Вольный ветер

Прошло несколько минут. Дженни, словно почувствовав чужое присутствие, медленно повернула голову. Ее медовые глаза встретились с глазами Розали. В них мелькнуло что-то - может быть, любопытство, может быть, просто отражение пламени.

- Какая у тебя красивая кукла, - тихо сказала Розали, улыбнувшись.

Дженни помолчала, потом протянула ей игрушку. Розали взяла ее бережно, с трепетом, словно это была величайшая драгоценность. Рассмотрела платьице, поправила кружевной воротник и вернула обратно.

- Ее зовут Лиззи? - спросила она.

Дженни кивнула и вдруг улыбнулась - едва заметно, одними уголками губ. Для постороннего глаза эта улыбка могла бы показаться случайной гримасой, но Тайен, наблюдавший за ними из своего кресла, знал: Дженни почти никогда не улыбается.

Сердце его сжалось от странной, щемящей нежности. Он смотрел, как Розали сидит рядом с его сестрой, как тихо говорит с ней, не требуя ответа, и чувствовал, что стена, которую он выстроил вокруг себя, начинает таять.

- Вы только посмотрите, - шепнул подошедший Дейв, тоже заметивший эту картину. - Леди Розали... она особенная, милорд.

Тайен кивнул. В этот момент он готов был согласиться с чем угодно

Как-то раз, когда за окнами лил дождь и ветер завывал в башнях, Розали попросила разрешения взять книгу из библиотеки. Тайен предложил почитать вслух.

- Что бы вы хотели? - спросил он, окидывая взглядом корешки.

- Выберите что-нибудь... романтическое, - застенчиво улыбнулась она. - У нас в Лондоне столько сплетен, столько интриг, а настоящей любви не видно. Хочется поверить, что она есть.

Тайен выбрал старый рыцарский роман - «Историю о Ланселоте и Гвиневре». Они устроились в креслах у камина, и он начал читать.

Голос его звучал ровно, но когда доходило до особенно трогательных мест, он ловил себя на том, что смотрит на нее, а не в книгу. Она сидела, поджав ноги, закутавшись в шерстяной плед, и слушала с таким вниманием, словно от этого зависела ее жизнь.

- «И понял Ланселот, что нет в мире женщины прекраснее и достойнее, чем его королева, и что готов он отдать жизнь за одно ее прикосновение», - читал Тайен и чувствовал, как слова эти отзываются в нем самом.

- Красиво, - прошептала Розали, когда он закончил главу. - Вы верите в такую любовь?

- Не знаю, - честно ответил он. - Раньше верил. Потом жизнь научила осторожности.

- А сейчас? - она смотрела на него в упор, и в ее серых глазах плескалась такая глубина, что у Тайена перехватило дыхание.

- Сейчас... - он запнулся. - Сейчас я начинаю верить снова.

Она улыбнулась и ничего не ответила.

В один из вечеров, когда Ричи уже спал, они сидели у камина в тишине. Огонь догорал, угли мерцали багровым светом. Тайен чувствовал, что сегодня она хочет сказать что-то важное.

- Кристиан, - начала она тихо. - Я должна вам признаться. Я ведь не случайно согласилась везти Ричи.

Он замер.

- Я знала, что вы здесь. Знала, что мы встретимся. И я... я хотела этого. Потому что вы мне небезразличны. Очень небезразличны.

Тайен молчал, переваривая услышанное.

- Простите, если я сказала что-то не то, - заторопилась она. - Я не умею хитрить. Просто...

- Не надо извиняться, - перебил он. - Я рад, что вы приехали. Очень рад.

Она подняла на него сияющие глаза.

- Правда?

- Правда.

В тот день они долго гуляли по стенам, говорили о пустяках, смеялись. И Тайен впервые за долгое время почувствовал себя по-настоящему счастливым.

Но ночью сомнения вернулись. Только теперь они были другими.

Тайен лежал с открытыми глазами, глядя в темноту. Перед ним стояло лицо Роксаны - той, что когда-то плыла с ним на одном корабле, смотрела на него с благодарностью и теплом, а потом улыбнулась другому. Она тоже была мила, тоже казалась искренней. И ни разу, ни единым словом не обмолвилась, что любит Криса. Просто позволила Тайену надеяться.

А теперь - Розали. Она сама тянется к нему, сама говорит о чувствах. Но что, если это только игра? Что, если завтра она исчезнет, как Роксана? Только не в объятия его брата, а просто... испарится, оставив его с разбитым сердцем?

Он провел рукой по лицу. В голове крутились одни и те же вопросы: «Стоит ли рисковать? Стоит ли снова открывать душу, зная, как легко ее разбить?»

А с другой стороны - она здесь. Она рядом. Она смотрит на него так, как никто не смотрел. Может быть, это и есть то самое? Может быть, судьба дает ему второй шанс?

Тайен вздохнул и повернулся на бок. За окном уже серело - приближался рассвет.

«Завтра, - решил он. - Завтра я скажу ей, что она мне дорога. А там будь что будет. В конце концов, я пережил уже столько - переживу и это, если снова окажется ошибкой».

Он закрыл глаза, и впервые за многие ночи уснул спокойно.