Бей или умри

Глава 5 Катастрофа

Далеко уйти я физически не сумела – сделала несколько шагов и привалилась спиной к стволу, смежая веки. Сочувственный взгляд ощущался как софит – назойливый свет и тепло, от которого мурашки по коже.

— Тебе помочь? – спросил Соул через несколько минут. Видимо, устал созерцать моё почти безжизненное и мало что соображающее тело.. Да и мне самой порядком поднадоело ощущать себя паникующим куском мяса. – Конечно, я понимаю, ты шокирована, потому что я оказался сильнее твоего..

И на этих самых словах в груди невыносимо защекотало, и из горла вырвался странный звук. Я услышала себя словно со стороны и рефлекторно прижала пальцы к губам.

Соул умолк на полуслове, терпеливо позволяя мне досмеяться.

— Ты не сильнее, – ответила я наконец, когда сумела взять себя в руки – не без труда, к сожалению. Страх из сознания вытеснить удалось, но физиологические проявления задавленной истерики всё ещё аукались. И ничего удивительного – биокинез тоже требует сосредоточенности, а с этим у меня сейчас не очень. – Ты более умелый. По чистой мощи Тейт превосходит даже мастера Чирерори, насколько я могу судить по обрывкам мыслей.

«Но тем хуже», – про себя добавила я наконец решилась открыть глаза. Солнце едва просачивалось сквозь густую крону – далёкое, равнодушное, по-летнему жаркое.

— Тем хуже, – эхом откликнулся Соул, в точности повторяя мои мысли. Забавно, что он не использовал магию, а просто сам пришёл к тем же выводам. У нас, вероятно, больше общего, чем кажется на первый взгляд. – Если бы у одного из нас было подавляющее преимущество, поединок удалось бы закончить бескровно.

— Лучше его вообще не начинать, – возразила я.

Соул скептически задрал брови, точь-в-точь как Энтони, и меня передёрнуло. Аринга тоже напоминала милую тётю Глэм, подсознательно вызывая доверие и симпатию – и во что это вылилось, спрашивается? Интуиция ни к шраху – значит, доверять можно только фактам, которые отнюдь не на стороне симпатичного мага с профессорскими замашками. Он пока – враг.

— Я тебя не понимаю, – признался вдруг Соул, прищурившись. От уголков глаз снова разбежались морщины. – Что ты чувствуешь? Два ката назад мне показалось, что ты напугана, а теперь даже не знаю, что думать. Я ещё не говорил, нет?.. Да, точно, не говорил.. Обычно мне и не надо ни говорить, ни догадываться, я ведь слышу. Но ты – какое-то пустое место, правда, я настолько закрытых людей ещё не видел. В твоём мире все такие?

От неожиданности я улыбнулась. «Пустое место»? Интересно.. Получается, у нас с Соулом разница в силах не так уж велика. Неудивительно, если учитывать, сколько мне пришлось тренироваться в последние месяцы. Больше, чем за всю предыдущую жизнь, если честно. И, кстати, ту же Лиору я стала слышать намного лучше, чем раньше, но до определённого момента списывала это на близкие отношения..

Так. Стоп. Вот оно.

Слабое место противника – и мой шанс.

— Псионики инстинктивно охраняют личное пространство, – ответила я вежливо. Всё-таки Соул хронически начинал вызывать у меня симпатию, стоило только подзабыть, что он собирается уничтожить Тейта. – Причём эмпаты – особенно тщательно. Это не имеет отношения к доверию, уважению и прочим этически-духовным категориям. Скажи, на побережье есть народы, которые носят закрытую одежду или прячут лицо?

Удивительно, однако Соул всерьёз задумался.

— На побережье – нет. Но на северных островах надевают куртки с очень длинными рукавами и перчатки. Считается, что демонстрировать кисти рук так же неприлично, как, например, обнажать грудь, – выдал он наконец. И пришёл к парадоксальному итогу: – А, так ты стесняешься?

— Что-то вроде того, – не стала я тратить время на споры. Голова больше не кружилась, ноги не подгибались, сердцебиение пришло в норму.. И лишь страх, глубоко загнанный в подсознание, чесался, как нарыв. Но псионики ведь умеют работать, игнорируя чувства, верно? – И спасибо, Соул. Вряд ли Тейт примет твоё предложение, но я благодарна, поверь. И за то, что ты попытался решить всё миром, и за то, что не видишь во мне добычу. Если честно, мне это уже опостылело.

Он усмехнулся:

— Догадываюсь. Не ты первая, не ты последняя. В Лагон давно не забредали странники из других миров, вот мы и отвыкли. Ты заметила, что за тобой в основном охотятся ученики? Причём младшие?

Ну да, ну да. И ещё пара мастеров – Аринга, Эфанга.. А впрочем, Соул не так уж не прав. Эфангу заинтересовали псионические техники, ему нужна ученица, а не модная игрушка для увеличения магического потенциала. А что касается Аринги, то через меня она пыталась добраться до Тейта, а через него уже дотянуться до Оро-Ича.

— Заметила.

— Молодость падка на дармовую силу, – задумчиво откликнулся Соул, глядя куда-то за моё плечо – то ли вдаль, то ли в собственное прошлое. – Когда находишь своё призвание, сила как таковая перестаёт тянуть магнитом. Зато вдруг обнаруживаешь, что в мире множество страшно интересных вещей. Например, можно отыскать предел своих возможностей, если повезёт.. Точнее, если не повезёт. А ещё есть странствия, тайны материка смерти, едва уловимый шёпот мира и дети. Дети, особенно вроде Орсы, – это вообще нечто непостижимое, – улыбнулся он, потерянно и светло.

— И древние стихи.

— Древние стихи – явление неисчерпаемое и всеобъемлющее, – со знанием дела согласился Соул. – Жаль, мало кто сейчас разбирается в поэзии.

У меня смешок вырвался:

— Радуйся – у тебя меньше конкурентов в охоте за раритетными свитками. И ещё.. – Я нервно облизнула пересохшие губы. Откуда-то взялось дурацкое смущение. – Если завтра не случится ничего непоправимого, и все останутся живы.. Мы ещё поговорим как-нибудь?

Соул распрямил плечи и посмотрел на меня в упор – как рентгеном просветил.

— А вот сейчас я удивился, – сообщил он доверительным тоном. – Не могу ничего обещать, Трикси Бланш. Но если дней через десять ты готова будешь повторить свои слова – значит, поговорим. И, кстати, ты ведь обещала Орсе подружку? Не забудь. Она очень одинокий ребёнок.

Отвечать я не стала – махнула рукой в знак прощания и сбежала с холма. Ещё пять минут в том же духе – и я или размякну окончательно, или вспомню о своём страхе. И поди пойми, что хуже.

У подножья навстречу мне выскочила Орса с коробкой, источающей ароматы крепкой шерги и ореховых лепёшек. Лицо у девчонки тут же сделалось ужасно виноватое и независимое одновременно.