Бей или умри

— Не то чтобы я был ему врагом.. Но мне не нравится и то, что он делает нас врагами свободных кланов, перекладывая всю вину на них. А между тем самые страшные тени далёкой войны родом из Лагона. Оро-Ич не рассказывал тебе, откуда взялась та болезнь? – и он небрежно указал большим пальцем себе за спину, на алую стену. – Нет? И мне тоже. А на проклятом материке я нашёл свитки, а в них – рассказ о молодом мастере, Орочи, который создал некое «мерцание», преображающее мысли и чувства человека. И передавалось оно, что интересно, через взгляд.

Эрнан сузил глаза. Значит, Ингиза сделал опасный ход, который мог вновь сместить чаши весов в переговорах – и не в нашу пользу.

— И о чём это говорит?

— Я не слепой.. и не дурак, – усмехнулся Ингиза. – Я вижу, что происходит с магами, которые живут и учатся в Лагоне достаточно долго. Они меняются – и меняются необратимо. Исчезает жажда власти ради власти, разрушения ради разрушения, мы со временем все становимся похожи на него. Сколько в этом от воспитания, а сколько – от магии? Готов поклясться, что он доработал своё «мерцание»! И кто может пообещать, что однажды он не сочтёт нас всех недостойными и не превратит его в такую же болезнь?

— Нет доказательств, что эпидемию древности, погубившую материк, вызывал Оро-Ич, – возразил дядя.

— Как нет и доказательств обратного. Я и не пытаюсь приписать ему все катастрофы прошлого и будущего, честно. Но после того, что я слышал в свободных кланах, что видел на материке.. – Ингиза неопределённо повёл рукой, точно не мог подобрать правильных слов. – Я думаю, что тот, кто любыми средствами пытается изменить мир к лучшему, как он это видит, ничуть не менее опасен чем тот, кто пытается мир уничтожить.

— Все маги меняют мир, – перебил его Тейт тихо и зло. – А кто сидит в стороне, весь в белом, руки чистые, тот просто трусит. Деритесь за меня, дохните за меня, а я, такой добрый и просветлённый, подожду. Бесит.

Ингиза дёрнулся, как от пощёчины; слова Тейта причинили ему реальную боль. Мне кажется, скажи то же самое кто-то другой, спор только вышел бы на новый виток.. Но у каждого человека есть близкие люди, и их слова доходят сразу до сердца, мистическим образом минуя все преграды.

Заметила это не одна я, впрочем.

— Хорошо, – задумчиво произнёс Эрнан. – Я услышал. Ты считаешь, что Лагон и свободные кланы равно опасны, а потому нельзя выбирать сторону. Мне думается иначе, но пока отложим споры. Я предлагаю временный союз. И для вас, и для нас наихудший исход – если стена времени рухнет до того, как прибудет ваше подкрепление, поэтому я предлагаю объединиться и отбросить свободных, которые обосновались за грядой.

Уж чего-чего, а такого Ингиза явно не ожидал.

— Прямо сейчас?

— Прямо сейчас, – подтвердил Эрнан ровным голосом. – У меня есть основания думать, что один человек из нашей группы, находясь под внушением, передал сообщение вовне, скорее всего, союзу свободных кланов. Это произошло два дня назад – вполне достаточно, чтобы добраться до побережья, а значит, подкрепление может прийти не только к вам.

Маги переглянулись опасливо – сообщение о том, что к группе свободных идёт подмога, их насторожило. Меня же беспокоило другое: я не могла понять, к чему клонит Эрнан. После такой жёсткой атаки с привлечением всех козырей – и вдруг отступить, взять паузу на неопределённый срок?

Невозможно.

— Хорошо, – согласился наконец Ингиза. – Твоё предложение не лишено смысла. Но всем уходить нельзя, кто-то должен остаться и защищать стену.

— От нас – Танеси Тейт, он достаточно силён, и ты ему доверяешь, – не задумываясь, предложил дядя. – И Трикси, разумеется. Эти двое друг друга не бросят. Среди вас есть врачи, целители? – Дождавшись отрицательного ответа, он продолжил: – Тогда ещё и Кагечи Ро останется, он из созидающих совершенство. Глупо бросать в бой единственного мага, который мог бы исцелить раны.

— Разумно, – улыбнулся Ингиза – похоже, он был искренне рад, что хоть в чём-то может безусловно согласиться с Эрнаном. – Дождись, мелочь, мы ещё с тобой поболтаем, – и он с тёплой улыбкой потрепал рыжего по волосам. – Ола, в небо – будешь приглядывать сверху, если что, подашь знак. Вараса, ты останешься с ними.

Он создал несколько летучих платформ, вычурных и узорных, как расписные ладьи, и жестом пригласил магов, своих и чужих, на борт. Вскоре маленький воздушный флот тронулся с места и исчез над гребнем скалы. Ола Аленго почти беззвучно свистнула, подманивая огромную чешуйчатую птицу, больше похожую на ящера, и, оседлав её, взмыла в небо.

Я и глазом моргнуть не успела, как у дома на сваях мы остались вчетвером.. и тут до меня дошло кое-что жуткое.

Маронг – слишком ценный ресурс, чтобы использовать его как простого шпиона. Бедолагу подкинули Оро-Ичу как наживку, мол, вот тебе на блюдечке обладатель редчайшего таланта, жри, смотри не подавись.. и недооценили этого синего инкуба. Он не стал приближать «приблудного котёнка» к себе, как поступил в своё время с Ингизой и с Тейтом, а препоручил его одному из мастеров. Грубо говоря, проигнорировал ценный ресурс, и наверняка сознательно. Теперь, когда Маронг стал постепенно приобретать всё большую самостоятельность, хозяева решили использовать его на полную катушку, а чтобы использовать, надо находиться поблизости. И, как выяснилось недавно, наловчиться творить мерзкие фокусы, вроде прямого воздействия на мозг.

Подходящую кандидатуру из присутствующих здесь я знала только одну – Кагечи Ро. И вряд ли дядя не дошёл до той же простой мысли. Значит – оставил его в тылу сознательно. Но зачем?

..сердцебиение замедлилось..

Маронга он увёл из зоны влияния Кагечи Ро. И не случайно. Во-первых, отрицание угрожает целостности стены; во‑вторых, смерть парня сейчас не даст никаких преимуществ, наоборот, мы лишимся мощного козыря.

..разум заработал чётко, как часовой механизм..

Эрнан не мог прервать партию. Только не теперь. Он остро нуждался в рычаге влияния на Ингизу, и Ингиза сам его продемонстрировал – с безалаберностью излишне уверенного в собственных силах человека.

..я, как наяву, увидела рассыпанный передо мной пазл – и мысленно сложила картинку.