Север и юг

Эти слова точно воздвигли стену между Аларом и кьярчи. Мужчины больше не звали его сыграть в кости или раскурить крепкий степной табак. Женщины, хоть и улыбались, и передавали по первой просьбе плошку с крупной солью для «сытной травы» или подогретые над костром лепёшки, уже не пытались украдкой коснуться его руки. Исключением были Тайра и Тарри. Брат, оправдывая своё прозвание, трещал без умолку, на радость Рейне выдавая одну невероятную историю за другой. Тайра же спокойно сидела, по-мужски поджав под себя одну ногу, пила крепкую травяную настойку, не пьянея, и глядела на эстру тёмными глазами.

Под ночлег Алар снова занял землянку, для себя и для Рейны. А утром, за трапезой, назвал цену спасения Тайры:

— Мне нужно животное, чтобы нести поклажу. И проводник, который указал бы путь через горы, к крупному городу. Проводник, конечно, на время. И то, и другое я возьму, когда проверю место первого нападения червя.

Ромар выслушал условия молча. Но сквозь показное бесстрастие проступало, как масляные пятна сквозь бумагу, неприятное выражение недовольства. Алар исподтишка вглядывался в черты кьярчи – ровный овал лица, высокие скулы, крупный нос, смуглая кожа, на которой не виден ни румянец от гнева, ни бледность от страха..

«Слишком мелкое чувство для старшего в таборе», – догадался он запоздало.

Ромар выглядел как лавочник, обнаруживший в ворохе шерстяной ткани червя-нитееда.

— Подумать надо, – произнёс наконец он, кося взглядом на вайну. Старуха, не обращая никакого внимания на разговор, перебирала мелкую чёрную крупу на расстеленном платке, бормоча себе что-то под нос. – Ездовых гурнов у нас три, да все с дичками скрещены. Идти-то они могут долго, в еде неприхотливы, да вот груза несут мало. Верно? – обернулся он к своим людям. Мать Тайры, стоявшая во главе кучки женщин, истово закивала, мужчины ответили гулким ропотом. – Да и проводник.. Подумать надо. Может, ты сперва ту пещеру проверишь? – предложил вдруг Ромар, кажется, неожиданно сам для себя. И улыбнулся: – Ну, да, точно. Мы тебе расскажем, как до неё добраться, то ведь близёхонько, часа три идти всего. Да и пещера приметная, её не пропустишь. Ну как, эстра?

Алар вгляделся ему в глаза. Зрачки у Ромара сузились, хоть тот и стоял к солнцу спиной; пальцами он касался то крупной серьги в ухе, то шеи над высоким воротом рубахи. Другую руку Ромар держал в кармане.

«Значит, проводника не будет. Гурна для поклажи, скорее всего, тоже, если я не настою на своём».

— Хорошо, – сказал Алар, не отводя взгляда от старшего. – Тогда расскажите мне, как найти ту пещеру, и соберите еды в дорогу. Надеюсь, я успею обернуться одним днём и к вечеру возвращусь сюда.

— Добро, – выдохнул Ромар и улыбнулся, а затем обернулся к матери Тайры и крикнул что-то на своём наречии. Женщина сразу метнулась к поклаже, подобрав юбки, и начала отбирать провизию.

Алар сложил котомку, помог собраться Рейне и, взяв девочку за руку, направился в сторону перевала. Еды кьярчи не пожалели – даже мешочек дорогой крупной соли сунули с собой. Сумка потяжелела так сильно, что стала оттягивать плечи, и эстре пришлось облегчать её с помощью морт – и заодно учить несложному фокусу Рейну.

Первый час девочка шла, не задавая вопросов, и пыталась освоить урок. Но потом, когда простое манипулирование морт стало у неё получаться с первого раза, всё же спросила:

— Они ведь не собираются платить, да?

Алар пожал плечами:

— Кто знает. Но, скорее всего, когда мы вернёмся на место ночёвки, они уже уйдут далеко вперёд. Вы, северяне, относитесь к морт и эстрам так же, как и ишмиратцы, и дети пустыни. Но кьярчи другие. Они почитают Аю, а он уважает хитрость и шутку – и за обман не карает. Так что Ромар поступил со мной – с чужаком – в соответствии со своими верованиями. Я мог бы настоять, но не уверен, что в итоге получил бы желаемое.

— Но они должны тебе плату, – упрямо проговорила девочка, глядя на Алара снизу вверх. Взгляд этот был сердитым и снисходительным, как у взрослой. – Ты же спас их женщину.

— Я бы и без просьб её спас, – неохотно признался Алар. – И червя бы тоже без просьб уничтожил. А разве ты бы иначе поступила?

Рейна мотнула головой и вздохнула.

— Всё равно нечестно.

— Не думай об этом, – улыбнулся Алар. – Я ведь тоже схитрил. Попросил сразу много, напугал. А когда дал им возможность сбежать без платы, они одной провизией откупились от нас так щедро, что хватит теперь, пожалуй, чуть ли не до самого города. И соли отсыпали целый мешочек, а это, между прочим, морская соль, дорогая.

— Получается, и ты их обманул, – развеселилась Рейна и запрокинула голову, щурясь на солнце – точно таким жестом, как Алар, явно подражая наставнику.

— Почему бы не обмануть обманщика первым? – хмыкнул он. – Кстати, не хочешь остановиться и передохнуть? Мне что-то пить хочется. Может, воды поищем? Ромар говорил, должен быть здесь один родник неподалёку.

Хоть в одном старший в таборе не слукавил – родник нашёлся там, где было обещано. Всё ещё чувствуя слабость после сражения, Алар с удовольствием посидел в теньке, потягивая холодную водичку. Рейна пока тренировалась разжигать костёр с помощью морт из сырых прутиков. Алар поправлял её, когда видел опасные ошибки, но по большей части просто наблюдал.

Топот копыт оказался неожиданностью и для него, и для девочки.

Сначала звук был далёким и глухим. Затем он приблизился, и можно было уже различить темп – слишком медленный для верхового, слишком скорый для упряжного.

— Табор нагоняет? – с сомнением протянула Рейна и, встав на цыпочки и приложив руку козырьком к глазам, уставилась на тропу.

Алар спрятал усмешку в ладонь, уже догадываясь, что увидит через несколько минут – и не ошибся.

Из-за поворота торопливым шагом выбежал молодой длинноухий гурн с пышной кисточкой на хвосте, нагруженный двумя сумками, а рядом с ним трусила, не высказывая ни малейших признаков усталости, Тайра, направляя животное лёгкими шлепками гибкой ветки. Глаза у Рейны расширились от изумления. Добравшись до родника в тени дерева нум, Тайра остановила гурна, села на бревно рядом с эстрой, отобрала плошку с водой и допила залпом всё, что оставалось.

И только потом сказала, ухмыляясь:

— Что, не ждали? Чему-то ты удивляешься, Алар? Ты же хотел гурна для поклажи и проводника. Что ж, получай, да не жалуйся.

— Жаловаться? И в мыслях не было. – Алар склонил голову набок. – Твои сотоварищи не будут нас преследовать?