Страница 80 из 100
Глава 42. Бал
Наутро мои новые пекари примчались чуть свет. Я только встала, а они уже топтались у ворот в снежных сумерках.
Я поскорее оделась и велела слугам впустить моих новых работников.
— О, как кстати сегодня будет ваш хлеб, — заметила я первому пекарю, с косынкой на голове. — Вчера он так понравился покупателям, что они очень просили испечь его побольше. Так что ваши булки, думаю, сегодня разберут еще до обеда. Заводите побольше теста, в большом чане!
Тем, что пекли десерты, я показала, где у меня сладкие припасы — сахар, мед, какао, кофе, варенье, специи, сладкий ликер и коньяк, пахнущий шоколадом, — и где я храню оставшиеся от готовки сливки с маслом в холодном подполе, а также рассказала сколько примерно в день я сбываю пирожных и пончиков.
— И помните — заказчики солидные и приличные люди, они хотят видеть на своих столах все самое свежее и самое вкусное. Поэтому, когда приедет молочник со своим товаром, берите у него только самые свежие сливки, масло и молоко. И лишь столько, сколько вам понадобится на день. Впрок лучше не брать; они могут испортиться. Когда выпечете бисквиты, пошлете за мной. Я сделаю свою фирменную глазурь.
— А в день большого бала тоже работа будет? — с надеждой спросил пекарь, что теперь будет печь для меня пончики. Он был самый молодой из всех троих, и самый тощий; думаю, недавно женился, может, и ребенок у него есть. Вот и хватается за любую возможность заработать.
— Что за большой бал? — удивилась я. — Ничего не слышала о нем.
— Да по городу уже ходят слухи, сударыня, что мэр в честь вашего мужа хочет устроить бал через пару недель. Дракон в нашем городе — это такая честь для нас!
Пекари переглянулись меж собой, а мне стало ужасно стыдно. Бал, значит, в честь моего мужа! И об этом приеме знают все, даже люди с улицы, но только не я!
— Было б чудесно, если б вам, сударыня, сделали заказ для этого приема, — заметил осторожно пекарь.
От него не укрылась моя досада, и он пожалел, что заговорил об этом.
Но замолчать теперь такую тему он не мог.
— Вы бы, конечно, пошли бы на праздник, а мы бы, разумеется, поработали! Сами! Нас подгонять не надо, и напоминать о честном труде тоже! Сделали бы все на совесть! Большой заказ — это всегда большие деньги. Но если нет… Если вы не захотите работать в такой день… что ж…
— Да, понимаю, — ответила я. — И, разумеется, если мэр сочтет нужным заказать у нас пирожные, я этот заказ приму и дам вам возможность как следует заработать.
Я старалась оставаться спокойной внешне, хотя внутри меня все кипело.
Нет, каково!
Прием в честь моего мужа, а обо мне никто не вспомнил! Никто не позвал! И я узнаю об этом, наверное, последняя в городе!
Впрочем, я сама виновата.
Сижу безвылазно дома, пеку свои пироги. Кто я такая, чтоб помнить обо мне и приглашать на важные события в городе? Простая стряпуха. Не жена Фейергара — я же отталкиваю его всеми способами! Мэр и имени-то моего не помнит. Да и не должен. Так с чего ему меня приглашать куда-то?
Не об этом ли говорил Фейергар? О том, что я должна жить и отдыхать, а не превращаться в кухонную работницу. И был прав!
Пекари мои отправились работать, а я, вся кипя, взлетела вихрем по лестнице и бросилась в свою комнату.
Распахнув шкаф, я чуть от досады не застонала. Разумеется, не было у меня платья, которое сгодилось бы для большого приема! Мои платья были хорошими, добротными, но отнюдь не бальными.
Значит, нужно пошить! Сегодня же, сейчас же!
И не важно, пригласят меня туда или нет! В конце концов, это не последний праздник в городе! Будут и еще! А на этот я все равно попаду, явившись к Фейергару!
О, как я зла!
Я еще помнила, сколько в столице портнихи брали за свою работу. Большие деньги, да. Но тут, в глубинке, думаю, ни тканей таких нет, ни фасонов… Ах, все равно это будет дорого!
Я посмотрела на край сундучка с золотом, что торчал у меня из-под кровати. Снова придется обратиться к его помощи? Хитрец Фей, он нарочно притащил это золото сюда, чтоб ввести меня в искушение? Чтобы я распробовала как следует вкус праздной и богатой жизни?
«Вот негодяй-то! — сердито думала я, отирая сундук и вытаскивая оттуда очередной мешочек с золотом. — Все продумал! Но ведь я же заработаю и положу обратно, не так ли?»
Какая наивная ложь! Отчего-то тратить у меня получалось скорее, чем зарабатывать.
Мне очень и очень повезло, что я узнала о бале в числе первых. Эта информация очень быстро разносится как раз слугами, мастеровыми типа портных и кондитеров, потому как им готовить все к празднику. Так что у меня есть все шансы пошить платье в срок!
Я вдруг подумала, что нам с Фейергаром нужно поговорить на нейтральной территории. Не у меня дома, где он так страстно смотрит на меня — и где в его распоряжении любая кровать, куда можно меня опрокинуть. Да и я в обществе буду не так скована, как с ним наедине.
И, наконец, донесу до него причину своей боязни.
Я ведь боюсь его, да-да.
Потому что вижу его огромным великаном.
Потому что его боятся все. Потому что он властен так, что лишнего слова при нем не скажешь.
— Ох, предвижу, какие физиономии он будет строить снова, — пробормотала я. — Но поговорить нам надо. И, вероятно, помириться?..
От этой мысли меня кинуло в жар, я ощутила сильнейшее волнение, и оно было очень приятным.
Помириться! А почему бы и нет?
Фей так старается пробиться сквозь стену моего упрямства, он говорит и делает все, чтоб я его услышала. Он, кажется, по-настоящему хочет меня вернуть. Не насильно, а так, чтобы это было моим выбором!
А я все еще боюсь его холодности. Его слишком рационального подхода к чувствам. Того, что не вижу в нем нетерпеливого взрыва, который говорил бы о борьбе, что идет в его сердце. И мне потому кажется, что… как будто и нет этой борьбы. Просто рациональный расчет вернуть жену. И слегка попорченную репутацию вместе со мной.
— Вот об этом ему надо сказать!
Признаюсь, у меня пятки горели, так хотелось помчаться сию минуту к портнихе!
Я даже начала поторапливать пекарей, но вовремя спохватилась, что издергаю их и рост все испорчу.
А ближе к обеду, когда я уже сварила глазурь и поливала ею пончики, неожиданно явился сам мэр. Кстати, слуги Фейергара его тоже обыскали, что не могло меня не порадовать. Сразу ощутила себя важной госпожой!
— Будете знать, господин мэр, — процедила я сквозь зубы, отирая руки фартуком, — как забывать меня приглашать на праздники…