Попытка возврата домой

Глава 21

18.

Жизнь Лёшки и Ташки в племени наладилась, в один прекрасный день они даже переехали в свою хижину в деревне. Когда Лёшка успокоился, тогда и переехали.

Впрочем, «переехали» очень громкое слово о двух голых подростках, у которых даже клочка шкуры своей не было. Просто их привели к новенькой хижине, мало чем отличающейся от прежней звериной клетки, да и всё. Разница была только в том, что в клетке у них было больше личного пространства, а тут – почти насквозь просматриваемый и проветриваемый большой шалаш, сделанный из таких же прочных стволиков, как звериная клетка, с куполообразной крышей, защищающей от дождя, ложе для двоих, со шкурами, нечто, похожее на стол и чурбачки вместо стульев, вот и всё.

Ташка попыталась устроить так же, как в клетке, то есть, занавесить ложе шкурами, а то Леопарды не смущались тем, что кто-то их видит. Дело в том, что никто их и не видел, кроме человеческих детёнышей, потому что с детства леопардят воспитывали что, если кто-то огородил место, даже несколькими камнями, видеть и слышать, что делают там хозяева, нельзя. То есть, их как бы не видно.

А вот в зверинце можно смотреть, с разрешения вождя, шамана и смотрителя.

Такая вот философия Леопардов. А как иначе, если климат такой, если сделать нормальный дом, можно в нём задохнуться!

Конечно, дети всё видят и учатся на примерах старших, подражают им во-всём, рано начинают обращать внимание на противоположный пол. Но тут уже вмешиваются учителя, шаман и вождь.

Образовать пару можно только после полном созревании самки, когда она способна выносить ребёнка. Примерно такое же общество и взгляды на жизнь были у диких людей.

А для обучения отпрысков эти племена воровали детей друг у друга, потому что межвидовое скрещивание невозможно.

Всё это рассказывал Учитель на уроках, запугивая молодёжь, чтобы не шлялись, где ни попадя.

Во-первых, хищников полно, которые любят молочных щенят, во-вторых, дикие люди не прочь приобрести игрушку для своих низменных утех.

В этом племени ребята не видели людей, кроме женщины в клетке, которой пользовался Щек, видимо, соседнее племя хорошо охраняло своих женщин и детей.

Ташка, видимо, пропустила мимо ушей предупреждение учителей об опасности стать жертвой мальчиков-леопардят, а Лёшка помнил слова Щека о том, что Ташку хотели отдать Шуху.

Мальчишка даже на глазах у всех интересовался человечкой, прижимал её к себе, летал с ней, а девочка только смеялась над ревнующим Лёшкой.

Тогда мальчик попросил принять их в племя.

Жители деревни провели обряд, сделали наколки на лопатках в виде крылышек, устроили целый праздник, на котором, приняв пальмового вина, вождь и шаман объявили их парой.

Только тогда Лёша вздохнул спокойно и согласился на переезд в новую хижину.

Шух успокоился и больше не выказывал так явно своего интереса к Ташке, хотя все дети продолжали учиться и играть все вместе.

Налья тоже оставила в покое Лёшку, вновь стала добиваться внимания Шуха, хотя Лёшка краем уха слышал от девочек, что-то обсуждавших в своём кругу, что Налья совсем не против утащить её мальчика куда-нибудь в норку. Да и другие леопардочки с волнением смотрели на него, просто Налья была выше их по статусу, имела право первой выбрать себе партнёра по играм. Так же и Шух занимал привилегированное положение в стае.

Кстати, Павлика снова принимали в племя, вместе с человеческими детёнышами. У него было сломано крыло, он не мог летать, поэтому приравняли к людям. И назвали уже, Пашкой.

Если бы он не был сыном вождя, поселили бы вместе с Ташкой и Алёшкой. Леопардята к нему стали относиться, как к человеку, и Паша часто бывал у ребят, играл с ними и разговаривал на человеческом языке. Он и посвятил их о положении в стае.

Лёшке ещё рассказывал Щек, почему пленники не сбегают от людей. Девочек держат в клетках или подрезают крылья, а мальчикам отрезают мальчишечьи принадлежности, после чего им путь назад закрыт, потому что уже неполноценный, никому не нужный.

У Леопардов закон, подростков сбрасывают со скалы, даже если боится. Полетел, значит, хорошо, не полетел, туда ему и дорога. Тем более, они сами залезают на гору Чандал и учатся летать.

Если Пашка не научится летать, ему не стать наследником вождя, хотя убивать никто не будет, конечно, не врождённое же уродство, Клыкастая жаба порвала. Но шанс у Пашки был.

Когда Щек показал на Лёшке, потому что слов не хватало, как отрезают гениталии, у мальчика не осталось вопросов, почему со сломанным крылом не стыдно оставаться в стае, а без яичек и пениса стыдно. Всё же видно, одежды нет. Зато у людей остаются замечательные сильные Летуны, на которых самые лёгкие наездники могут летать над джунглями. Самые лёгкие, конечно, дети. Они, ко всему прочему, неплохо ладят между собой, за своего наездника Летуны готовы стоять насмерть.

Однажды, набегавшись по окрестностям, Шух предложил всем:

- Давайте, слетаем на гору Чандал?

- А Лёша с Ташей? – спросила Налья.

- Я Ташу перенесу, ты Лёшу…

- Лёша для меня тяжёлый, - возразила Налья.

- А ты с ним прыгнешь вон с той скалы, и сможешь полететь тогда, - показал Шух на обрывистую скалу, нависающую над прудом, - не обязательно прямо с земли подниматься.

Налья посмотрела на скалу, на меня, и согласилась, не хотела, видимо, уступать мальчишке.

Если кто-то подумал, что Леопардам в полёте мешают их мальчишечьи принадлежности, то они ошибаются. На земле они почти такие же, как у людей, а в полёте почти полностью убираются внутрь, остаётся видимым только небольшой бугорок. Лёшку тоже учили прятать всё внутрь, чтобы не потерять, потому что эти органы самые важные у мужчин. Даже немного получалось, особенно когда Щек пугал, своими острыми когтями, когда играли в охотников и зверей.

На другой день дети отпросились у взрослых посетить Чандал. Разрешили тем, кто уже немного научился летать, после случая с Пашкой младших одних не отпускали, потому что на гору надо было идти пешком. Хотя дорога вполне уже пробита, спасать детей, прыгающих в пропасть, кому-то надо было, если не рассчитает сил и приземлится в джунглях.

Ребята собрались на открытой площадке, откуда можно было взлететь, чтобы не мешали деревья.

Первым взлетал Шух. Он прижал к себе Ташку, захлопал большими крыльями и взлетел!

Ташка обняла его за поясницу ногами, чтобы не упасть. Лёшка смотрел, открыв рот и резкий укол ревности пронзил его сердце, когда понял, какими частями тела они с Шухом крепко прижались.

Следом за Шухом разбегались и взлетали другие мальчики и девочки.

Лёшка подбежал к Налье, но она отказалась лететь с ним:

- Шух, наверное, хотел, чтобы мы не долетели, ты слишком тяжёл для меня! – девочка неожиданно схватила Пашку и, крепко прижавшись, они улетели на гору Чандал. Пашка так же обнял её ногами за талию, чтобы ноги не мешали полёту.

Если бы Лёшка знал, что взрослые Леопарды спариваются в полёте, в период гона, он бы не был так относительно спокоен. Он только с тоской проводил глазами своих друзей и расстроился.

- Не взяли? – пропищала девочка, немного меньше самого Лёшки. Взяла его за руку и сказала:

- Ну и ладно! Пошли играть? – с надеждой спросила она, заглядывая в сырые глаза мальчишки.

Оставшимся леопардятам тоже было обидно. Погалдев, решили сбегать на пруд, купаться и играть.