Страница 142 из 238
Последние группы вырвались из туннеля сплошным потоком, все как один отчаянно бросившись к финишной линии. Со всех сторон раздавались подбадривающие крики, призывающие их уложиться в отведённое время. Стрелки часов двигались, пока я переводила взгляд с них на команды и обратно. Когда цифра сменилась, обозначая наступление нового часа, самая последняя тройка бросилась вперёд, рухнув грязной кучей у подножия помоста.
Но справился каждый солдат до единого.
Когда Рокат объявил об этом, вся Армия взорвалась ликованием. Я не смогла сдержать улыбку, от которой заболели щёки. Видеть мужчин и женщин такими, доверяющими друг другу, празднующими вместе — это было всем.
Весь наш труд, все наши жертвы, вся пролитая кровь и все пролитые слёзы привели к этому моменту.
«И ты сделала это возможным, Ассирия.»
Я обвила руками талию Роката, не заботясь о том, что у нас были зрители.
— Халалхиво! Сельхамош! — выкрикивали они наши почётные титулы.
Из первого ряда солдат Киира сложила ладони рупором у рта и закричала:
— Поцелуйтесь!
Жар разлился по моим щекам, но Рокат не стал терять времени. Он запустил пальцы во влажные от пота волосы на моём затылке и склонился, прижимаясь губами к моим. Рёв, ещё более громкий, чем тот, что поднялся после его объявления о том, что все завершили испытание вовремя, ударил мне в уши. Любовь хлынула по нашей связи, яростная и неумолимая, и я с готовностью отдалась её притяжению.
Когда он отстранился, то прислонился своим лбом к моему.
— Как сказала Киира, легенда о нас будет подпитывать их. Они будут сражаться ожесточённее. И вдохновлять других делать то же самое, — пробормотал он так тихо, что услышать могла только я.
— Тогда давай действительно дадим им тему для разговоров, — с улыбкой ответила я, поднимая руки и обвивая ими его шею.
С рыком он снова поцеловал меня, и наши языки сплелись в борьбе за превосходство. Он сжал мою талию, и его твёрдость упёрлась мне в живот. Наслаждение свернулось в моём нутре при мысли о нём внутри меня. Забыв обо всех болях, я хотела только одного: скрыться в том убежище от бурь, чтобы он трахал меня до беспамятства.
Когда от нехватки воздуха у меня закружилась голова, мы оторвались друг от друга, всё ещё не сводя глаз.
— К сожалению, нам ещё предстоит завершить одно испытание.
Я издала стон.
— Чёрт. Я почти забыла, захваченная волнением и желанием. Уф. Если уж нужно.
— Хотя если ты хочешь, чтобы позже я занялся этой сладкой, сладкой киской, я не стану отказываться.
От его слов жар разлился по нижней части моего живота.
Он отпустил меня, оставив ощущение потери, и повернулся к толпе.
— А теперь последнее испытание. Смелый прыжок с передней башни академии. Прыгать вы будете в том порядке, в котором прибыли сюда.
Это означало, что мы с Даррксом и Узаданом шли первыми.
Моё тело ныло, пока мы направлялись к крепости, и только возбуждение, пульсирующее в венах, смягчало эту боль.
Когда мы добрались до неё, я призвала свои крылья, застонав от протеста мышц спины. Несколько взмахов, и я уже была в воздухе, направляясь к высокой стене.
Коснувшись вершины пальцами ног, я сложила чёрные перепонки ближе к телу.
Внизу Рокат, Рапп, Олет и Сзазадос плели сеть из ониксовой тьмы, колышущуюся под светом луны.
— Тебе лучше идти первой, Сельхамош, — сказал Дарркс, делая приглашающий жест рукой.
Я сглотнула комок, застрявший в горле. Он, конечно, был прав, но это не уменьшало моей тревоги. Падать предстояло долго, и я хотела выполнить всё идеально. И ещё я не хотела раскрывать крылья слишком рано и давать недовольным повод предположить, что я боюсь падения.
Сделав рваный вдох, я подтянулась и забралась между двумя каменными выступами. Опасно балансируя высоко над землёй, я снова посмотрела вниз, и мой желудок перевернулся.
Я была первой, кто прыгнул. Первой, кто выступил вперёд. Первой, кто потребовал перемен. Первой женщиной, занявшей влиятельное положение в Армии.
Я была символом возможностей. Перемен. Надежды.
Этот момент был выше моих страхов.
«Ты справишься, Ассирия.»
Собрав всю свою решимость, я шагнула с башни.
Земля понеслась мне навстречу, и адреналин взорвался внутри меня.
«Какого хрена ты творишь?!»
Ветер завывал в ушах, пока моё тело умоляло использовать силу, чтобы замедлить падение. Но я стиснула зубы и не поддалась. Сеть из теней подо мной натянулась.
«Раскрой крылья, Ассирия»,
— прорычал Рокат в моём сознании.
«Ещё нет»,
— ответила я, оценивая оставшееся расстояние. Время ещё было.
«Ты падаешь слишком быстро. Немедленно, мать твою, раскрой их»,
— потребовал он.
Я проигнорировала его, сосредоточившись на своей задаче.
«Ассирия!»
— крикнул он.
В его голосе звучало неподдельное беспокойство.
Наконец я резко распахнула свои чёрные перепончатые крылья, и ветер ударил в них, дёрнув меня вверх всего в нескольких футах от покрывала из обсидиановой тьмы. Я пролетела над ним и прямо мимо своей истинной пары, мягко опускаясь на землю лёгким бегом. Развеяв свою магию, я замедлилась и остановилась перед группой женщин в первых рядах Армии.
— Это было потрясающе! — взвизгнула одна из них, хлопая в ладоши.
Остальные тут же подхватили её восторг, и даже несколько мужчин подошли вперёд, отдавая мне салюты и осыпая похвалой.
Я поблагодарила их, затем присоединилась к офицерам и вложила свою магию в сеть. Я подбадривала тех, кто в этом нуждался, помогая одному за другим пройти последнее испытание.
И справились все.
К тому времени, когда мы закончили, уже стояла глубокая ночь. Мы с Рокатом, Раппом и Киирой стояли перед солдатами, среди которых мужчины и женщины теперь окончательно перемешались. Единственным по-настоящему заметным различием между ними оставался разный рост. Некоторые даже поддразнивали друг друга, вызывая взрывы смеха.
Слёзы жгли мне глаза, пока я смотрела на эту картину. Усталость тяжёлым грузом лежала на моих конечностях, тени в моей груди превратились лишь в слабые клочья, но я была заворожена тем, чего мы достигли. Тем, что мы строили. Тем, как одно это событие изменило сердца и умы и позволило нам показать им, почему мы заслуживаем идти под знаменем Армии.
Халалхиво шагнул вперёд, скрестив руки на груди, словно оценивая достоинство каждого из нас.