Радуга на запястье

Глава 41. Методы экстренного избавления от чесотки

Больше обдумать и обсудить ведьминские причуды и деканскую радость компания не успела. Жутко, как неделю не мытая и искусанная оголодавшими комарами, зачесалась метка-радуга на запястье и послышался глас. Именно глас, а не голос, зов или что-то более умиротворенно-спокойное, вроде приглашения заскакивать на чаек с конфетками.

– Команда, явиться в храм мы призываем неотложно!

Такая телеграмма заставила напрячься даже Трауля, который хоть и не относился к команде Киры, но слишком давно имел дело с Могуществами, потому был настроен на нужную волну.

– Ступайте, нельзя медлить! – сразу подобравшись, отрывисто рекомендовал паладин, причем даже не предложил потом, по возвращении, рассказать суть проблемы. Бывают вопросы такого уровня секретности, суть которых не должна выходить за пределы Храма. А служители Могуществ, носители метки, есть суть живые частицы Храма.

Нельзя так нельзя. Проводить сутки в косметическом салоне перед визитом к бестелесным работодателям не собирался даже Мелвин. Забота о себе любимом – важный аспект жизни, тут сомнений нет. Но Могуществам совершенно наплевать, как выглядят их служители внешне, потому как разброс рас работников слишком широк.

Перенос по метке, ставший за несколько дней совершенно привычным, прошел практически молниеносно.

Мощное излучение Могуществ окружило команду. Вот только теперь к цветовым переливам, ощущению потоков многих энергий, к всеобъемлющему чувству правильности, истинной гармонии и умиротворения словно плеснули толику нервозности. Самую-самую малость, но в контрасте с глобальным умиротворением она звучала режущим ухо диссонансом.

– Вы должны убрать свои сокровища из нашего Храма, служители! – сходу объявили Могущества.

– Вы о чем? – выпалил Род, вскидывая брови.

– О сокровищах драконицы, что перемещены были юными феями магией своей! – нельзя сказать, что Могущества завопили, взвизгнули или как-то иначе интонационно проявили свое негодование. Но оно чувствовалось даже в ровном тоне так же, как те самые брызги нервозности.

– Они в наших комнатах, в поместье Тингордиан, разве нет? – Кира обернулась к Алии, как непосредственному руководителю и воспитателю феек, ответственных за магическую грузопереноску.

– Большей частью, – пожала плечами и крыльями красавица, и мордашка ее приняла чуть виноватое выражение. – Чуть-чуть самых блестящих вещичек они оставили для украшения здешних покоев. Очень чешется?

– Да, убирайте, поскорее, – почти взмолились Могущества.

– Чешется? – изумился Род.

Взгляд его перескакивал с невозмутимого пса на разноцветье колонн величественного храма. Ничего общего, как ни крути, не находилось. У зверя, даже волшебного, в шерсти могут завестись блохи, но кто может завестись у бестелесных и всемогущих? У них точно никаких блох быть не может. У них ни плоти, ни кожи, ни тем паче шерсти не имеется.

– Всему виной смешение несовместимых энергий – фейской, и без того изменчивой, а в силу молодости изменчивой втройне, с энергией драконицы, которой пропитались ее сокровища, – меланхолично подсказал другу Мелвин.

– О, точно, это ведет к легкому дисбалансу храмовых энергий, потому что начинает влиять не снаружи, а изнутри, – дошел и до Рода механизм чесотки Могуществ. – Надо забрать вещички. Извините!

– Вы не ведали о наших неудобствах, – практически извинили те, пусть и чуть более нетерпеливо, чем следовало для снисходительно-высших разумов.

И за этим «вы не ведали» читалось очень явно, во всяком случае, для юных служителей, «но теперь-то все знаете, потому уберите свои побрякушки, и побыстрее, к чертовой матери!».

– Никогда бы не подумал, что скажу такое, но нам придется поскорее избавиться от добычи драконицы. Предлагаю снова воспользоваться помощью роя бесценного молодняка феек. Алия, дорогая, поможешь? Нам бы переместить разом весь наш приз в банк Виторо. Они умеют работать даже с проклятыми сокровищами, – деловито продолжил Мел, подключаясь гласом коллектива, коль речь зашла о финансах.

– Аха, – рассеянно согласилась Алия и чуть-чуть тряхнула головой, чтобы из прически с довольным писком вылетело несколько феек.

– У тебя есть такая возможность? – заинтересовался Альрау, потому как с улицы в вампирский банк попасть было почти невозможно. Неудобный клиент не видел входа. А слишком неудобный не видел и здания. А опасно неудобных просто никто больше не видел. Причем доказательств того, что крайне неудобный клиент переступал порог банка, никто предъявить не мог.

– У меня рубиновый наследственный медальон, – скромно признался Мелвин. – А у Киры, Алии и Рода – бриллиантовые.

И Альрау, считавшийся весьма небедным обрисом, внезапно ощутил себя едва выкарабкавшемся из грязи середнячком. Никто из команды, насколько он помнил по своим наблюдениям за учебным процессом в университете, никогда не козырял богатством или родовитостью. Но медальон вампирского банка, причем рубиновый или алмазный, – это не заурядный одноразовый пропуск, это в первую очередь статус. Кому попало его не заполучить. У самого безопасника было лишь простенькое золотое колечко, позволяющее сориентироваться с расположением местного филиала Виторо и отыскать дверь.

Нет, острозубые не смотрели на него как на закуску или экскременты, но подсознательно Альрау чувствовал, что недалеко ушел от этих отнюдь не эксклюзивных категорий.

– Да-да, ступайте, мы поможем! – в голосах Могуществ явственно прослеживалось облегчение и нетерпение в равных долях. Кажется, они даже помогли фейкам с упаковкой сокровищ, засунув все, что принадлежало драконице, обратно в сумку Мелвина, невзирая на то, где это «что-то» располагалось: в храме или поместье Трауля. Наверное, странная в своем неестественном смешении магия беспокоила Могущества настолько, чтобы озаботиться ее полным отсутствием на своих «допущенных к телу» служителях.

Согласия или, тем паче, возражений команда изъявить не успела. Радужный портал, возникший без всякого задействования личных меток, увлек всех пятерых сквозь пространство. Хорошо хоть со временем покровители манипулировать не стали.

Реальность храма сменилась реальностью белоснежной с живописными черными извивами. Спустя несколько секунд Кира опознала в ней стойку ресепшн, больше похожую на пульт космического корабля из-за обилия связующих, сканирующих и иного рода артефактов, исполненных в виде россыпи черных бриллиантов, вмонтированных в камень гигантской плиты.