Радуга на запястье

Глава 43. О ритуалах

Но и этим кусочком умиротворяющего времяпрепровождения друзьям тоже насладиться в полной мере не удалось. У Кираны потяжелел браслет на запястье. Заерзал на своем стуле, скосив взгляд на пояс, Мелвин, закрутила головой, теребя сережку, Алия, чуть заметно свел брови Трауль.

«Нас через зеркальную комнату ищет Род!» – сообразила Кира. Ищет всех присутствующих. Парень явно сильно нервничал, потому и зов получался таким рваным и щекотно-игольчатым.

Зачем другу понадобились все присутствующие, оставалось только удивляться. Простой вариант с торжественным предложением Алии руки и сердца, конечно, учитывался. Но почему-то Киране казалось, что Род, противник публичности в делах личных, для такого события предпочтет более камерную обстановку и минимум свидетелей. Да и явится сам, а не устроит заочную форму сватовства.

Но либо она, Кира, чего-то не знала о Родгарде, либо тот сильно изменился за годы в мире бабочек, либо, и это было более вероятно, причина группового вызова крылась совсем в другом.

Обсуждать это друзья не стали, просто прервали трапезу и поспешили в зеркальную комнату. Не кривил недовольно физиономию даже Мелвин, почти фанат застольного этикета. Любой из команды знал: бывают причуды, а бывает необходимость, и границу между ними стоит различать.

В комнате зеркал светилось лишь одно, но так ярко, что уже, еще до появления группы абонентов, без поддержки энергии второй стороны, начал сиять призрачный коридор, создающий портал между поместьем Тингордиана и родовым домом Рода.

– Идем, – решил Трауль, едва кинув единственный взгляд на того, кто звал: сидящего за столом рядом с зеркалом Рода. Очень потерянным и глубоко несчастным выглядел парень в куче беспорядочно разбросанных блокнотов, рукописных журналов и клочков бумаг.

Когда компания перенеслась к другу, тот даже не сразу понял, что больше не одинок. Но, подняв взгляд, обежал гостей беспомощным потерянным взглядом и выдохнул:

– Вы пришли! …А я… я тут такое в сейфе нашел… Проверял, пересчитывал. И вроде как ошибались они, потому и…

Род с силой зажмурился и запустил пальцы в свои соломенные вихры. Алия перепорхнула к нему и принялась молча гладить по голове. Даже Тучка, хотя его никто и не звал с собой, подкатился к страдальцу и уронил лобастую голову тому на колени.

– Род, дорогой, мы тебе все сочувствуем априори, то есть еще до того, как прониклись сутью проблемы, но было бы лучше нам узнать причину твоих переживаний, – решительно объявила Кира, пока дядя Трауль не стал действовать еще более прямолинейно. Нет, не грубо, но с прямотой и четкостью хирурга у операционного стола. Сейчас такое было, может, и правильным, но слишком резким.

– Расчеты ритуала наших родителей. Того ритуала, из-за ошибки в котором они погибли. Или я считать разучился, или не было никакой ошибки, они просто провели неправильный ритуал, – сбивчиво попытался начать объяснения Род, запутался в словах, сообразил, что ничего не объясняет, а только начинает больше загадок загадывать, и коротко выпалил:

– Они хотели провести ритуал, увеличивающий силу и пробуждающий спящие дары. Только даже я вижу не меньше трех ошибок. У них получился другой ритуал, – Род сглотнул комок, вставший в горле, и шепотом сказал: – Они провели ритуал жертвы. Принесли свои жизни и таланты в дар, в обмен на пробуждение сил и даров у своих детей. Вот. Это мои расчеты, это их выкладки. Гляньте, скажите, что я болван-недоучка и ошибаюсь!

– Род, одной из версий стражей, расследовавших гибель твоих родных, и была ошибка в ритуале, – спокойно сказал але Тингордиан.

– Но ты не говорил нам этого раньше! – вскинулся парень, не злясь на опекуна, но не понимая, почему он поступил так, скрыл информацию.

– Не видел смысла прежде, – объяснил Трауль, банально пощадивший тогда чувства детей. – И теперь смысла в этих откровениях не вижу.

– Но… как же, – вконец растерялся Родгард. – Они же, выходит, пожертвовали своими жизнями ради нас.

– Они допустили ошибку в расчетах. Взрослые, образованные люди погнались за призраком силы. И получили то, что получили, – безжалостно отрезал паладин. – Жертвы нет, есть лишь…

И прежде, чем он закончил, используя безжалостное слово «небрежность», вмешалась Кирана, оберегая чувства друга так, как когда-то сделал для них, малолетних сирот опекун:

– Род, в том мире, где я проживала «дипломную работу», есть такой термин: «человеческий фактор». Это значит, что от ошибок не застрахован никто. Да, наши родные хотели совсем не того, что произошло. Они погибли, и мы стали сиротами. Так случилось. Но, как ни обидно это признавать, я не могу счесть существующую реальность самым неудачным вариантом из возможных.

– Например? – даже немножко удивился Мелвин, без особых церемоний отбирая у Рода тетрадь с выкладками и быстро проглядывая их.

– Неверные ритуалы дают слишком большой разброс вариантов. Сам знаешь. В таких случаях гибель участников – лишь одна из побочек. А веер вероятных гадостей куда шире: проклятия на род, гибель части мира, призывание нежелательных сущностей, далее разрыв ткани мироздания…

– Да, знаю, – вынужденно согласился Мелвин и повинился, продолжая изучение записей: – Не провел аналогий с лекциями.

– Теория без практики нежизнеспособна, – процитировала один из постулатов Кирана, присоединяясь к изучающим расчёты друзьям. Говорила она, небрежно пролистывая один из лабораторных журналов, который едва тянул миниатюрными размерами на записную книжку.

Кира и раньше никогда не скупилась на чтение нотаций увлекшимся членам команды, справедливо полагая, что несколько минут их личного недовольства с лихвой окупятся повышением осторожности. А уж теперь Киране сам Творец велел, в силу профессиональной деформации, ценные указания выдавать с философскими загибами. И вообще, друзья должны ее благодарить от всего сердца и печенки, что именно от загибов она удерживается! Причем не без труда!

Мелвину понадобилось еще с десяток минут, чтобы просмотреть записи и вычисления Рода, после чего юноша признал, тряхнув головой:

– Ты прав. Из-за ошибок построения был проведен ритуал жертвы.