Страница 61 из 77
Глава 17
14.
- Вставай скорее! – расталкивал Сашу кто-то. – Подъём был! Опоздаешь, с нас баллы снимут! Ну! – Саша с трудом открыл глаза, увидел сердитое лицо Лиса.
- Что случилось? – спросил он.
- Утро случилось! Что с тобой? Ты всегда первый вставал! – до Сашки дошло, утро уже, вставать пора! Он вскочил, лихорадочно стал искать одежду, но не нашёл почему-то. Так и встал в строй, голый.
- Что, потерял трусы? – иронично спросил Владик. – Может, расскажешь о своём ночном приключении? – Сашка старался вспомнить, что произошло, когда он вернулся в спальню. Ничего особенного, все крепко спали. Он разделся, повесил трусы на спинку кровати, чтобы просохли, лёг и сразу его стал будить рыжий Саша, Лис.
- Они здесь висели, - показал Сашка на спинку своей кровати, - кто-то спрятал, что ли? Мы же договаривались, не прятать одежду! Верните, пожалуйста, а то я командиру пожалуюсь! – в упор глянул Саша на Владьку.
- Ты их возле уборной оставил, - глаза Владьки вильнули, - я видел, когда утром туда бегал. Висят на верёвке! Разрешаю сбегать! – гаденько улыбнулся мальчишка.
- Я сбегаю! – вызвался Лис.
- Пусть сам бежит! – остановил его Владька. – Ты же хочешь в туалет? – спросил он Сашу.
- Не волнуйся, сбегаю, - уверенно сказал Саша. Хотел надеть майку, но её тоже не было. Была возможность достать из чемодана сменку, но упрямство пересилило. Явно его проверяли на «слабо».
Во-первых, девчонки уже проснулись, во-вторых, пацанам запретили выходить из корпуса в таком виде, можно получить какое-нибудь неприятное взыскание типа рабочим по кухне или простоять весь день у отрядного знамени по стойке «смирно».
Закусив губу, Сашка метнулся к двери, выбежал мимо ошалевшего дневального и помчался в сторону уборной. Не стал стыдливо прикрываться рукой, это выглядело бы жалко.
Когда подбежал к уборной, мелькнула мысль, что Владька обманул, и сейчас Сашка окажется на всеобщем обозрении, голышом, а командир скажет ему, что его одежда нашлась в спальне, кто-то нечаянно спихнул её на пол…
Но нет, до такого Владька не додумался, майка и трусы висели на верёвке, будто хозяин их повесил на просушку, даже прищепками закрепил.
Сашка снял их, для чего пришлось вставать на чурочку, и пошёл в туалет.
- Кто разрешал раздеваться? – встретил его дежурный. – Понос, что ли? Садись скорее, пока не обо…ся! – дежурный отвернулся от него, не собираясь докладывать о непристойном поведении мелкого пацана вожатым.
Саша так же потом сбегал в душ, обмылся холодной водой, вытерся майкой и побежал продолжать утренний моцион. На бегу думал, как отомстить Владьке. Параллельной мыслью было, что мстить ему нельзя, иначе в следующую ночь командир не отпустит его с Наташей купаться. Лучше спрятать одежду под подушку.
- Саша! – окликнула его вожатая, Таня, - Ты почему в таком виде бегаешь по лагерю? Я что сказала?
- В каком? – осматривая себя, спросил Саша. – Полотенце забыл, вытерся майкой…
- Говорила, голышом по территории не бегать! Это хулиганство! Хочешь наряд заработать?!
- Вы же видите, я одетый! – пожал плечами мальчик. – Вам показалось!
- Вижу, что кто-то подшутил над тобой! У тебя что, нет запасной одежды? Поспорил с кем-то? А если увидит кто ещё? Хочешь, чтобы меня выгнали из лагеря? – Саша шмыгнул носом. Об этом он не подумал.
- Извини, Таня, я больше не буду… - вожатая только фыркнула:
- Малыши вы ещё! На самом деле, до четырнадцати лет можно разрешить вместе с девочками купаться и бегать! – и рассмеялась. А Сашка покраснел.
Повесив сушиться майку и почистив зубы, успел построиться на зарядку, потом был подъём флага и наконец-то завтрак! Нет, не для того Саша спешил на завтрак, чтобы наслаждаться овсянкой, а чтобы встретиться с Наташей!
Но возле неё крутился Владька, не давал Сашке поговорить с девочкой. Наташа улыбнулась ему и подмигнула, тогда Саша успокоился и сел за стол рядом с Лисом и Жмуркиным.
Федька на удивление был рад Саше, улыбался от уха до уха. Фимка тоже подсел к ним, а Маша издали помахала им рукой. Саше стало легко на душе, он посчитал утреннюю шутку за безделицу, принялся быстро уничтожать кашу.
После завтрака им объявили, что сегодня будут смешанные тренировки туристов и моряков.
После того, как совместно сходили в поход, где сдружились, все ребята закричали «ура!». Девочки были сдержаннее, но тоже радостно улыбались.
На берегу разбились на сложившиеся уже команды. К Саше с Машей присоединились Жмуркин, Лис, Фимка с Димкой, Валька, и Наташа. Владька занимался с другой группой ребят, с большим неудовольствием смотрел, что с Сашкой остались Маша и Наташа. Девочки о чём-то поговорили между собой и видно было, подружились. Всё делали вместе, занявшись парусами и оснасткой, а мальчишки продолжили приводить шлюпку в порядок, чистили от старой краски, конопатили и смолили днище. Другая группа занималась мачтой и якорной цепью. Якорь тоже надо было очистить от ржавчины и покрасить кузбасс-лаком.
Саша уже не обижался на папу и маму, отправивших его в этот лагерь. Что он бы сейчас делал в том доме отдыха? Папа проводил бы почти всё время на полигоне, мама… Мама, наверное, тоже с ним, а Саша чем? Одного на море вряд ли отпустили бы, разве что иногда с мамой, или познакомился бы с кем-нибудь, что вряд ли. Здесь, в лагере, к нему сразу подошли с предложением дружбы, что казалось невероятным, Саша не мог похвастаться лёгким характером, друзей, можно сказать, не было, в основном, приятели.
А сейчас у него появились настоящие друзья, даже девочки хотят с ним дружить! А пацаны, хоть все немного со странностями, тянутся к нему, шутят и смеются, принимают в свои игры, будто сто лет были знакомы. Зажатый Фимка расправил узенькие плечи, Димка уже ездит у Саши на шее, Лис равен Саше по силе и ловкости, но принимает Сашино лидерство, а Жмуркин подкупает своей непосредственностью и оптимизмом, и вруном его сложно назвать, скорее фантазёром.
Наташа и Маша относятся к ним, как к младшим братишкам, только Сашу признают вожаком своей небольшой стаи. Саша старался оправдать их доверие, а руководители кружков внимательно следили за формированием групп по интересам и дружбе, не вмешивались в их отношения, давая время на притирку. Если кому-то не нравилось здесь, никто его не удерживал, могли принять другого мальчика или девочку.
На линейке сообщили, что на «поиск себя» ребятам даётся неделя, после чего слаженный коллектив отправляется в следующий поход или плаванье.
Конечно, шахматистов или модельеров не привлекали к тяжёлым работам, как и художников с музыкантами, однако на пленэр приглашали. Даже музыкантов, чтобы отбивали ритм на тамтамах гребцам.
Кстати, о гребцах. На берег выносили макет шлюпки с вёслами, и всех учили на этом тренажёре владеть вёслами. К вёслам были привязаны тугие резиновые контрфорсы, толстые жгуты, короче, как бы не более упругие, чем вода в реке, зато здесь ребята учились не зарываться и не молотить вёслами по поверхности.
В общем, не бросали в воду, как щенков: выплывет, так выплывает!
Время пробежало совершенно незаметно. Только увлеклись, как прозвучал сигнал горна, призывающий на обед. Ребята загомонили, кто-то начал ныть, что неплохо бы поставить стол на берегу, и тут обедать, оборудовать купалку…
Взрослые были согласны с ребятами, но режим нельзя было нарушать, и пришлось всем идти умываться и переодеваться в чистое.