Страница 222 из 238
Я вскрикнула, слишком чувствительная после того, как так сильно рассыпалась на части. Но он лишь сжал меня крепче, его мышцы задрожали, когда он излился глубоко внутри меня. Его стон — низкий, полный тоски — заставил меня захотеть кончить снова.
Чернильные нити вокруг нас прекратили своё неистовое кружение, когда мы отпустили этот украденный момент. Покрытые потом и кровью, которая нам не принадлежала. Соединённые в самих нитях наших сущностей.
Рокат завладел моими губами в жёстком поцелуе. Я растворилась в нём, утопая в блаженстве. Всё внутри меня ныло, когда он вышел из меня. Моё дыхание сбилось, когда его пальцы заменили его член.
— Прости, я не смог вовремя выйти.
Одним движением по моему естеству он убрал смешанное возбуждение прочь.
— Давай вернёмся в нашу комнату, и я тебя вымою.
Моё тело было безвольным, обмякшим и полностью опустошённым силой пережитого оргазма. Всё, что я смогла сделать, — это кивнуть. Он коснулся поцелуем моего солоноватого лба, а затем протянул мне одежду. Я натянула её на себя, и каждое движение давалось с трудом, пока сон умолял меня сдаться ему.
— Хочешь идти сама? — спросил он, изучая меня с самодовольной мужской ухмылкой.
— На этот раз я пожертвую своей независимостью, если ты сможешь меня донести по воздуху, — вздохнула я, чувствуя, как дрожат ноги, когда я перенесла на них вес.
Он фыркнул, а затем закинул меня себе на плечо, словно мешок зерна.
— Эй! — возмутилась я, хлопнув его по спине.
Он подхватил наши брошенные доспехи, полностью меня игнорируя, пока нёс нас обратно через подземелье, оставляя тело Зафа гнить.
Мужчины на посту вздрогнули при виде нас. Из горла Роката прокатилось собственническое рычание, и они поспешно отвели взгляды.
В тот момент, когда мы вышли под солнце позднего дня, из его спины расправились могучие крылья. Не желая погибнуть, я перехватила положение поудобнее и обхватила его торс, как ребёнок. А затем мы поднялись в воздух, устремившись к вершине главного здания.
Я позволила ему нести меня весь путь до нашей комнаты, в купальню, и снова раздеть меня, наслаждаясь ощущением полного доверия, полной покорности своему истинному.
Однажды о нас будут слагать песни. О нашей победе. О нашей любви. Нас будут почитать как самих Судеб. Именно так и должно быть. Потому что мы были чем-то запредельным.