Страница 46 из 75
Глава 14
— Тихо, тихо, присаживайся, — провёл я Багратиона в выделенную нам лачугу и посадил на шкуры. — Ты как? Нормально? Водички тебе принести? Они над тобой не успели надругаться?
Тот молчал, будто воды в рот набрал, но его состояние хорошо демонстрировал дёргающийся глаз. Что же там с ним случилось, пока мы искали его?.. Прошло-то всего минут десять. Ну, пятнадцать максимум. Неужели этого хватило местным амазонкам, чтобы превратить в овощ одного из самых могущественных и психически устойчивых воинов нашей империи?
— Александр, приём, приём. Ты тут? Что с тобой?
— Пу..
— Что пу?
— Пу-пу-пу.. — надул он щёки и выдохнул.
— А конкретнее?
— Поскорей бы в пу-пу-пу-путь..
— Да что там было-то? Когда я зашёл в ту палатку, ты один был.
— Всё, что было в Амазонии, пусть остаётся в Амазонии.. Я в норме, просто чуть-чуть обалдел от их наглости, напористости, сисястости.. Они назвали это «Цунамитит». А я и не понял, что это к магии отношения не имеет. Повёлся, как дурачок.. Пришёл, а там лавина из голых.. Груди, повсюду груди.. Бр-р-р-р.. Всеволод обещал мою морковку оторвать, если я его внучку обижу..
— Всеволод? Цунамитит? Морковку? Ты точно в порядке? Может, грибов каких успел поесть по дороге?
— Максим, я женат на внучке Всеволода Романова. Условие она поставила одно: никаких больше баб. И я согласился. Как же тяжёл и опасен труд рядового исследователя.. — тяжко вздохнул Багратион и посмотрел на спящего мертвецким сном Буревого. — А чего это он со штанами спущенными?
— Вот негодницы! И до него добрались, пока тебя спасал.. — отметил я удивительную настырность местных девиц.
Не зря я нашего старичка в беспробудный сон отправил, иначе уже в предынфарктном состоянии был бы.
— Буревой.. Приём. Ты жив?
— Хр-р-р-р-р.. — только и ответил наш воитель и перевернулся на бок, натягивая на себя тёплую шкуру, что служила одеялом.
— Не отозвался? Это ты в сон его кинул?
— Ну а кто ещё.. А иначе мы бы его потеряли. Стёрли бы нашего дипломата местные развратницы. Вот им припёрло генофонд свой обновить..
— Чудны дела в этом королевстве.. И почему об этом никто ничего не говорит из побывавших?
— Потому что им память стирают. Уверен на девяносто процентов. Помнят лишь, как шлялись да как их вывели из леса местные. К слову, я всё думал, что не так с той кашей, которую нам давали всё это время. В общем, это очиститель организма. Нужен, чтобы всякие бактерии, микробы, болезни не передались местному населению.
Багратион, услышав меня, поменялся в лице. Его челюсть слегка отвисла, и сам он захлопал глазами, пытаясь переварить услышанное.
— То есть.. Я правильно понимаю, что большую часть того времени, что мы ждали «душевной ассимиляции» и права прохода, было нужно просто для очистки тел и подготовки нас к.. увеличению разнообразия местного генофонда?
— Нет. Про это Мадейя как раз не соврала. Там действительно есть ограничения на уровне духовных отметок. И не спрашивай, откуда я это знаю. Всё равно не смогу объяснить. А каша с подготовкой тел — это просто попытка убить двух зайцев сразу. По этой же причине первые племена на нас никакого внимания особо и не обращали в этом плане. Мы для них были «грязные». А уже возле крокодила целительницы их осторожно прощупывали почву.
Я, конечно, ничего не имею против местной культуры и понимаю, что такова доля дипломатов, но.. Буревой слишком старый, у тебя риск с морковкой твоей.. И мы пришли сюда без какой-либо информации о подобных нюансах. Считаю это провалом разведки! Так что пускай Романов сам отдувается. Он как раз в самом расцвете сил. Впрочем, ему повезёт, если Мадейя не захочет им делиться.
— Подожди-ка! Стоп-стоп-стоп! А ты сам чего не под этой атакой? Как ты вообще свободно ходишь по их поселению и не подвергаешься преследованию?
— Нда-а-а.. Видимо, всё и впрямь с тобой тяжело, Сашка.. Совсем чужие сиськи разум затмили? У меня есть способность к сокрытию — это раз. Два — я знаю их язык..
— И то и другое — сплошные странности. Когда ты выучил эту технику и язык?
— Когда узнал, что пойду сюда, конечно же! А вот вы не подготовились, как я погляжу.
— А чем тебе знание их языка помогает?
— Они болтают всякое-разное, думая, что я, как все гости. И когда я им отвечаю, они со стыдом убегают.
— Они? Со стыдом?
— Ну ладно, ладно. Я просто говорю, что я бесплодный, и они теряют ко мне всякий интерес. Почти все.. Половина предлагает проверить это на практике, и тогда я говорю, что занятия любовью со мной смертельно опасны, так как я могу в порыве страсти воспылать и сжечь партнёра.. — продемонстрировал я вспыхнувшую зелёным пламенем ладонь и ухмыльнулся.
— Хитёр.. А я, пожалуй, и выходить из хижины не буду.. Только ведь это всё равно может не спасти.. О, снова лезут.
— Ку-ку! — начали приветливо махать три местные амазонки, отодвинув шкуру в нашу берлогу.
— Ноу, сеньорита, ноу! Титес не интересует! Как же это по-испански.. Макс, ну проводи ты их! Опять лезут..
— Так, у нас тут мужской совет. Женщинам вход воспрещён. Кыш-кыш-кыш.. Вы что, уже нашли ваш идол?
— Да.. Наши воительницы уже вернули его на место, поэтому всё внимание вновь может быть обращено к нашим гостям по законам гостеприимства. — ответили они мне, сперва испугавшись того, что я знаю их язык.
Шустрые какие.. Фома же эту статую священную с центра деревни на тридцать километров в джунгли упёр. Как они смогли так быстро её найти⁈ Впрочем, вопрос риторический..
— Что там, Максим? Чего это она улыбается?.. Почему она в хижину продолжает лезть? Стоп.. Она что, голая?
— Дамочка, я выйду к вам через тридцать секунд. Моему другу плохо, не привык к климату! Давайте там дожидайтесь. Тут и так дышать нечем.
— Жду, красавчик.. И друга своего не забудь, что пожирает меня своими глазами.
Она ушла, а я защёлкал пальцами перед лицом зависшего Багратиона.
— Саня, ты тут?
— Боже, спаси и сохрани.. — сложил Багратион руки в молитве.
— Ага. Так и поступим.. Мой первоначальный план провалился, и последствия диверсии быстро устранили. Надо что-то новое придумать..
— Какая диверсия?
— Да я их священную статую, что посреди деревни стоит, в лес утащил. А они её нашли уже.. Думал, хотя бы пару часов будут искать своё добро.. — раскрыл я суть спецоперации, после которой все искусительницы были вынуждены покинуть моего товарища.
— Не опасно?
— Не опаснее, чем попасть в плен к этим искусительницам. Я так понимаю, мы здесь до утра оборону держать будем. Надо придумать, как их отвадить..
— Может, фамильяров твоих использовать?