Страница 81 из 94
Глава 33
Глава 29
Лили

Я смотрю, как Риз и Хейден уезжают. На лбу выступает испарина, и меня слегка потрясывает после этой стычки. Тайное стало явным – и гораздо раньше, чем того хотелось бы Хейдену.
Всего неделю назад он просил меня подождать и не рассказывать семье о наших отношениях. И вот он здесь, вынужденный пережить все это за один день. Остается только надеяться, что это давление не окажется для него чрезмерным.
Чертов Риз. Уехал, даже не назвав точной даты возвращения, и, конечно же, ему
приспичило
сделать из своего приезда сюрприз. С ним у меня тоже потом состоится отдельный разговор. Я отправляю брату сообщение: «Будь с ним помягче».
Ответа нет, но я знаю, что он его прочитает – по крайней мере, до того, как они отчалят. А Паркер... Понятия не имею, как отреагирует мой младший брат. Он всегда воспринимал Хейдена как неотъемлемую часть нашей семьи.
Я качаю головой и тянусь за ключами от машины. Сейчас я не могу об этом думать – не тогда, когда мне самой предстоит сразиться с драконом. Мне с трудом удалось скрыть свою ярость при Хейдене. Я не хотела, чтобы он понял, насколько сильно меня ранил поступок отца – по крайней мере, до тех пор, пока у меня не появится возможность высказать все в лицо.
К счастью, я прекрасно знаю, где найти отца воскресным утром. Он будет в своем кабинете на втором этаже нашего особняка, изучать последние проекты застройки и присматривать новые варианты для инвестиций.
Мама встречает меня с улыбкой, когда я захожу в дом. В воздухе густо пахнет лаком для ногтей, и она обнимает меня, не касаясь, чтобы не смазать свежее покрытие. Я все еще злюсь и на нее тоже – и это пройдет не скоро, – но она, похоже, с этим смирилась.
— Не знала, что ты заглянешь,
chérie
.
— Я приехала поговорить с папой.
— Хорошо. Ты кажешься напряженной, — она наклоняется, вглядываясь в мое лицо. — И раскраснелась.
— Просто нужно кое с чем разобраться.
— Пришла по делу? — она кивает на лестницу. — Он наверху.
Я дважды стучу в дверь кабинета, прежде чем войти. В детстве это место было для нас запретной зоной. Никаких пряток внутри, и уж тем более никаких попыток отвлечь папу, когда он работает.
Но сейчас я надеюсь отвлечь его по полной программе. Во мне кипит ярость за девятнадцатилетнего Хейдена, который только что попал в аварию, и за восемнадцатилетнюю себя, уверенную, что ее парень бросил ее по собственной воле.
Отец поднимает взгляд, когда я вхожу, и хмурится.
— Солнышко? Не думал, что ты заскочишь.
— Мне нужно было тебя увидеть.
— Хорошо. Это не терпит отлагательств?
— Не терпит.
Что бы он ни прочел на моем лице, это заставляет его проглотить возражения. Он откладывает очки для чтения и откидывается на спинку кресла. Седина в волосах придает ему лишь большей солидности, в отличие от мамы, которая ведет заведомо проигрышную битву с собственными седыми прядями.
— В чем дело?
— Что ты сказал Хейдену после той аварии, много лет назад?
Папа вздыхает и трет переносицу.
— Я всего лишь дал совет. Знаешь ли, в его жизни не было отцовской фигуры. Я попытался наставить парня на истинный путь.
— У него есть дядя, — отвечаю я, изо всех сил стараясь, чтобы мой голос не дрожал от ярости. — Ты велел ему уехать. Ты его прогнал.
— Ради его же блага. И ради твоего, солнышко.
— Авария произошла не по
его
вине. Водитель грузовика был пьян.
— Да, — спокойно отзывается отец. — Я знаю эти полицейские отчеты наизусть. Но когда ты садишься за руль, ты всегда несешь определенную ответственность. Он повез тебя кататься посреди ночи, и в результате ты на всю жизнь осталась с хромотой. Ты могла погибнуть.
— Это не его вина. Он тоже едва не погиб, а ты вместо сочувствия приказал ему убираться из города.
В глазах отца вспыхивает раздражение.
— От него были одни проблемы. Я позволил ему жить здесь, потому что в парне был потенциал, но он тратил его впустую: целыми днями пропадал на рыболовецких судах, а по ночам увивался за тобой, высунув язык. Я хотел, чтобы он исчез, и, окажись я снова в той ситуации, поступил бы точно так же.
— Это
сломало
меня.
— Нет, это сделало тебя сильнее. Да и его тоже. Теперь он ветеран с наградами, так ведь? А ты поступила в Йель и смогла попробовать свои силы в мире искусства, — мой отец качает головой и тянется к бумагам на столе. — Тебе этого не понять. И никогда не было дано.
— Нет, я все прекрасно понимаю, — холодно чеканю я и поднимаюсь с места. — И я больше не позволю тебе играть в бога ни в моей жизни, ни в жизни Хейдена.
— Вы что, снова сошлись?
То, как он это формулирует... но я не позволю ему принижать мои чувства.
— Мы вместе, и вряд ли это когда-нибудь изменится.
Отец сверлит меня долгим, задумчивым взглядом. Это не совсем принятие, но и злости на его лице больше нет.
— Он возмужал, — наконец произносит он. — Полагаю, могло быть и хуже.
— Спасибо за столь горячее одобрение.
— Всегда думал, что ты останешься с младшим Харрисом, — бормочет он, возвращаясь к своим бумагам. — У парня отличная яхта.
Я с отвращением качаю головой и направляюсь к выходу. И только у самой двери меня осеняет: я ведь рассказала ему далеко не все. Медленно оборачиваюсь с улыбкой на губах, чтобы нанести решающий удар.
— Я купила помещение в городе. И собираюсь открыть там арт-галерею.
Рука отца с зажатыми в ней очками замирает на полпути к лицу. Я вижу тот самый момент, когда до него доходит смысл моих слов. Он может говорить все что угодно, но меня это больше не заденет. Только не теперь.
— Что ж, — медленно произносит он. — С нетерпением жду открытия.
Я киваю и выхожу из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь. Несколько долгих мгновений я просто глубоко дышу, а затем на моем лице расцветает широченная улыбка.
Когда я выхожу из особняка, меня уже ждет сообщение. Точнее, даже несколько.
Первым делом открываю сообщение от Хейдена.
Хейден: Прости за сегодняшнее утро. Присоединишься к нам в гавани после обеда, когда мы вернемся?
Я улыбаюсь и быстро печатаю ответ.
Я: Буду ждать на причале! И прошу, не обращай внимания на мою родню. Есть только мы, Хейден. Ты и я
Потому что в конечном счете только это и имеет значение: любовь, дружба и семья. И для меня Хейден – идеальное воплощение всего этого.