Страница 40 из 78
Александр стал сам с ними беседовать, а нам только и оставалось, что смотреть на эту четвёрку и вслушиваться в корявый перевод пирата.
— Бей-лечи спрашивать: это орк нанести травму?
— Как он понял? — тут же поинтересовался наш командир.
Языкастый сразу же перевёл вопрос целителю, и тот скривился, демонстрируя своё частично обрубленное ухо и едва заметный шрам на ключице.
— Бей-лечи говорить, что орки обожать бить удар вдоль голова, старайся отрубить ухо. Это знак мастера. Малый кто жить после такой.
Этот целитель похвалил нас за то, что мы не пожалели зелий, и отругал за то, что Васе не прочистили нормально рану, не убрали осколки костей, что и привело к текущему состоянию. Он действительно что-то наколдовал, и дыхание Васи успокоилось, стало ровным, размеренным. Тело больше не было таким красным и горячим.
Гоблин попросил нас перевернуть Васю на живот, после чего резко сунул ему два пальца в рот, и из желудка нашего бедолаги-охотника вырвался целый поток чёрных сгустков.
— Бей-лечи говорить, чтобы дай вода и мой желудок два восход и два закат. Рука неделя не трогай, тяжёлый не поднимай, баба жопы не шлёпай.. — посмотрел гоблин на накачанные филейные мышцы Герды, хлопая глазами, а затем поднял взгляд и увидел, что она стоит с топором в руках и хмуро смотрит на него.
Гоблин так резко и обильно вспотел, что камень под ним резко стал мокрым. А может, и не вспотел он.. Обоняние я по большей части отключил, чтобы не мучиться.
Целитель их продолжил говорить, а переводчик, словно скрипучая дверь, прокряхтел, пряча глаза от Герды.
— Левый рука не шлёпай, правый шлёпай, но осторожный. Зелий тоже не давай. А.. можно пить?
Вопрос адресовался мне. Видать, очень сильно он испугался, что Герда и ему уши подрихтует своим топором. И должен сказать, он был недалёк от истины.
Ваське стало лучше, и я решил, что за доброту действительно стоит отплатить добротой. Мы завязали разговор и узнали их историю, после чего попытались понять, что они вообще здесь забыли и какую цель преследуют. Реальность оказалась крайне далека от того, что я ожидал услышать.
Гоблины своей историей лишь подтвердили мои предположения о том, что они нам не ровня. В целом. Их уровень — аборигены из каменного века, что тыкают друг друга палками и съедают, если повезёт убить гоблина из другого племени. Каннибализм у них настолько в порядке вещей, что они даже не поморщились, рассказывая о своих героических набегах в прошлом, когда сами были на вершине своего гоблинского мира из десятка холмов, трёх лесов и двух гор. А потом их ждала та же судьба проигравших. Пришло более многочисленное племя и смело их, сделало своими рабами. И пришли они не одни, а с орками. Те и не дали сожрать проигравших. Вместо этого связали верёвками руки и повели далеко-далеко — туда, где было много других гоблинских племён, которые почему-то не ели друг друга, а подчинялись ещё большему гоблинскому племени. И за спиной их вождя сидел.. ещё один орк. В общем, орки подмяли под себя и сделали вассалами различные крупные племена гоблинов, а мелкие поработили для удобства.
Этих горемык перебросили на пограничье, где их задачей было копать ловушки, собирать фрукты, ловить крыс и прочее. Пока они упахивались, их надзиратели с оружием в руках расслабленно проводили время, следя за тем, чтобы никто не ленился и не сбегал. Постепенно пленников становилось всё больше, и началась большая стройка. Настолько большая, что орки стали не только пленных гоблинов туда посылать.
Так это племя Зази, что на наш язык переводится как «Жёлтый зуб», познакомилось с пленными людьми и гномами. Среди молодых гоблинов у одного оказался талант и достаточно высокий Интеллект, и он выучил язык и тех и других, за что его били реже, кормили чаще и работу давали ему попроще. Это продолжалось больше года, пока не появилась огромная армия орков. Судя по всему, та самая, что отправилась к нам устраивать резню и сеять хаос.
Как появилась, так и исчезла. А заодно забрала с собой львиную долю припасов. Еды стало не хватать не только пленникам, но и местным гоблинам. Те подняли голодный бунт против своего правителя, убили его и сделали самую большую ошибку из всех возможных: предложили съесть рабов. Только вот рабов к тому времени стало уже так много, что даже обессиленные, голодные, связанные верёвками да скованные кандалами по рукам, они не просто дали отпор, а едва ли не уничтожили восставших гоблинов. Всё же среди рабов хватало куда более крепких и подготовленных бойцов, нежели те коротышки. Гномы с лёгкостью ломали шеи и душили цепями тех, кто пришёл их убить.
Два восстания подряд превратили пограничье в территорию хаоса. Все сражались друг с другом. А эти сорок два беглеца — примерно половина от тех, кто вырвался из города и решил бежать в более благополучные места. И сделали они это очень вовремя.
Спустя несколько дней хаоса и анархии начали возвращаться орки. Разбитые, злые и кровожадные. То, что в том месте, где ещё неделю назад по их меркам была красота и благодать, словно армагеддон случился, их не обрадовало. И получили все: и бывшие рабы, и те, кто рабов контролировал.
Эти самые выжившие рабы прикинули, что лучше всего идти туда, где есть те, кто сумел навалять оркам! И вот уже вторые сутки они на ногах, бегут куда глаза глядят, продираются через приграничную глухомань. А место тут и впрямь не особо заселённое. Жирона и её окрестности ещё ничего, но до них дойти нужно. И это на северо-восток двигаться нужно. А эти шли с юго-востока на северо-запад. Глядишь, до самого Великого Шлёпска так бы никого не встретили..
Они хотели просто жить, надеялись найти здесь помощь. И мне очень захотелось им помочь. Не потому, что во мне взыграла благодарность за спасение Васи, и не из-за благородства, ставшего частью моего Пути. Было две куда более веские причины.
Первая: они нуждались в помощи и нам, людям, никакого зла не сделали, да и не планируют. По крайней мере, так кажется: их поведение было соответствующим. А помогать нуждающимся — это одна из тех черт, что делает человека чуть более человечным, чем остальные.
Вторая причина была насквозь меркантильной. Услышь её местные Архонты, улыбнулись бы от уха до уха..