Страница 3 из 33
Роман смотрит мне прямо в глаза.
— Завтра я собирался сделать тебе предложение.
Сердце ударяет болезненно и тяжело.
Я знала. Догадывалась. Выбрала платье, бельё, представляла, как он достанет кольцо. Но услышать это сейчас, рядом с Кристиной, оказывается страшнее самого поцелуя.
— Собирался?
— Да.
— А сегодня решил отомстить?
Его челюсть напрягается.
— Я решил больше не выглядеть идиотом.
— Поэтому усадил на себя бывшую женщину?
— Кристина хотя бы никогда не строила из себя святую.
Кристина касается его предплечья.
— Ром, тебе не нужно перед ней оправдываться.
— Убери от него руки, — говорю я.
— Или что?
Я смотрю на её ухоженное лицо, красные губы, идеальные светлые волосы. Ударить хочется. Впервые в жизни хочется вцепиться другой женщине в волосы и стащить её с этих высоких каблуков.
Я сжимаю пальцы и снова обращаюсь к Роману:
— В записи нет продолжения, потому что оно опровергает всё, что тебе рассказали. Антуан поцеловал меня. Я его оттолкнула. Он извинился, подписал эскиз и ушёл. Я собиралась рассказать тебе вечером.
— После того как решила, что никто ничего не видел?
— После работы.
— Удобно.
— Роман, послушай меня.
— Я слушал тебя два года.
— А сейчас?
— Сейчас я смотрю на факты.
— На четыре секунды, которые принесла твоя бывшая.
— Перестань переводить разговор на Кристину.
— Она сидела у тебя на коленях, когда я вошла!
— Потому что я уже знал о тебе.
— Ничего ты обо мне не знал. Ты даже вопроса не задал.
— Что я должен был спросить? Понравилось ли тебе?
Меня словно ударили.
В зале становится тихо. Даже музыка заканчивается, и несколько секунд слышен только звон льда в чьём-то стакане.
Роман тоже понимает, что сказал. В его взгляде что-то меняется, но назад он уже не отступает.
Я медленно киваю.
— Понятно.
— Вера…
— Нет. Теперь мне всё понятно.
Разворачиваюсь и иду к выходу. Он догоняет меня возле двери, хватает за запястье и разворачивает к себе.
— Ты первая сделала свой выбор.
Смотрю на его руку. На длинные пальцы, которые ещё несколько минут назад сжимали талию Кристины.
— Отпусти.
— Ответь мне.
— Я ответила. Только ты решил слушать её.
— Ты целовалась с другим мужчиной.
— Нет, Роман. Меня поцеловал другой мужчина. А ты сейчас сам сделал свой выбор.
Он разжимает пальцы.
Я выхожу в коридор. Андрей стоит у стены и смотрит так, будто хочет остановить, объяснить, вернуть меня в зал. Прохожу мимо него, спускаюсь по лестнице и только на улице понимаю, что оставила куртку в гардеробе.
Возвращаться не стану.
Ночной воздух обжигает голые руки. Я вызываю такси, но адрес дома указать не могу. Квартира принадлежит Роману. Там его одежда, книги, чашка с трещиной, которую он запрещает выбрасывать. Там висит синее платье и лежит кремовое бельё.
Набираю маму.
Она отвечает сонным голосом:
— Верочка? Что случилось?
— Мам, можно я приеду?
— Конечно. А Роман где?
Я смотрю на окна второго этажа. За шторами двигаются тени.
— Его больше нет.
Тогда я ещё не знала, что в кармане его пиджака лежало кольцо. Роман собирался надеть его мне на палец следующим вечером.
И сохранил на двенадцать лет.