Страница 52 из 76
— Ох, свобода.. — Запрыгал, и так легко, словно я стал магом воздуха. — Фома, спрячь, чтобы не потерять.
Фома спрыгнул с ближайшего дерева и упрятал всё добро в своё хомячье царство, после чего уселся в кресло графа, надел солнцезащитные очки, показал мне «класс» и бодрым «Пи» отправил меня на битву.
— Хм.. — оценил всё произошедшее граф. — А ты интересный малый.. Как там тебя зовут? — Он взял расписку и прочитал: — Ярл Краст? О, так мы, коллега, оба иностранцы, получается. Ну что же.. Пойдём внутрь.
— Не стоит излишне беспокоиться..
Я высвободил свой покров, от которого воздух вокруг запах озоном, и зелёные молнии заискрились вокруг моего тела.
— ФЫР! — воспрял боевым духом электроёжик, оценив появление достойного противника.
Я открыл дверь и вошёл внутрь, смотря на бушующую энергию бывшего жителя Беловежской Пущи.
— Ну давай!
— ФЫР!
Потоки молний устремились друг к другу, и павильон залил сине-зелёный свет.
* * *
Имение Золотарёвых. Глава рода со своей дочерью.
— Ну вот, а ты переживала.. — улыбнулся Золотарёв, только недавно прилетевший обратно на Урал и добравшийся до своей резиденции.
— Конечно, переживала! Это же мои дети!
— И мои внуки, хочу напомнить.. Стефания, конечно умная стерва. Хитрая, наглая, но не безумная. Не зря мы столько времени готовились и высказывали свои опасения нашим друзьям и нейтральным родам. Недовольства было много, и один прецедент был бы опасен для всех. Так что, когда речь зашла о Берестьевых и я взял слово, потребовав либо предоставить подтверждение обвинения моего погибшего зятя, либо прекратить демонстрацию признаков тирании, где любой достопочтенный боярин может быть сперва убит, а затем обвинён во всех смертных грехах, она знатно обделалась. Даже не сумела собрать и трети голосов, когда я потребовал от всех присутствующих поднять руки, если они за предоставление доказательств. И с Капонарией те же дела. Ей там, можно сказать, каждый второй род в лицо предъявил своё возражение за подобное своевольное исполнение данного древнего закона в отношении Берестьевых. И многие высказались за то, что твой покойный супруг был в своём праве отстаивать своё имение и свою честь, ведя бой с незваными, вооружёнными гостями. В общем, она быстро поняла, куда ветер дует, и полчаса пламенными речами, спихивая вину на исполнителей, говорила о том, что у неё и в мыслях не было довести ситуацию до подобного.
— Лгунья..
— Все политики такие.
— Эх.. Это раздражает. И что в итоге?
— Она пошла по пути наименьшего сопротивления. И когда я протянул ей руку помощи, то вцепилась в неё, как в спасательный круг.
— Может, не надо было ей предлагать какие-то альтернативы? Пускай бы сама крутилась..
— Родная моя, для нас этот вопрос крайне важен, но у империи есть проблемы и поважнее. И для решения этих проблем ей нужен кто-то такой, как Стефания. Лицо и голос, который будет вещать с трибун и представлять империю перед всем миром. Пусть тебя не пугают эти цифры долга, распроданные вещи супруга и детей. Я отправляюсь на аукцион, где выкуплю большую часть их наследия. Старые друзья Димки тоже будут там. Мы сбережём всё, до чего дотянемся. А земли — дело наживное. Со временем если и не вернём их, то заимеем новые. Жизнь твоих сыновей и доброе имя рода — намного важнее материальных благ. И мести.. Месть не приведёт ни к чему хорошему..
— Но откуда у тебя такие деньги? Я ведь знаю, что мы не богачи, готовые к безумным тратам..
— Ну, что-то одолжу, что-то продам.. Не переживай, доченька. Я не позволю каким-то проходимцам забрать то, что нажили вы с Димой, то, что принадлежит моим внукам по праву. Я в свои-то годы уже не такой боевой, и всё, что у меня есть, — это вы, влияние и деньги. Так что не переживай. Скоро все невзгоды пройдут, и Максу можно будет смело вернуться.. Стефания забудет о своей обиде и претензиях, особенно после того, как я ей помог. Другого выбора у неё не останется. Власть её над родами изрядно пошатнули и взяли в свои руки десять боярских родов. И наш род — один из них! Ну и своего в итоге она добилась. Кто-то её обожает, кто-то ненавидит, но все её признали. С ней готовы считаться, поэтому..
— Мужа мне это не вернёт. Для меня она как была врагом, так и осталась. И для детей моих — тоже. Я уверена.
— Ну, насчёт Максима я не уверен, а вот Вова.. Ты слышала, куда его отправляют? Вернее, их с той псионичкой, невесткой нашей. Ну и Максима, если найдут, отправят туда же..
— Слышала. Не напоминай мне об этой суке, — злобно высказалась дочь графа и тяжело выдохнула, отпустив эмоции и начав радоваться тому, что худшее уже позади. — Так вскружила голову Вове.. Какая же она.. Ещё и про Максима ничего не слышно. Ни весточки.. Здоров ли он? Жив ли вообще?
— Судя по тому, что я слышал, вполне живой. Даже очень, — хмыкнул с улыбкой Золотарёв. — Только подробностей не знаю.
— Можешь узнать подробнее, как он там? — щенячьим взглядом посмотрела дочь на своего отца.
— Нет. Ты же знаешь, что это.. Нельзя. Мы по легенде оборвали с ним все связи. Нам даже появляться рядом опасно. За нами следят, не забывай. Пусть уже и не так активно, но всё равно.. Если кто-то заподозрит связь между нами, боюсь, моему внуку придётся ой как несладко..
— Ох, беспокоюсь я.. Мы его к этому совсем не готовили, — покачала головой Мария Золотарёва.
— Не переживай, доченька. Его жизнь подготовила.