Страница 27 из 78
Глава 10
Все имеет значение
С кухни я вышла в отличном настроении. Перед моим взглядом стояли счастливые и довольные глаза повара.
Нет, ну а что? Если человек хорошо готовит и приготовление пищи идёт от чистого сердца, почему бы мне, также от чистого сердца, не сказать: «Спасибо!»?
Сейчас меня волновал другой вопрос. Как бы мне ещё привыкнуть спокойно реагировать на различных существ? Вот повар, например, она вся оранжевого цвета. Я еле себя сдержала, чтобы не завизжать от восторга, хотя удивление было необыкновенным. У повара шесть рук-щупалец, которые позволяют ей очень быстро и одновременно готовить несколько блюд. Вот это талант! А когда я её поблагодарила и похвалила за вкусные пирожки, она покраснела в прямом смысле. Цвет её кожи изменился. Вместо оранжевого он стал красным.
Мне навстречу вышел Иван.
— Какие планы на сегодня? — спросил он, подстраиваясь под мой размашистый шаг.
Мы шли по длинному коридору по направлению к выходу. Мимо нас иногда проходили различные существа. Одни были чёрного цвета с красными волосами, другие — очень высокие, с практически прозрачной кожей, а кто-то был вообще похож на прекрасных феечек. Я старалась не вертеть головой по сторонам. Иван, когда увидел, с каким интересом я рассматриваю существ, усмехнулся.
— Непривычно, да? — я утвердительно кивнула, — прекрасно понимаю твоё изумление. Я-то уж привык! Ведь кто только не заходит к отцу в магазин, а тебе-то после жизни в монастыре непривычно, поди?
— Конечно, я же только обычных людей видела.
— Это жрицы-то обычные люди? — Иван на меня посмотрел с таким удивлением, как будто я сказала какую-то невидаль.
Как обычно, ляпнула, а потом язык прикусила. Теперь мне бы ещё понять, что я не так сказала и почему жрицы необычные люди. Как бы теперь выйти из этой щекотливой ситуации?
— Ну а что? У них две руки, две ноги, два глаза, — я пыталась сгладить эту неловкость. — Кожа обычного цвета, говорят и живут, как все обычные люди.
— Тебе виднее, — Иван не стал заострять на этом внимание. — Ты среди них всю жизнь прожила.
Мой спутник остановился и внимательно посмотрел на меня.
— Ты мне не ответила. Какие планы на день?
— Да пока никаких, — я уже подошла к огромной двери и сделала шаг наружу, навстречу прекрасному солнцу. — Хотела с Василисой поболтать, да вещи у себя в комнате надо до конца разобрать. А потом я бы хотела немного почитать.
В этот момент у меня в голове раздался звонок. Я поняла, что это Василиса. Кто ж ещё? Лёгким движением руки нажала кнопочку на своём новом украшении в ушах. В голове тут же раздался голос сестры.
— Ну что, ты уже позавтракала? Как всё прошло?
— Да, я уже позавтракала, — решила не говорить сестре о встрече с моим деканом.
Я не привыкла жаловаться старшим. Если уж преподаватель действительно начнёт ко мне придираться, тогда, может быть, я и попрошу совета или помощи у Василисы, а пока оставим эту ситуации без внимания сестры.
— Что-то случилось? — у неё, как обычно, отлично сработала интуиция.
— Всё хорошо, не переживай, — сделала попытку её успокоить. — Мне помог Иван освоиться в столовой, так что не переживай.
— Анжелика, а какие у тебя планы?
— Да что вы всё, сговорились, что ли?
— Кто всё?
— Сначала Иван, а теперь ты. Всем интересно, какие у меня планы. Вообще-то, если ты не помнишь, мы с тобой договаривались после завтрака встретиться и поболтать.
— Я помню. Но у меня возникли дела, поэтому я, к сожалению, буду занята в первой половине дня, — в её голосе сквозила усталость.
Странно, такое поведение на сестру не похоже. Точно, подменили её. То у неё какие-то странные фантазии по моей легенде, то вместо жизнерадостности в голосе сквозит грусть. Решила, что она за меня переживает, да ещё, наверное, приближение учебного года даёт о себе знать. Решила её подбодрить.
— Ничего страшного. Я как раз говорила Ивану, что планировала разобрать свои вещи в комнате и немного почитать. Так что, можно сказать, что всё в порядке.
— Мне нужно уехать ненадолго, а ты, пожалуйста, никуда не выходи с территории Академии. А если сможешь, то и из комнаты старайся как можно реже выходить, — опять она свою пластинку включила.
— Хорошо. Иван меня проводит до женского общежития, не переживай, — посмотрела на своего спутника, и Ваня кивнул, соглашаясь со мной. — А когда ты приедешь, мы с тобой попьём чая и поговорим. Договорились?
— Да, договорились. Постараюсь уладить все дела и быстро вернуться в Академию.
Я представляю, как выглядела наша беседа сестрой со стороны. Человек стоит, смотрит в одну точку и улыбается, или сам себе кивает. Как будто я сама с собой разговариваю. Но на лице Ивана не дрогнул ни один мускул, словно такое общение было нормой. Стоп! В этом мире такое общение и было нормой, это в моём мире на Земле такое поведение вызвало бы у всех удивление.
Иван проводил меня до женского крыла. Тепло попрощавшись со своим пока ещё единственным знакомым, решила провести остаток дня в комнате, предварительно договорившись встретиться в обед.
— Ты уж постарайся в никого больше не врезаться, — пошутил напоследок Ваня. Эх, чувствую, он теперь меня будет этим долго подкалывать.
— Хорошо, я всех теперь буду сдувать с моей дороги, — я надула щёки и показала, как я буду сдувать препятствия на своём пути.
Поднялась к себе в комнату и подошла к окну. Какой вид открывается, когда смотришь в окно моей комнаты! Перед моим взором предстали прекрасные горы, вершины которых были покрыты снегом. У их подножия раскинулся лес, который, как руками, укрывал своими деревьями невысокие горы. Если выглянешь в окно и посмотришь вниз, то ты видишь зелёный ковёр из листочков, кустарников, травы и солнце, которое опускается всё ниже и ниже. Осень — время романтиков и поэтов. Я хоть и люблю это время года, но всё равно меня удручает процесс подготовки природы к зимней спячке.
Да, что-то я расклеилась. Оранжевый гигант спрятался за тучку, и моё хорошее настроение исчезло, как и местное необычное солнышко. Осмотрелась по сторонам. Да уж, работы непочатый край, а я начинаю впадать в беспричинную депрессию. Так дело не пойдёт! Как мне не хватает музыки! Дома бы включила какую-нибудь зажигательную мелодию и устроила бы генеральную уборку комнаты! Отбросив в сторону внезапно накатившую хандру, я принялась за дело.