Кольца духов

– Убежала по дороге.

– В темноте? Проклятие! Перстня-то я не забрал! Ну хоть мерин мне остался. Скатертью ей дорога! Вроде бы я и от второй заботы сейчас избавлюсь.

Вернулся младший товарищ бородатого, ведя трех лошадей. Две – под легкими кавалерийскими седлами, а третья с пустым вьючным седлом. Он разложил на земле большую старую холстину и бросил рядом пару веревок.

– А кто они? – шепотом спросил Тейр у Катти.

– Гвардейцы из Монтефольи. Седобородый мертвяк у меня в коптильне, оказывается, вор. Украл из замка драгоценную золотую солонку, говорят они. Ну и избавят меня от него.

– Так труп же не солонка. А вешать его поздновато, – сказал Тейр.

Лозимонцы вошли в коптильню, откуда тут же донеслось глухое постукивание, а затем вышли с телом старика на доске. Выдернув доску из-под трупа, они принялись закатывать его в холстину.

– А зачем он им? Да и чьи они гвардейцы? Герцога или синьора Ферранте?

– Какая разница, были бы их монеты полновесными, – буркнул Катти.

Лозимонцы обмотали сверток веревкой, подняли его и, кряхтя, уложили поперек вьючного седла. Бородач принялся приторачивать его, а младший нырнул в коптильню еще раз, вышел с двумя окороками и повесил их через свое седло.

– Нехорошо это, мастер Катти, – торопливо зашептал Тейр. – Не позволяйте, чтобы они его забрали. У меня во вьюке есть монеты. Я сейчас же за ними сбегаю и выкуплю его у вас вместо них.

– Не трудись, – оборвал его Катти. – Я возьму их монеты. Они предложили сделку повыгоднее.

– Что бы они ни предложили, я дам больше.

– Где тебе, погонщик! – Катти отмахнулся от него и, расплываясь в улыбках, подошел к лозимонцам. – Вижу, вам понравились мои окорочка. И не зря, уж поверьте. Так сколько же это будет? Выкуп за него, да две кружки пива, да два окорока, получаем… – Он начал подсчитывать на пальцах.

Тейр понял, что сейчас произойдет. Он отступил к коптильне и выхватил длинное полено из поленницы у стены.

Младший вскочил на свою лошадь, а старший ухватил считающего Катти за плечо и притянул к себе.

– Получай, хозяин. – В складках его плаща блеснула сталь кинжала, вонзившегося в живот Катти.

Катти вскрикнул от боли и неожиданности, попятился, ухватившись за живот, а браво отшвырнул его от себя. Двое батраков, стоявшие в сторонке, не сразу сообразили, что случилось, но тут же двинулись на него. Бородач щербато ухмыльнулся и вспрыгнул на лошадь. Его товарищ уже поскакал к дороге, дергая повод вьючной лошади. Тейр изо всех сил метнул полено ему в спину, но без толку. Оно пронеслось по воздуху и попало в цель, но плащ и куртка смягчили удар. Из-под лошадиных копыт взметывались комья грязи, и брави скоро исчезли в сгущающейся тьме.

Тейр бросился за ними, огибая дом. Но когда он добрался до ворот, эхо конского топота уже затихало вдали. Посреди дороги стояла Фьяметта и смотрела на юг вслед исчезнувшим всадникам. Лицо ее как-то сразу осунулось, темные глаза казались огромными.

– Они украли тело вашего отца, – еле выговорил Тейр. – Я не сумел им помешать.

– Знаю. Я видела.

– Но зачем? Что за безумие! И забрали два окорока. Не собираются же они его съесть!

– О… – пробормотала она. Отчаяние на ее лице сменилось напряжением мысли. – Наверное… но это чудовищно… он не может… я должна помешать… – Она сделала несколько шагов, сжимая кулаки точно в забытьи.

Тейр схватил ее за рукав:

– Куда ты побежишь по дороге ночью одна!

Она извернулась и посмотрела через луг на смутное белое пятно среди мулов Пико – на свою белую лошадь.

– Так я поеду верхом.

– Нет!

– Что?! – Она блеснула на него глазами из-под нахмуренных бровей.

– Я поеду. Завтра. – Она гневно вздохнула, и он поспешил добавить: – Мы поедем вместе.

Она заколебалась. Разжала кулаки и обвела взглядом темноту вокруг. Плечи ее поникли.

– Не знаю, что мне… как… да. Ты прав. Хорошо. – И, повернувшись, она побрела за ним к дому.