Страница 29 из 74
— Покричи ещё на меня. Александр прав. Сколько ты уже здесь обитаешь? Пять лет? Сколько десятков наёмных убийц я за это время уничтожил? Пожалуй, впервые за долгое время появился не только человек разделяющий наши взгляды, но имеющий силы и желание эти изменения принести в жизнь. Пусть тебя не смущает его статус. Тринадцатый отправил его к нам после стольких лет прозябания и спячки. Не доверять себе — глупо и опасно. Но если не доверять ещё и этому неправильному безымянному, который, считай, на своих собственных руках вынес тебя из под топора палача, то считай вообще живём бесцельно. Прекращай артачиться. Чип готов? — неожиданно много слов произнёс, ставя точку в рассуждениях и спорах наш молчаливый Виктор.
— Готов. — скривив лицо протянула ему кругляш флешки и сам чип хакерша.
— Александр. У тебя было задание от старого вонючего дракона?
— Да.
— Иди и занимайся им. Думай, ищи, отбирай кандидатов в нашу команду. Флешку я сам занесу. Пора обсудить со стариком будущее этой части подземного мира. Уверен, есть у него доверенный клан или группировка, которая с удовольствием возьмёт на себя бразды правления этим городом. После ультиматума местные затихарились, но это обманка. Они не позволят существовать угрозе. Просто они стали осторожничать. А значит, нам придётся их уничтожить и поставить новых правителей — лояльных и контролируемых.
— Я пожрать с собой возьму?
— Давай, я тоже бутербродов сделаю на день. Штук двадцать должно хватить до ужина.
Мы отправились к разделочному столу, где принялись сооружать бутерброды разной величины, толщины и содержания. Но самый популярный вариант, как и обычно, был из хлеба, колбасы и сыра.
Закипел чайник, и мой кухонный товарищ залил всё содержимое в огромный термос на полтора литра. Пришлось ставить для себя ещё один раз воду на электроплитку.
— А давно вы с Драконом знакомы? — не выдержал и спросил я.
— Мы из одной партии лабораторных крыс. Выжившей партии. Ещё когда только создавались чертежи безымянных, тестировались различные технологии, позволявшие наделить эти скрещённые со сталью и проводами тела душой и сознанием.
— Ого, а можно подробнее?
— Можно. Но не всё. За безымянных пусть тебе расскажет тот, кто имеет к ним прямое отношение, если захочет. Могу рассказать о себе. Устроит?
— Да, конечно. — шинкуя вторую палку колбасы я с удовольствием принялся слушать его историю.
Видимо — это тот самый элемент доверия, которое он решил оказать, объединившись в одну команду.
— Мне было восемнадцать лет. Молодой, глупый. Потомственный военный. Россия переживала кризис. Много разного происходило в те годы. Моя семья оказалась «вне закона» из-за решения отца о выполнении очередного, спорного с точки зрения законности приказа. Я в тот момент с матерью находился за границей. Друзья отца сказали нам, что его арестовали и обвинили в государственной измене. Правительству был нужен козёл отпущения и.. они его нашли. Дорога на Родину была нам закрыта. В то время я проходил по обмену учёбу при корпусе ООН. Шло время — новостей никаких не было. Лишь спустя пять лет соседка прислала фотографию. Фотографию похоронки отца, уведомление о приведении в действие смертного приговора. — начал он свой рассказ.
— Ни я ни мать так и не поняли, за что его казнили. Так как это дело было засекреченным — новостей никаких не поступало. Матушка не смогла долго продержаться после этого и однажды утром ко мне в казарму пришёл адвокат, сообщив о её кончине. Мне дали три дня отпуска, что я провёл на похоронах. Я был хуже зомби. Бродил в тумане мыслей и не знал, что мне делать дальше. Сердце сдавливали тьма и ненависть. Тогда-то они и пришли ко мне. Корпораты. Одна из ветвей будущего города Шайн Сити. Они предложили мне участие в проекте. Обещали много и всякого, но я зацепился лишь за одно обещание, в случае успеха, сделать из меня человека со сверхспособностями. Что это, как не шанс поквитаться с своим врагом в лице целого государства? Да и пусть я не знаю всех подробностей — всегда можно найти виновных в произошедшем. Кто отдал отцу приказ? Кто посчитал это нарушение — предательством Родины? Кто вынес окончательный приговор? И так далее. — он прекратил готовку и перешёл, увлёкшись воспоминаниями к поглощению. Ну и я вместе с ним.