Страница 93 из 141
Романический флёр как ветром сдуло. Мы с Тейтом ошалело уставились друг на друга.
— Дядя Эрнан. Ему плохо, – прошептала я.
Взгляд у Тейта сделался виноватым.
— Наверное, не надо было в шергу листья с побережья добавлять. И ягоды сушёные заворачивать в лепёшку.. Но ты-то их ела, и ничего!
Мы оделись и спустились быстро, как по тревожной сирене в пожарной части, однако Эрнан всё равно успел отключиться. Чудо, что он вообще нас дозвался – температура зашкаливала, горло опухло так, что едва можно было дышать. Пока я лихорадочно пыталась сделать хоть что-то своей крохотной ступенью биокинеза, Тейт помчался за помощью, и меньше чем через час вернулся в сопровождении Кагечи Ро и ещё какой-то девчонки, видимо, ученицы из той же мастерской. Диагноз они поставили почти сразу: «хлябь», то есть что-то вроде простуды. Болезнь считалась не особенно тяжёлой, местных магов лекарства ставили на ноги уже к вечеру.
Проблема заключалась в том, что на традиционные лагонские препараты организм Эрнана отреагировал как на отборный яд.
Через несколько часов в тесной комнатке заседали четверо подмастерьев из разных мастерских и сообща решали, как спасать моего дядю. Оттёртый в угол Кагечи Ро меланхолично смешивал целебную микстуру. Из шеи у Эрнана торчали розоватые трубки, облегчающие дыхание.
— Может, Оро-Ича позвать? – шёпотом спросила я Тейта. Тот резко дёрнул головой:
— Нет, пока рано. Он и не придёт. Вот если его добыча умирать будет..
Я прикусила язык, сдерживая ругательства. Обнадёживало лишь то, что дядино состояние уже хотя бы не ухудшалось, а временами жар даже спадал. Тейт сидел рядом со мной и травил жуткие байки про то, как добыча из другого мира частенько не доживала до прибытия, собственно, в Лагон – незнакомая пища, айры, хвори.. Странным образом это действовало успокаивающе, наверное, потому что нельзя бояться слишком много – устаёшь. И ещё я задумалась над тем, что в своё время мне повезло: благодаря начальной ступени биокинеза организм худо-бедно отторгал вирусы и бактерии. Впрочем, я и дома почти никогда не болела, а вот Эрнан регулярно сваливался с простудой. Мама неизменно тогда срывалась из лаборатории, за пару часов возвращала его в социум, хоть и изрядно побледневшего и осунувшегося, и с торжеством заявляла, что теперь от этого штамма у него-де иммунитет.. что никак не мешало Эрнану через несколько месяцев снова слечь.
Лагонские бактерии, видимо, оказались особо злыми и упорными, потому что на сей раз он полностью выздоровел только через восемь дней. Полтора десятка незнакомцев из ложи созидающих совершенство, которые провели у нас больше недели, наконец-то разошлись. На выходе некоторые из них передавали другим перламутровые стекловидные лепестки, считающиеся здесь за деньги.
— Они спорили, – довольно сообщил Тейт, наклонившись к моему уху. – Вообще подмастерья дорого берут за свою работу, ну, если у тебя с ними заранее договора нет. Типа ты как пособие к ним ходишь, или едой делишься, или ещё как помогаешь, а они лечат. Но вот если слух пустить, что есть тут, в Лагоне, один трудный случай, и никто справиться не может, всем типа слабо.. Смекаешь?
Я прыснула со смеху.
— Ты прирождённый манипулятор.
— Не-е, – протянул он со вздохом. – Это меня Ингиза научил. Точнее, я смотрел, как все делали, что он хотел, даже когда он вот так прямо не просил. И тоже так захотел уметь.
Сказал – и бросил на меня взгляд искоса, проверяя реакцию. Точно болотистую почву прощупывал..
— Тебе легче стало о нём говорить? Об Ингизе?
Тейт неопределённо дёрнул плечом и уставился вдаль. День только начинался, и он обещал быть жарким: небо, ясное, ярко-синее, словно излучало тепло, и воздух над влажными после дождей зарослями дрожал – клубилось марево. В вышине беззвучно носились айры с зеленовато-прозрачными крыльями, похожие на птиц. Рваные, аритмичные движения завораживали взгляд; начинало постепенно клонить в сон. Сильно пахло солёной водой, так, что, кажется, обогнёшь холм – и выскочишь к побережью.. Ольфакторные галлюцинации, или я просто успела соскучиться по океану?
— Наверное, потому что у меня будто появилась семья, – произнёс вдруг Тейт, когда я уже не ждала ответа. – Сначала ты. Потом этот твой Эрнан Даймонд. Он твой дядя, ну, но всё время смотрит и говорит так, будто знает меня до костей. Он тогда рассказывал про эти ваши.. фильмы, да? А я слушал даже спрашивать не хотелось, что за фильмы такие, потому что – да какая разница? И Маронг с Лиорой, и Лао, и Итасэ даже.. У меня всегда друзей было полно. Но как-то не так. Понимаешь?
Не глядя, я нашла его руку и сжала.
Айры в вышине маневрировали слитно, в стае, как рыбы в океане, точно превращаясь в единое существо.
— Наверное, да.
Мне хотелось сказать, что дело не в них, а в нём – это он открылся, пустил к себе. Но я промолчала.
Говорят, цветы быстрее растут, когда на них не смотрят. Может, и доверие тоже?
Ещё два дня дядя Эрнан ходил, пошатываясь, и общался исключительно ментально – горло берёг. Мы с Тейтом исправно выгуливали его по очереди: показывали Лагон, знакомили с местными правилами. Из общих друзей представили его только Митчи: разум Лао, боюсь, стал бы чрезмерно мощным впечатлением для ослабленного болезнью эмпата, а Лиора была слишком похожа на Лоран. И, хотя дядя и держался бодро, не упоминая о родном мире, я-то прекрасно помнила своё эмоциональное состояние в первое время в Лагоне. Лишние напоминания о той, потерянной жизни пользы не принесут.
— А если его с Айкой и с Орсой свести? – с деланой задумчивостью предложил Тейт, когда Эрнан отправился на первую самостоятельную прогулку. – Они его живо впутают во все неприятности, в какие можно. Зато потом не страшно будет.
Мы сидели на гребне холма, окружающего внутренние долины Лагона: Тейт остывал после тренировки в мастерской Таппы, я отходила от изнурительных индивидуальных занятий с Итасэ, который взялся меня поднатаскать, пока действовал запрет на посещение уроков Ригуми Шаа. Считалось, что у нас обед на свежем воздухе, что-то типа пикника, но кусок в горло не лез. Ужасно хотелось проследить за дядей – пусть краешком купола, тенью мысли. Но я сдерживалась: во‑первых, Эрнан наверняка заметит и засмеёт, во‑вторых, глупо строить из себя наседку, когда «цыплёнок» вдвое старше и на порядок сильнее.
— Шоковая терапия? – усмехнулась я, представив результат такого знакомства. – Можно попробовать. Говорят, девочки присмирели после нагоняя от мастеров..