Во главе закона

3. Элион

Элион оторвал ладонь от земли и пальцами коснулся маковых бутонов. Он так и остался на коленях, упиваясь мягкостью лепестков. Голова опустела, позволив насладиться спокойствием, обширной тенью ивы и мягким прикосновением ветра. После возвращения он с особой вдумчивостью обращал внимание на, казалось бы, обыденные подарки жизни.

– Думаешь, Сирше место бы понравилось?

Элион тут же встал и, отряхнув землю с рук, обернулся к подошедшей Кассии:

– Я не подумал спросить, но, наверное, да.

Она ответила благодарной, но слабой улыбкой. Однако не смогла скрыть бдительность во взгляде, который мимолётно, но намеренно скользнул по его руке с перстнем. Напряжение в её позе ощущалось нутром. Элион понимал. Всего полтора дня прошло, как они выбрались из мира сумеречных ониров, он сам не до конца верил в произошедшее, то и дело спрашивая, не сон ли это.

– Я… просто хотел поздороваться, – неловко признался Элион, кивнув на могилу Сирши под плакучей ивой. – Знаю, что мы не были друзьями, но она спасла меня от забвения.

Улыбка Кас стала чуть шире.

– Похоже на Сиршу. – Пауза затянулась, но Элион не встревал, дожидаясь вполне очевидного вопроса, который Кассия так и не успела задать. – Как она?

– Выглядит роскошно, как и раньше. Заставила самого бога смерти нанять её в качестве секретаря. Думаю, такой силой воли даже архонты не могут похвастаться.

Кассия издала смешок и перестала заламывать руки. Элион обнял её за плечи, прижав к себе. Как только Кассия ответила на объятия, Элион облегчённо вздохнул, ощутив, что ему они нужны не меньше, чем ей. Доказательство, что Кас не призрак, не иллюзия и не игра его воображения, а если она настоящая, то и Переправа, и дом с Каем, Вестой и Иво тоже.

– Пойдём, Гипнос хочет поговорить, – объявила Кассия, потянув Элиона домой.

Он безропотно пошёл за ней, сжимая руку подруги. Её лицо совсем немного, но повзрослело, в глазах появилось спокойствие, а улыбка стала мягче. Белые волосы она заплела в свободную косу, длинную, как он помнил. Не расскажи Кас, что спустя месяц после его смерти она срезала их, чтобы оживить Кая, то Элион разницы в длине и не заметил бы.

Вчера они проговорили весь день, пытаясь рассказать Элиону всё, что он пропустил: от пленения Кая и убийства Мелая до открытия нового мира и того, что Кассия успела принять и сложить венец архонта. Больше четырёх лет. У Элиона голова шла кругом от одной мысли, что он отсутствовал больше четырёх лет. По его ощущениям, в мире сумеречных ониров он провёл не дольше нескольких месяцев. Гипнос попытался порассуждать, что это связано с грубым переносом его души с земель ожидания, вероятной близости со сверхмассивным объектом, бормотал о какой-то дилатации времени и кривизны пространства, чем сильнее запутал Элиона, разум которого отключился ещё на середине озвученной теории.

Лучше всего его чувства понимал Кай, который потерял год воспоминаний из-за открытия новой Даории. Элион слишком хорошо знал Кая, поэтому оттащил Иво в сторону одного, чтобы выяснить, как на самом деле он провёл годы без Кассии. С Элионом Иво был беспощадно откровенен и рассказал, как Кай то и дело слетал с катушек и дважды попал в серьёзные автомобильные аварии. Ни с Кас, ни с Вестой Иво подобным не поделился, и Элион был несказанно этому рад, но одновременно испытывал вину за то, что оставил Иво со всем разбираться в одиночестве. Хотя мелкий говнюк, который изменился сильнее остальных, последующих порывистых объятий не оценил, ощутимо ткнув Элиона по рёбрам. Он ещё помнил удар по лицу и теперь уже сомневался, так ли легко скрутит засранца.

Полтора дня заняли разговоры о прошлом и лечении Кая, который, как оказалось, не мог существовать без ахакора. Микель восстановил ему татуировку и удлинил почти до плеча. Такой объём металла для другого палагейца был бы излишним и даже вредным, но, по словам Гипноса, его сыну в самый раз. Второй день Кай проводил под круглосуточным наблюдением Гелиона, что «пациенту», разумеется, не нравилось. Поэтому, зайдя в дом, Кассия и Элион обменялись понимающими улыбками, различив со стороны кухни очередную перепалку.

– Этого должно хватить, а с завтрашнего дня ограничимся таблетками курсом на один месяц. Нужно снизить уровень тревоги и накопленного стресса. Именно они способствуют усилению кошмаров, – донёсся уравновешенный голос Гелиона, который инструктировал Гипноса, Мороса, Иво и Весту по дальнейшему лечению. Все были здесь, кроме Пандеи Лазарис, которую Гелион настоятельно отправил домой под присмотр врачей Дома Зависти, и Мейв. Ни ей, ни матери – Камилле – решили не говорить про Элиона, чтобы не давать надежду, пока не уладят проблему с его нитью.

Сын архонта Гнева скрутил использованную капельницу и приветственно кивнул зашедшему Элиону и Кассии. Внимание Кая тоже устремилось к ним. Если Кассию он по привычке взял за руку и подтянул к себе, не вставая со стула, то при виде Элиона Кай, как и вчера, оцепенел, казалось, перестал дышать, не до конца веря собственному зрению после слишком длительного погружения в галлюцинации. Элион намеренно хлопнул его по плечу, доказывая, что реален, улыбнулся и сел на свободное место за кухонным островком, на котором были разложены инструменты и лекарства Гелиона.

– Его усиливающая эмоция тоже пользы не приносит, – продолжил ворчать Гелион, собирая свои вещи в сумку.

– То есть за время моего отсутствия ты стал парнем моей сестры и врачом для Кая? – поинтересовался Элион.

Первую новость – про то, что Веста встречается с Гелионом, – он воспринял положительно: Гелион ему нравился.

– С его тягой к проблемам и ненавистью к целителям – для Кая я не только травматолог, но и психотерапевт, – дополнил сын архонта Гнева.

– Ой, да заткнись, – тут же отозвался Кай.

– Я пропущу это мимо ушей, потому что ты младший брат моей любимой девушки.

– Твоя башка при тебе лишь потому, что ты ей по какой-то причине нравишься. Смотри, можешь и разонравиться, – в своей привычной манере отреагировал Кай.