магических аспектах, но прекрасно сознающий, к каким большим проблемам может привести нарушение целостности структуры мира.

– Блуждающая по периметру владений драконицы прореха, напрямую связанная с проклятьем, была незначительна. Но любая прореха при многократном использовании лишь расширяется. Перемещение в иной мир невольной создательницы, устранило изъян, – пояснили Могущества так, будто речь шла о безделице. Впрочем, для них-то оно все таковой и являлось. Настолько незначительной деталью, что даже не стоила отдельного упоминания при выдаче задания.

Больше допытываться о тонкостях решенной проблемы компания не стала, чтобы не закоротило мозг. То, что просто и понятно для Воплощенных Могуществ, для смертных порой и вовсе непостижимо. И, самое главное, постижения не требует.

Потому Родгард задал более простой, актуальный и не особо связанный с работой вопрос:

– Подскажите, как мне время рассчитать, чтобы на свадьбу тети в ее мир успеть?

– В мире Лайланд время течет в русле один к двум, – что удивительно, Рода не только поняли, но и даже дали краткий и понятный ответ. Порой Могущества, Воплощенные в Кристаллах, были куда снисходительны к интеллекту собеседников, чем Алия. Но тут, видать, дело было в значительном опыте взаимодействия со смертными созданиями, даже самые выдающиеся из которых отличались поразительной недогадливостью.

– То есть через десять дней можно в гости собираться, – подсчитал парень, расплываясь в широкой улыбке, уж больно был рад за тетку. – Благодарю! Как раз успею с подарками.