Эра Бивня

Затем она отошла, и за дело взялись остальные. Палатка к тому времени превратилась в бесформенный мешок на земле, все стойки были сломаны. Кара топтала его, вновь и вновь поднимая и опуская ноги. Затем подхватила палатку бивнями и потащила по земле. Тогда по ней прошелся третий мамонт. Перевернул и растоптал опять. Затем четвертый и пятый, и так до тех пор, пока палатка не превратилась в кровавое пятно – даже не в груду, а в лужу почти вровень с землей.

Потом дело дошло до роботов-«мулов». Она погладила хоботом притороченные к «мулу» бивни. Бивни Койона, бивни Йекената. Толкнула их, и неживой «мул» опрокинулся навзничь. К Каре приблизилась Темене. Она тоже потрогала бивни, сунула кончик хобота в рот, затем, утробно рокоча, погладила морду Кары.

Подошли остальные. Они принялись гладить Кару хоботами по бокам, морде и ушам, трогать ее ногами. Мамонтята тянулись к ней, хватались за шерсть, трогали ее морду розовыми кончиками хоботов. Рокот волнами прокатывался по стаду из стороны в сторону. Почва под ногами Дамиры вибрировала от этого звука, продирающего до самых костей. Звуки стада звенели и в воздухе, и в земле. Сейсмические волны входили в нее сквозь стопы и по костям передавались к ушам, поэтому она не только слышала свое стадо – она чувствовала, как этот звук проходит сквозь ее тело, отдаваясь в крови, скелете и мышцах.

Чувство единения. Дамира тоже шагнула в круг. Он раздвинулся, чтобы вместить ее, принял ее и трансформировался. Она подняла хобот и погладила Кару по морде, вместе с остальными пробуя на вкус ее горе.

Когда она развернулась и пошла прочь, они последовали за ней. Кара задержалась, вновь и вновь вдыхая запах Койона, мысленно воскрешая в памяти его образ. Но ненадолго: даже ей не терпелось уйти подальше от этого места, пропахшего смертью, раздавленными, разорванными телами людей и вонью, которую те носили в себе.