Важнее слов

Глава 2. Джессика

– Ну что, как все прошло? – спросила моя соседка Франческа, когда я вошла.

Я кинула сумку и пошла прямо к холодильнику, достала из него бутылку воды и сделала большой глоток.

– Нормально. Если быть официально безработной – это нормально.

Я печально улыбнулась Фрэнки и сделала еще один глоток. В квартире было душно, и я почувствовала, как по спине у меня начинает струиться пот.

– Я переоденусь и тут же вернусь.

Я отправилась в свою крохотную комнату и принялась стягивать с себя юбку и кофточку, аккуратно вешая их в шкаф. У меня было не так уж много одежды, подходящей для поиска работы, и мне нужно было обращаться с ней нежно, ведь теперь мне снова нужно было искать работу.

Я надела хлопковые шорты, широкий топ и собрала волосы в хвост. Это помогло мне немного остудиться, и в общую комнату я вернулась уже спокойной.

От резкого звука

фуп

я замерла и рассмеялась, когда увидела, что Фрэнки открыла бутылку шампанского и теперь разливала его по двум узким бокалам.

–

Santé, mon amie

, – пропела она, передавая мне один из них и поднимая свой.

Я улыбнулась и отпила немного дешевого игристого.

– Это первый шаг на пути к замечательной карьере, – сказала Фрэнки.

–

Merci

, – я уселась на диван, поджав ноги, и поставила бокал на кофейный столик. Фрэнки села на другой стороне дивана, выпила еще немного шампанского и поморщилась.

– Это лучшее, что я могла себе позволить.

– С меня бутылочка, как только я найду работу. Давай надеяться, что у меня наконец-то хватит денег на что-нибудь нестыдное.

– Конечно, все будет, – улыбнулась Фрэнки. – Я горжусь, что ты все-таки решилась.

– Да-да. Но если я окажусь в приюте для бездомных, я буду винить тебя.

– Тут мне крыть нечем. Хотя, мне кажется, таких приютов уже не осталось. Ты закончишь на холодной одинокой улице, моя маленькая капустка.

– Класс, – я улыбнулась этому милому словечку, нашей с ней шутке. Как-то раз она где-то услышала выражение

ma choupette

и спросила меня, как оно переводится. Я перевела буквально. Теперь это было любимое прозвище Фрэнки. У Фрэнки было итальянское имя, но, несмотря на это, она не знала

вообще

ни одного романского языка на хоть сколько-нибудь приличном уровне. Когда мы только встретились, она владела от силы десятком французских слов. Я столкнулась с ней в интернет-кафе, когда я впервые приехала в Париж, услышала, как она коверкает язык, пытаясь сделать заказ – кофе и круассан, – и помогла ей. Мы разговорились и тут же сдружились. Мы обе искали соседа, так что казалось, мы предназначены друг для друга. К счастью, она прокачала свой французский, стоило ей немного пожить и поработать тут. Она работала в доме мод одного трендового дизайнера по имени Клеменса Майяр. Она любила свою работу, но зарплата там была не то чтобы выше моей.

«Впрочем, – напомнила я себе, – у кого угодно теперь была зарплата выше, чем у меня. Ведь у меня ее просто

не было

».

– Как Винченцо отнесся к тому, что ты ушла?

– Нормально, – вздохнула я, – ему будет нетрудно найти кого-то на замену.

Я взяла бокал и сделала глоток. Наверное, Винченцо уже заделал эту брешь. Лаунж-бар

La Vue

был одним из самых популярных и модных в Париже, и с чаевыми там обычно не обижали. Но я уже достаточно поработала официанткой с неполной занятостью.

Год назад я окончила Корнеллский университет: я стала магистром французского языка, а дополнительное образование получила как историк средневековой Франции. После этого я переехала в Париж и стала искать работу. Единственный отклик, который мне пришел, был от маленькой газеты – зарплаты там мне бы не хватило, чтобы нормально питаться три раза в день. Тогда я и стала ресторанным работником в

La Vue

, а в перерывах занимала себя тем, что проходила (неоплачиваемые) стажировки в музеях. Моя последняя стажировка только что закончилась, и уход из

La Vue

должен был подтолкнуть меня к поиску работы по специальности, на которой платили бы достойные деньги. Фрэнки была права – пора было сделать прыжок веры.

Во время учебы я обнаружила у себя талант – мне нравилось переводить со старофранцузского. Если бы я смогла найти работу, где бы этот навык не пропадал даром, сбылась бы моя мечта.

Я бы могла попросить о помощи своего отца – это бы позволило мне быстрее начать карьеру, – но я была убеждена, что делать этого не надо. Когда-то он решил, что самое качественное образование в моем родном городе можно было получить во французской школе. Тогда-то я и открыла в себе тягу к французскому и всему, что с ним связано. За это я была благодарна отцу, и на этом, пожалуй, все. Моя мама умерла от рака, когда мне было двадцать. Диагноз ей поставили, когда она была уже на четвертой стадии, поэтому казалось, что вот она была, а на следующий день ее не стало. Прошло четыре года, и я все еще горевала по ней, но еще меня печалила та жизнь, на которую

она

согласилась. Она прожила всего сорок восемь лет и половину из них – с человеком, который вел себя с ней так, будто она для него ничего не значила. Для себя я хотела чего-то большего. Я бы никогда не согласилась на подобную жизнь. Мой отец быстро женился еще раз на девушке, которая была старше меня всего на год. Я была уверена, что и ей он уже тоже изменяет. Не то чтобы мне было интересно. И не то чтобы я

волновалась

об этом. Мы никогда не были близки, а теперь вообще почти не разговаривали.

За Фрэнки мне нужно сказать спасибо каким-то высшим силам. У меня была небольшая компания друзей в Париже – в основном девочки из

La Vue

, – но Фрэнки стала для меня скорее сестрой, которой у меня никогда не было. Теперь в Париже у меня была семья, которую я сама выбрала.

Я снова откинулась на диване. С самого завтрака я ничего не ела, и от шампанского я уже чувствовала себя сонливой и вялой.

– Он больше не приходил в бар, да? – спросила Фрэнки, не отводя от меня взгляд.

У меня почти получилось сделать вид, что я не знаю, о каком таком «он» идет речь, но Фрэнки прекрасно знала, что я просто играла в небрежное равнодушие.

– Нет, не приходил.

Прошло два месяца с той ночи, когда Каллен Хейс пришел в

La

Vue, поцеловал меня в беспамятстве и оставил меня ради другой женщины. Не то чтобы ему нельзя было так поступать… Они ведь прибыли вместе, в этом не было сомнений. Я видела, как они сидят рядом за столом с кучей других гостей. Но смотрел-то он на

меня

, вот я и понадеялась…