Страница 64 из 77
Несмотря на плохое настроение и страх, когда думал о завтрашнем дне, Мальчик прижался к подружке и скоро заснул.
На другое утро Лёшку разбудил громкий щебет птиц, рёв голодных зверей и какой-то гомон.
Где он находится, мальчик понял сразу, не открывая глаз. Он по-прежнему обнимал девочку, которая по-прежнему не приходила в себя.
По их конуре что-то ударило, Лёшка услышал на полузабытом языке что-то типа «Выходите!», и как-то их обозвали, если перевести на человеческий, то грязными обезьянами.
Встав на четвереньки, Лёшка подполз к выходу, осторожно выглянул наружу. Их клетку облепили детёныши летающих леопардов, прыгали на месте, горя желанием рассмотреть новые экспонаты.
Лёшка решил за лучшее снова спрятаться, потому что в него тут же что-то полетело. Недалеко от него упало нечто похожее на камень, и он быстро схватил это рукой.
Рассмотрев внимательно «камень», Лёшка понял, что это какой-то плод. Присмотревшись, пленник увидел множество разнообразных фруктов, валяющихся на земле. Дети таким образом решили выманить новых животных из конуры, понял Лёшка. Осмотрев, и понюхав неизвестный ему фрукт, мальчик не стал его есть, хотя желудок противно урчал. Когда в последний раз он ел, Лёшка не мог вспомнить, как и то, где он был до встречи с Ташкой. Последним воспоминанием было, как он побежал догонять подружку, забоявшись её потерять навсегда.
Тут снаружи раздался сердитый голос взрослого леопарда и жалобные крики детей, они просили показать им новых зверёнышей.
- Они больные! – понял Лёшка рык взрослого. – Подлечу немного, потом будете на них смотреть и играть с ними!
- А охотиться на них можно будет? – прошепелявил кто-то.
- Можно! – был ответ, и у Лёшки всё сжалось внутри. Значит, с ними будут играть в кошки-мышки? Мальчик вспомнил Павлика, его руки и ноги с острыми когтями, и передёрнул плечами. Тут же заболели раны под листьями. Листья уже высохли и начали осыпаться с тела, открывая воспалённые участки кожи вокруг чёрных проколов от когтей.
Лёшка хотел осмотреть Ташку, только в этот момент к ним в конуру вошёл пожилой леопард с глубокой чашкой в одной руке и связкой свежих листьев в другой.
- Тубо! – прикрикнул он строго. – В угол отойди! – кивнул старик Лёшке седой головой. Лёшка послушался.
- Понимаешь, что ли? – без удивления спросил старик, поставив принесённое лекарство рядом с девочкой. Лёшка кивнул, но лекарь не смотрел на него, ничуть не удивившись.
- Как звать? – прошипел он.
- Лёша…
- А её?
- Таша…, - Лёша неожиданно понял, что их имена созвучны шипящему языку Леопардов.
- Смотри! – старик снял лист с раны Ташки, пальцем взял мазь из чаши, намазал ею ранку и прикрыл свежим листом. – Понял? – Лёшка кивнул.
- Потом слижешь вот так! – лекарь проколол себе руку, намазал ранку мазью и слизал её.
- Понял? – мальчик кивнул, спросил:
- А я? – Старик подтянул к себе мальчика, повертел его перед собой на весу, осмотрел и сказал:
- Сам вылизывайся. Не вылизывал я ещё грязных людишек! – и выбрался из конуры. Потом вышел из клетки, завязал створку двери лианой.
Лёшка поразился силе леопарда, когда тот вертел его на вытянутых руках, понял, что развязать узел на двери не сможет. Да и некуда бежать. Вздохнув, решил начать лечение девочки. Сначала попробовал на вкус мазь. Язык тут же онемел. Мальчик поморщился, но продолжил вылизывать раны на девочке. Потом смазал их свежей мазью и прилепил листья. Передохнув, принялся за себя.
Когда уже свалился от усталости, взрослый леопард, видимо, служитель их небольшого зоопарка принёс воду, кашу в горшочке и фрукты в пакете из зелёного листа.
- Лопай! – бросил он, потом за руку вытащил наружу Лёшку и показал место в углу. Там была выкопана небольшая ямка, на дне которой лежал большой лист, похожий на банановый.
- Сюда! – показал смотритель. – Если не сюда, тогда… - и он неожиданно и больно шлёпнул Лёшку по заднему месту. Мальчик даже вскрикнул.
- Понял? – сурово спросил смотритель, и Лёшка торопливо закивал головой, от обиды и унижения глотая слёзы.
Решив, что всё объяснил, смотритель ушёл, а Лёшка юркнул в своё убежище, вспоминая Павлика. Тот тоже был изранен, его лечили и держали почти в такой же клетке. Теперь они сами стали экспонатами зверинца.